Гром из будущего 2 - Мархуз

/ Ещё и читатели не подсказывают, как правильно сравнить наши ВС с другими /)))

Получается, что нам необходима маленькая, но победоносная войнушка — лишь тогда станет ясно в чём мы ошиблись. В любом случае имеем то, что смогли создать за годы. Три с половиной тысячи тех или иных гвардейцев, какое-то количество за пределами нашей страны и в гарнизонах, ну и резерв разного уровня подготовки порядка двух тысяч. У союзников (имею в виду алдожских и новогродских бойров) порядка 600–700 дружников на службе. Ополчение в случае мобилизации даст, дай бог, тысячи три более-менее вооружённых, хотя желающих погибнуть за Родину найдётся гораздо больше, судя по размеру мобресурса. Но не уподобляться же Аскольду, припахивающему в своё войско всех, кто желание проявил. И вооружающего их тем, что у самих добровольцев имеется (типа рогатин).

Пока колдовали с армией пришли сведения об Опряте и Егоре Мартове. Они нашли удобное место в истоке Невы, чтобы ладожские сезонные штормы не докапывали, где и высадились этой весной. Теперь работяги всем кагалом устроили муравейник, возводя и деревянную крепость, и казармы (а то пока в советских социалистических шалашах живут), и причалы. Особого гродища не предполагается, это более военизированный объект, чисто, чтобы было где флаг поднять. Так пёсики делают, помечая свою территорию, ну и мы по их принципу. В крайнем случае, когда-нибудь таможню поставим, тогда и склады понадобятся.

В общем, на ноябрь, казармы (пока без особой отделки) поставлены и частокол оборудован. Место под причалы размечено — они лишь для остановки кораблей приходящих к нам извне и пока роли не играют. Фортресс растёт, постепенно поднимаясь, но первично закончат лишь к концу следующего года. Три ладьи с исследователями были сразу отправлены вниз по Неве, чтобы её описать, а возле устья определить место под закладку другой крепости. За сезон более-менее разобрались и экипаж одной посудины остался там на зиму, дабы карту штормов и наводенений хоть приблизительно составить. Вот обо всей этой байде нам и сообщили. Заодно с временным графиком прохождения дистанции от Алдоги и до Финского залива отчитались.

Об Алексее и его беломорском странствии ничего не известно. Лишь то дошло, что он добрался аж до Провиденья на берегу Онежского озера, где пополнил запасы и оставил приболевших в пути. Затем убыл на север со своей гоп-компанией.

— Конунг Гром, поступила информация, что далеко вверх по течению Ловати имеется небольшое гродище под название Лука, — поделился сведениями бойр Быстр, — у них даже ремесленники свои есть. Может возьмёте их под свою руку?

— Пока не след, — сразу возразил Борисов, — некого посылать в такую даль. Да и смысла нет этим заниматься до прихода русов. Дожились, блин, русы со словенами собираются воевать.

Действительно, неказистая история получается, когда славяне воюют против славян, а выгоду получают в итоге иноземные торговцы. Но куда от этого деться, когда вся восточная половина Европы от Рейна до нас под славянами и лишь болгары ещё не славяне. Их, правда, собираются в ближайшее время сделать стопроцентно православными и даже епископа им назначить. Это в будущем, таких, как ободриты, выпихают далеко на восток, а всяких сербов нагонят на юга на Балканы.

— Есть план «Е», — вскинулся Кагнер, что-то себе надумавший, — можно отправить Водима, наняв для него наёмников и пусть он сядет в этой Луке и занимается полюдьем в тех краях в нашу пользу.

— Так его Аскольд сметёт вместе с той Лукой, когда на нас пойдёт, — сразу отметил Борисов.

— Я другое имею в виду. Если русы нас победят, то всё равно все планы рухнут. А если мы отобьёмся, тогда можем для бойра нанять крупную дружину и отправим их вверх по Ловати, чтобы создать эксклав в верховьях реки.

Старшина сначала задумался, а потом веско возразил.

— После битвы мы настолько ослабнем, что твоему Водиму будет проще вместе с наёмниками нас добить и захватить Приволховье.

Тоже серьёзный довод, так как рассчитывать на верноподданность пока сложно в нынешние времена. Другое дело, что сам план «Е» можно оставить на далёкое будущее, если выстоим и даже восстановимся с годами.

Глава 9

Многое ныне зависит от качеств существующих лидеров, способных собирать армии для завоевания и установления контроля над покорёнными регионами. Тот же князь Аскольд слишком яркая фигура и вряд ли в Киеве найдётся кто-нибудь, чтобы сразу его заменить по авторитету. Отсюда тактический вывод — грохнуть князя в битве, чтобы сказалось на боевом настрое киевлян в отрицательную сторону.

— А лучше сейчас отправить в Киев ликвидатора с нашим охотничьим карабином и снять его во время какого-нибудь торжественного выезда.

— Нет, товарищ старшина, нам важнее дождаться прихода русов сюда. А то киевляне отменят поход из-за смерти князя, — удивил я братву своим откровением, — в крайнем случае послать киллера, чтобы на подходе ликвидировать Аскольда, когда армия назад всё равно из-за этого не вернётся. Слишком далеко зайдут и от жадности пойдут на штурм без главнокомандующего.

— Ты что, Гром, шизанулся? — аж вызверился Борисов, — мы же огромные потери понесём, всё коту под хвост уйдёт.

Присутствующие смотрели на меня с удивлением и определённым возмущением, как на Гитлера какого-то.

— Поймите, мы живём в 9-ом веке, а не в 20−21-ом. Сейчас многое зависит от лидера, без него армии проигрывают сражения. В любом случае, Киев наш конкурент и очень опасный, — я уже сам вызверился, погрязнув в откровении, — его нужно ослабить, но не уничтожать.

— Андрей, что-то сложно и непонятно ты рассуждаешь, — достаточно миролюбиво отметил Кагнер, — как это возможно сделать, да и зачем?

— Поясню. Восьмитысячная армия русов должна придти сюда к нашим оборонительным сооружениям. Тогда мы сможем многих покрошить, используя дальнобойность своего оружия. Без Аскольда они просто попрут навалом, так как появится слишком много командиров. Тогда сможем внести раздрай в их ряды массовой стрельбой, а затем используем, как сильный отряд клибанофоров, так и тагмы тяжёлой пехоты. Одни командиры будут пытаться строить свои подразделения для отпора, а другие своих стопудово начнут отводить к ладьям.

До моих друзей начинает доходить мысль, хотя подоплёка ещё не совсем ясна. Поэтому продолжаю, завладев вниманием.

— Двум-трём тысячам дадим возможность сдристнуть, остальных снулим полностью. Пусть сбежавшие возвращаются домой, — цинизм так и прёт из меня, но останавливаться не собираюсь, — они нужны, чтобы сдерживать хазар и пачинаков. И иногда ходить набегами на Дунайскую Булгарию и Византию. Правда их тоже собираются христианизировать согласно договора о любви и дружбе, но это в любом случае неизбежно.

— Но тогда можно будет с годами и сам Киев захватить.

— Нет, это будет ошибкой. Он настолько далёк, что мы сами, как большевики в прошлом, захотим туда переехать и вся приволховская программа развития накроется медным тазом.

— Но причём