"Фантастика 2023-197". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Жеребьёв Владислав

Я почувствовала, как меня что-то оттолкнуло от столба. При этом давление на грудь не исчезло. Наоборот, оно переместилось на шею, словно на меня надели ошейник. Я потрогала руками область давления, но обнаружила только собственную кожу. Судя по всему, у Дейна помимо шеи были стянуты и руки, поскольку, в отличие от меня, он не мог их поднять, сколько ни пытался. Мы пошли к выходу.

– Слушай! – обратилась я в последней надежде к ненормальной. – Как же ты можешь принести его в жертву, если ты сама погибнешь в тот момент, как он умрет?

– Я же не просто убью его, – зловеще улыбнулась она, – а принесу в жертву. Великий Гулон отлично знает, кто всегда приносит ему жертвы. Он сохранит жизнь своей жрицы и разорвет связывающую нас магию в тот момент, когда отведает жертвенной крови. Или ты думаешь, он первый, кто умрет не по своей воле?

Я заскрипела зубами от бессилия.

Мы вышли на улицу. Жертвенный круг преобразился. Огонь высоких черных факелов беспокойно плясал, блестящими бликами отражаясь на отполированных поверхностях статуи и жертвенника. Едва я сделала несколько шагов по поляне, меня словно связало по рукам и ногам. Как я ни пыталась, я не могла пошевелиться. До крови закусив губы, я стояла и обреченно наблюдала страшный спектакль.

Бесчеловечная дрянь подвела Дейна к прямоугольному жертвеннику, повернула его спиной к каменной поверхности и, обездвижив, затянула странный речитатив.

Пока она взывала таким образом к своему богу, я беззвучно, но горячо молилась своему.

Господи! Не дай свершиться страшной несправедливости! Помоги мне освободиться и остановить весь этот ужас! Помоги мне, Господи! Сделай что-нибудь, умоляю!

Но, видимо, Господь был слишком занят в этот момент и мои молитвы не были услышаны.

Глава 45

Посмотри мне в глаза,

Улыбнись на прощанье,

И вернуться назад

Просто дай обещание.

Речитатив прервался, и Рейна приблизилась к Дейну, сжимая в руке нож с тонким и длинным лезвием. Она толкнула Дейна в грудь, его колени подломились, и он упал на черный жертвенник. В свете факелов блеснула узкая полоска металла.

Страшно закричав, я бросилась вперед, не замечая, как странные магические путы лопаются на мне, разрывая одежду и оставляя длинные кровавые полосы на теле. Я смогла! Я смогла закричать, сдвинуться с места, я смогла побежать! Я смогла победить чужую магию! Но только победить время на этот раз мне не удалось. На бегу, захлебываясь от ужаса собственным криком и слезами, я увидела, как лезвие ножа вошло в обнаженную грудь Дейна.

Схватив за волосы наглую тварь, я оторвала ее от Дейна, всадив в спину Укус змеи, который все еще оставался у меня на поясе. Рейна упала. Змея на кинжале приподнялась, потрогала раздвоенным языком человеческую плоть, но кусать не стала, брезгливо свернувшись на рукояти. Я ничего этого не увидела, поскольку была занята совсем другим.

– Дейн! – сквозь слезы звала я его, приподняв черноволосую голову. – Очнись, пожалуйста! Со всей возможной осторожностью я стянула его с жертвенника на землю. Затем вытащила нож. Из глубокой раны тут же хлынула кровь. Я приложила руки к его груди, стараясь остановить жизненную влагу. Получалось плохо. Точнее, не получалось совсем! Разозлившись, я сняла с себя местами порванный жилет и, свернув его, осторожно подложила под голову Дейна. Затем вскочила на ноги.

Подойдя к лежащей Рейне, я выдернула Укус змеи из ее тела и ударом ноги перевернула на спину. Она еще дышала.

– Ты безумная тварь! – прокричала я в бледное лицо. – Ненавижу тебя! Бога твоего ненавижу! – Не помня себя от ярости, я подбежала к черной статуе и принялась наносить удары кинжалом. В запале я даже не услышала, как протестующе вскрикнула Рейна.

Я не рассчитывала, что смогу навредить камню, просто вымещала кипевшую во мне злость. Но, немного опомнившись, с удивлением заметила, что кинжал легко входит в камень, подобно ножу в мягкое масло. Из нанесенных мною порезов сочилась черная густая кровь.

Подпрыгнув, я наугад вонзила лезвие в то место, где у всех нормальных людей располагается сердце. Сталь свободно вошла в камень, обломившись у самой рукояти. Золотая змейка, подобно тонкому золотому стилету, вошла в черный камень. От удивления я разжала пальцы. Обломок упал на землю. Позади меня раздался нечеловеческий крик. Я обернулась.

Рейна прямо на моих глазах превращалась в высохшую мумию.

Идол разрушался, распадаясь на большие черные каменные глыбы и заливая серую, высохшую траву черной кровью. Поняв, что тут мне больше делать нечего, я бросилась к Дейну.

– Потерпи, пожалуйста, – умоляла я, падая перед ним на колени. – Сейчас я помогу тебе. Не умирай! Ты только не умирай! – Я вновь приложила свои ладони к ране, чувствуя, как сила переливается в его тело. – Сейчас, милый! Потерпи!

Дейн приоткрыл глаза.

– Не старайся, – услышала я его слабый шепот. – Все бесполезно…

– Нет! – закричала я, стараясь отгородиться от страшной беды этим коротким словом. – Тебе нельзя умирать! Твои люди… Твой народ останется без тебя! Подумай о них. Вспомни о них и постарайся выжить… Портал! – вдруг засуетилась я. – Нужно срочно открыть портал и перенести тебя! Тебе поможет Талейн!

Я сосредоточилась и принялась создавать портал. Почему-то ничего не получалось. Сквозь пальцы я ощущала, как моя энергия проходит в его тело, но казалось, что она не задерживается в нем. Значит, ничем ему не помогает.

– Ты сама сейчас слишком слаба, – прошелестел Дейн. – Не пытайся! Побереги себя, ты уже даже облик сменила. Будешь в Лиоде, зайди во дворец. В моей комнате на столе возьми обруч. Камень признает…

– Что ты несешь?! – возмутилась я. – Какой еще камень! Сейчас нужно вытащить тебя, а потом уже думать о каких-то там камнях!

Вместо ответа Дейн захрипел и выгнулся в моих руках.

Страшный отчаянный крик всколыхнул мертвый лес. Уронив голову на окровавленную грудь друга, я зарыдала.

Я не знала, сколько прошло времени, но мои слезы вдруг иссякли. Я посмотрела в бледное дорогое лицо и, наклонившись, поцеловала безжизненные, но еще теплые губы. Затем поднялась с земли. Холодная ярость затопила мое сознание, вытеснив жгучую боль.

Подойдя к тому месту, где лежала Рейна, я носком сапога принялась пинать мумию до тех пор, пока она не рассыпалась в пыль.

– Успокойся, родная! – послышался чей-то голос.

– Не трогай! – зарычала я на кого-то, не видя его, поскольку перед глазами все расплывалось из-за слез.

– Лайса, здесь уже ничего нет! – Чьи-то сильные руки обхватили меня.

Вытерев рукавом слезы, я увидела перед собой Талейна. Это он держал меня.

– Эта гадина Рейна убила Дейна! – заплакала я. – Я ничем не смогла ему помочь!

– Ты успокойся, пожалуйста! А я сейчас посмотрю, как там Дейн, и попробую ему помочь, – принялся утешать меня Талейн.

– Да! – моментально вскинула я голову. – Помоги ему! Ты же самый сильный маг! Ты же все умеешь! Я знаю, ты его спасешь!

Видимо, в моих глазах светилась такая всепоглощающая надежда, граничившая с самым настоящим безумием, что Талейн резко отпрянул. Но через мгновение взял себя в руки и, кивнув мне, отошел к Дейну.

«Он сможет! – твердила я про себя, невидяще глядя в пространство. – Он обязательно воскресит Дейна! По-другому и быть не может. Он очень сильный и могущественный маг!»

Спустя некоторое время Талейн вернулся:

– Скажи, родная, а что за божество здесь находилось? Как я понял, камень служил жертвенником?

– Какой-то Гулон! – выплюнула я ненавистное имя. – Эта мерзавка Рейна вернулась, как пообещала, и доделала свое черное дело. Я не смогла его спасти. Понимаешь? Не смогла! Я думала, что убила ее. Но Укус змеи подвел меня.

Талейн тяжело вздохнул.

– Укус змеи не подвел тебя, – отрицательно покачал он головой. – Послушай! Гулон относится к Запретным богам. Как я понимаю, он вернул Рейну с того света. Но за это она должна была приносить ему жертвы. К этому богу можно обратиться лишь один раз. Вернувшийся с того света при помощи Гулона должен водрузить его статую и поклоняться ей в течение всей жизни, принося жертвы. Каждый спасенный возводит свою статую, и в первый раз поит бога своей кровью. Но если разрушить статую, оживший человек умрет. Только разрушить ее можно лишь одним кинжалом – Укусом змеи. Что ты и сделала, воткнув кинжал в сердце статуи.