Подарок судьбы или кофе с хомяком - Елена Северная
После душа, я хотела и бабу Люду засунуть и помыть. Но она неожиданно воспротивилась:
— А щас прям! Так я тебе тут и оставила с цим баламошкою наодинци!
Вишна устало фыркнул:
— Успокойся. У меня к Ким только дружеские чувства. Я могу их выразить только словами и заботой.
— Ага! — бабуля раздухарилась и никак не могла успокоиться. — А вже мои-то чувства до тебе можна выразить тильки лопатою, — выдала баба Люда, — або топором, на худий кониц, — внимательно воззрилась на безмятежно возлегавшего на кровати мужчину и завопила: — Забери взад думки от ея тила!
Вишна наградил её не очень добрым взглядом, но отвернулся к стенке. Я быстренько натянула на себя свои вещи. В душевой особо не оденешься, так как парко очень, всё сразу же прилипнет к телу.
— Предлагаю собрание на тему «Что нам делать и как быть» считать открытым, — философски изрёк мужчина, глядя в стену.
— Тож мени Чернышевский знайшёвся! — продолжала фырчать злобным ёжиком бабуля.
Вишна пропустил её ворчание мимо ушей и продолжил:
— Значит, так. Ким, тебе придётся и дальше изображать немого паренька. Есть у меня сомнения, что, окажись ты девушкой, тебе Дорб может найти другое применение. А голос подделать сложно, вернее, контролировать его тембр. Можем спалиться.
Баба Люда забралась на мою кровать, распушилась и мрачно кивнула:
— Можемо.
— Поэтому, — по достоинству оценив бабулино согласие, Вишна помягчел, — и дальше придерживаемся такой версии.
— И як долго? — ещё больше помрачнела бабуля.
— Пока моя магия не проснётся.
Бабу Люду такой ответ не удовлетворил. Я уже говорила, что при жизни она была очень дотошной? Вот в прямом смысле — въедливая до тошноты?
— И колысь нам ждать таке диво? Розголоси точну дату!
Точной даты Вишна не знал.
Ждать пришлось долго. А потом произошло то, что навсегда перевернуло мою жизнь и разделило её на «без» и «вместе».
Глава 9
За окном уже вовсю хозяйничала зима. Дорб платил неплохо, тем более баба Люда стала местной звездой, и мы смогли купить недорогую зимнюю одежду. Вишна с каждым днём становился всё мрачнее и мрачнее. Временами он надолго застывал около окна и смотрел в никуда. В такие минуты мне очень хотелось подойти и обнять его, чтобы он чувствовал нашу поддержку. А он чувствовал себя виноватым. Надежда на серьгу-переговорник не оправдалась. Эта штука оказалась совсем бесполезной.
— У неё радиус действия только на определённое расстояние, — пояснил Вишна, когда я посетовала, что меня не ищет работодательница, что притащила в этот мир.
Трактир — «У Дорба» — располагался на краю городка, а сам городок находился на дорожном тракте, так что посетителей было больше, чем достаточно, особенно с похолоданием. Редко какой номер пустовал. Моя «немота» позволила откосить от обязанностей по их уборке, так как иногда посетители высказывали свои требования и их нужно было передавать на кухню либо хозяину. Горничной работала Ксана — дородная полуорчиха, с ней не забалуешь. А меня, «дохлого», приставили к кухне. К зиме Дорб нанял ещё двух официанток. Их поселили в соседней комнатке. Две симпатичные девицы с первого дня принялись строить глазки Вишне. Это дико бесило. Синеглазый красавчик стойко выдерживал все атаки, но девицы не сдавались. Кухарка, жалостливо поглядывая в мою сторону, частенько говаривала Стеньке, что, мол, если бы не моя немота и странности, то отбоя от девиц не было бы, очень уж привлекательная у меня мордашка, прям, как у девушки. Эх, знала бы она, как близка к истине! А я в который раз возносила хвалу Вишне за придуманный образ. Так что поползновений в мою сторону не наблюдалось и синеглазый отдувался за двоих. Вот и сегодня одна из официанток, Льюла, у которой был выходной, прибежала из города вся вдохновлённая и принялась щебетать на кухне и хвастаться новым бельём и платьем, что купила на распродаже. Я покосилась и хмыкнула: платье, может и на распродаже, а вот бельишко точно в магазине с особенным названием приобрела, уж больно вид у него был своеобразный. Этакие полупрозрачные тряпочки с верёвочками.
— Тьфу, срам какой, постыдилась бы трусить тут таким, — отмахнулась полотенцем Гурза. — Парень-то у нас работает, а ты трясёшь исподним! — и на меня показала.
— Ой, — захихикала девица, — что ему, ущербному понять!
Я мыла очередную партию грязной посуды и злилась. Так бы и вылила на неё всю жирную воду! Гадина. Ещё чуть-чуть и взорвусь.
Но тут на кухню ввалилась баба Люда, а за ней взбешённая Мирка, — это вторая официантка. Она вывалила на стол содержимое подноса и зашипела:
— Гад толстопузый! — негодовала девушка. — Видите ли, он не будет, есть заливное из языка, потому, что тот у коровы во рту был! Похлёбка жирная, и вообще, он аристократ, не по статусу есть такое! — выпалила она, явно передразнивая посетителя. — Ну и шёл бы жрать то, что по статусу в ресторацию! Чего сюда припёрся? Ещё и кофу требует!
Баба Люда сиганула на стул и затряслась от смеха:
— Ви б бачилы ту рожу! Ха-ха! Вин аж позеленивши!
— Ну, и что я ему сейчас предложу? — ужаснулась Гурза. — У нас из ресторацких деликатесов только это заливное!
— Да омлет пожарь, — предложила бабуля, уже немного успокоясь. — Це швидко. Аристократы це едять.
— Да? — кухарка скептически посмотрела в сторону корзины с яйцами. Их только что принесли. — А ты знаешь ОТКУДА берутся яйца?
— Ой, фу-у-у, конечно, из задницы курячей, вестимо, — скривилась баба Люда и подмигнула кухарке: — главное, щоб цей гад не знав!
— Ну, не знаю, — протянула Гурза.
Мне стало её жаль. Хорошая тётка, всегда оставляет мне чего-нибудь вкусненькое. Я быстро шмыгнула к хладнику и провела ревизию. А всё потому, что в голове созрела идея — приготовить что-то вроде роллов! Конечно, тут нет пластин из водорослей, но можно использовать омлет! А в хладнике как раз стояла кастрюлька с отварным рисом, Гурза планировала приготовить запеканку с мясом, так мне немного и надо. И рыбку малосольную она удачно с рынка принесла сегодня. Я вытащила кастрюлю с рисом, рыбу и свежие огурцы — они тут длинные, сантиметров тридцать будут. Уж роллы-суши я любила. И как могла про них забыть? Выложив всё это на стол, достала
