Лишний свиток - Антон Чернов

косые и строем не ходят, — придирчиво осмотрел я получившееся воинство.

— Иди нахер, Рарил! — возмутился мертвечина. — Какие материалы, такая и нежить! И сам, как пьяница, зелья хлебал весь ритуал!

— Ну да, тяжеловато, — признал я.

— А если бы я ваше даэдрическое чувство прекрасного пробовал тешить, то вы бы тут и брякнулись! — фыркнул Анас.

— Будем считать, что отмазался, — признал аргументы я под возмущённое хлопанье призрачного клюва. — Ладно, пойдём.

— Сволочь ты, Рарил, — отвесил мне тяжеловесный комплимент дохлятина.

И потопали мы дальше и глубже, причём искрить слабыми искрами мне приходилось довольно часто. А то инвалидная команда Анаса была и вправду кривая, хромая и неловкая. Сильные, конечно, но явно “на скорую руку” нанекромаженные.

И дотопали через четверть часа до здоровенного, гладкого и тёмного туннеля, после пещеры, забитой яйцами. В потолке был лаз, под ним — деревянные обломки.

— Ход к матке, — тыкнул в туннель Анас. — Там три воина, пять мы обошли.

— Это ты, конечно, молодец, — признал я. — Скелетов пустишь?

— И сам полечу. Жди, — бросил некрохрыч и потопал впереди своего дохлого воинства.

А через три минуты позвал меня мысленным зовом, предупредив, что воины хреначат электричеством. Так и оказалось — здоровенные, шипастые, гротескно-антропоморфные тела воинов были прижаты к стенам тоннеля трепыхающими скелетами. Но глаз на гофре шевелился, пучился, и били паразиты молниями, меня и скелетов. Ну, скелетам было пофиг, а меня оберёг оберег.

Так что вщемился я в просторное, с несколькими специфическими рабочими, суетящимися вокруг королевы помещение. Королева была, была огромна, раздута брюшком. Даже гофра глаза, как у воинов, просто валялась на земле, не шевелясь. А что там за тело — и не разглядеть, груда шипастого хитина, теряющегося на фоне здоровенного, раздутого белёсого брюха.

— Ты чего высматриваешь? — поинтересовался Анас, увидев, что я смотрю и даже шевелю всякую дрянь по углам.

— Норы крысиные. Все же, Анас, мы получаем весьма ценную награду. Так что просто исцелить… ну в общем — хочу прикрыть от крыс, да и иммунитет наложу, средний. На неделю-другую, — кивнул я на матку. — А дальше уже сами.

— Хм, ну… в принципе — много времени не займёт. Я сейчас.

Через десять минут всё было готово: матка исцелена, щели заделаны. А вот зелья магического релаксанта у меня почти кончались: три бутылочки, блин!

— Проход в двемерские руины в яйцехранилище? — уточнил я, на что Анас кивнул. — Я метку поставил, сразу туда, подтягивайся и развеивай своих скелетов. В лазе передохну, а ты посмотри, что там за руины.

— Так ты ходить вообще разучишься…

— Не звездите! — возмутился я. — Я эту гребучую телегу…

— Будем считать, что оправдался, — отмахнулась мертвечина, а пока я праведногневно щёлкал клювом добавила. — Давай быстрее!

— Обнаглевший некрохрыч, — похвалил Анаса я и телепортировал.

В яйцехранилище бодро наложил на себя пёрышко, ловко не йопнулся башкой, самортизировав руками силу прыжка, ну и вполз в ход. Где начал высококультурно материться, несмотря на облегчение от оборвавшегося оттока обливионщины.

— Чего материмся? — бодро полюбопытствовал некрохрыч, высовывая башку из дна лаза, чуть больше полуметра диаметром.

— Восхищаюсь просторами и комфортом, — ядовито ответил я. — Местные шахтёры — казлы!

— Да, тесновато, — признал наглый умертвий, торча телом в скале. — Ну а что ты хочешь, Рарил? Пробивали ход в спешке, только чтоб добраться до матки.

— Простора я хочу. Ползай тут на четырёх костях, как рак донный, блин, — негодовал я.

Но смирился с тяжёлой судьбиной, вытащил коврик, расстелил на дне лаза. Разместился на нём и барственно махнул Анасу рукой.

— Напрягайся, а я отдохну, — озвучил расслабившийся я.

— Пнуть бы тебя, шалка такого, — впечатлился некрохрыч. — Ну да даэдра с тобой. Зелья-то остались? — уже с серьёзным беспокойством уточнил он.

— Три штука, — томно ответил я.

— Мда, лежи уж, — признал моё право на сибаритство Анас.

И направился на разведку, частично становясь прозрачным: работа хамелеона. А я потихоньку расслабился и почти задремал, как вдруг меня пробудил натуральный мыслевопль:

— РАРИЛ!!! НАМ НЕВЕРОЯТНО ВЕЗЁТ!!!

— То, что я после твоих воплей не долбанулся макушкой о потолок — это да, чертовское везение, — мыслебуркнул я, встряхнулся и заинтересовался. — Чего там ваша дохласть отрыла, что верещит, как снова живая?

— Да ты… даэдра с тобой. Книга Кагренака!

— Эммм… погоди, это который Нумидиум построил? — заинтересовался я.

— И инструменты взаимодействия с сердцем.

— Ипануться, — честно ипанулся я.

— И не говори.

— А я думаю.

— И не думай.

— Буду, — отпарировал я. — Погоди, а как она сохранилась-то? Времени то до чёрта…

— А она частично имматериальна, Рарил. И тут не город, а именно развалины. Совсем небольшой, частично разрушенный отнорок какого-то крупного города. Видно, был кабинет какого-то тонального архитектора или ещё какого-то двемерского мага или инженера, как ты их зовёшь.

— Блин, вот реально — чертовски везёт, — признал я. — А что-то ещё интересное есть?

— Какие-то чертежи на двемерите, не смотрел. Тут лава часть комнат залила, в общем, всё не в самом лучшем состоянии. Пять сфер, три паука и всё.

— Так тащи…

— НЕТ!

— А чего орём? — заинтересовался я.

— Потому что это сокровище могут повредить сферы!

— Хм… Убедил. Ладно, поползу вперёд. А ты…

— А я сторожить!

— От кого? — ехидно поинтересовался я.

— От неудачи! — отрезал некрохрыч.

— Хммм…

— Часть хода обвалилась в руины, не промахнёшься.

— Ну ладно, уболтал, — хмыкнул я и пополз.

Вообще — некрохрыча можно понять. Книг от двемеров вроде почти и не осталось, а уж ихнего чуть ли не Эйнштейна да Винича, Кагернака — вообще слышу в первый раз. То есть упоминаний его до чёрта, а вот творчество самого типа — что-то с чем-то.

Так что шуршал я по ходу довольно бодро и с интересом, хотя причувствовался на всякий. И вот, чувствую — впереди двемерские автоматоны. Приготовил морозный луч, двинулся было… И тут один из них со звуком бильярдного шара рвёт ко мне и выкатывает из-за угла!

Считать, сколько я отложил кирпичей — я не стал, не до того было. Сфера катилась просто очень быстро, и на