по прозвищу Кобра III. Москва 1980 (СИ) - Востриков Михаил

Кстати, я разобрался, Завулон — это фамилия, его семья в Преисподней, а Артур — имя. Но, именно фамилия у него стала нарицательной, Завулон, да Завулон. Надо у Систеля спросить, как его зовут, а то, Систель, да Систель, неудобно по фамилии…

Подхожу со стороны ресторана «Метрополь» и вижу, да, хозяин-демон сейчас на месте. Его Merсedes Benz W 116 в одиночестве стоит напротив дома, прямо, под знаком «Остановка запрещена». Все тёмные — азартные футбольные болельщики. Впоследствии их назовут Ультрас, совершенно отмороженные на голову, орут, дерутся, хулиганят на стадионах. Естественно, сегодня с утра они съездили на футбольный матч за 3-е место, где наши со счётом 2:0 (как и предсказала Татьяна!) раскатали Югославию, а сейчас, на работе, бурно обмениваются впечатлениями от игры, испытывая всеобщее, но, строго индивидуальное единение, свойственное только тёмным.

«На то и был расчет! Все сейчас в домике, включая Артура, — думаю я, — И это хорошо!»

СЦЕНА 9/6

Конечно, было бы проще всего сложить этот клоповник одним-двумя ударами «воздушных кулаков» или «воздушными таранами»… кому как удобнее называть данный приём боевой магии от барича Ган Глоо — макера-меламеда секретного лефа «платиновых и дважды платиновых магов» Союза Свободных Окум… Потом, вытащить демона Артура Завулона из под обломков за шиворот и… составить с ним нужный разговор. В том мире, откуда я, демоны не самые сильные маги… Так, мелочь пузатая. Именно поэтому я и занимаюсь вопросом резкого увеличения уровня магии с баллотирующимся в Короли Преисподней великим демоном Систелем.

Однако, умны и хитры тёмные… Видимо, озабочивались и таким развитием событий, когда выбирали себе этот офис. Кто же будет полностью рушить дом рядом с Кремлём, с семью жилыми этажами и в котором в большинстве своём живут обычные люди⁈

Придётся мне выписывать тёмным люлей не всем скопом, а точечно, индивидуально… как они и любят!

СЦЕНА 9/7

И начинается…

КЛАЦ!

Одинокий Мерседес взлетает на уровень третьего этажа и взрывается в воздухе как французская шрапнель в битве под деревенькой Бородино в 1812 году — громко, дымно, с огромным количеством разлетающихся в разные стороны поражающих элементов — болтов и гаек.

«Ай-я, людей на тротуаре посекло, но… вроде, не смертельно, — думаю я, гигантскими шагами перебегая почти пустую улицу Горького, — А пусть, гад, не ставит машину в неположенном месте. Что, не видит, знак висит⁈».

Забегаю в здание. Здесь плохо работающий (старый) лифт… пока он на третий сумеречный этаж доедет…. Если вообще доедет… А мне-то нужно именно туда… Поэтому, я бегу наверх по пожарной лестнице, перепрыгивая через три ступеньки.

На третьем этаже, в сумраке, вижу дверь. Её контур едва-едва различим из-за заклятий (ловушек и сигналок, в основном) на неё понавешанных в разное время. Однако, все находится в рабочем состоянии, всё вовремя осмотрено и подкачано магией. А это, значит, что техслужбы Дневного Дозора на работе не спят, а соблюдают регламенты. Молодцы, свою функцию знают!

КЛАЦ!

Лёгкий удар «воздушным кулаком» и все заклятия с двери как ветром сдувает. Именно, что, как ветром, кулак-то воздушный… Ни одна сигналка не срабатывает… улетели сигналки!

«Заходите люди добрые, берите что хотите!» — всплывают в памяти чьи-то шутливые слова.

На входе — двое (дежурная смена службы охраны):

Девушка. Читаю её сумеречную метку — зовут Арадия, ведьма, 5-й уровень, оперативный работник, с весьма развитыми способностями целительства. Романтичная — в свободное время пишет поздравительные стихи коллегам. Рисует средне. Красивая!

Парень. Сложновыговариваемое имя, в переводе с древнеэльфийского означает — Задира, оборотень в волка, служит в Группе быстрого реагирования, в данный момент и.о. зам. командира группы, старший оперативный работник.

КЛАЦ!

Моя молния разрывает обоих дежурных на части. Летят куски окровавленного мяса, осколки трубчатых костей и запах подпалённой волчьей шерсти и какой-то синтетики на девушке. Ничего, парень скоро очухается… Способности оборотней к регенерации потрясающие… Встанет сам и девушку соберет заново. Такие они, оборотни, я видел, я знаю.

Дальше, схема простая, однообразная и скучная — вижу дверь — КЛАЦ! — не разбираясь, ударом «воздушного кулака» сшибаю с неё всё, что на ней висит «до железа» — открываю дверь — забрасываю в помещение мощный файербол — закрываю дверь. И даже не очень громко и орут, кто там есть, двери-то я потом закрываю.

Пара-тройка минут уходит на весь этаж. Что тут у них было на этаже? Ах, да — дежурка, оружейка и техслужбы… Не так уж и больно, подумаешь, оружие… ещё притащат. Вот, если бы я архивы с хранилищами артефактов им попалил…

Ладно, кто куда, а я на восьмой сумеречный… Там у них приёмная руководителя — Завулона! Я же к нему пришёл… А почему же меня никто не встречает? На дверях этажа пусто… охраны нет, решётка открыта… Где, все-то⁈ Эй, охрана! В коридоре тоже никого нет. Быстро они… эвакуировались. Но, тем хуже для них. Не хотят говорить, не надо! Всё здесь у них разнесу к Дьяволу, а потом ещё по Горького погуляю, их поклацаю.

Рядом с дверью «Приёмная» вижу приоткрытую дверь с надписью «Курительная комната». В памяти Городецкого она отдельно и восторженно… Здесь, для гостей Дозора, на выбор — ряд кальянов, марихуана, гашиш, опиум, амфетамины в порошках и таблетках, кокаин, лучший африканский кофе, несколько сотен экзотических блюд на фуршетном столе.

Слева, от Приёмной, слышу истерический женский крик:

— Антон Максимович! Антон Максимович! Прекратите! Пожалуйста, не стреляйте… Вас приглашают…

Оборачиваюсь на голос… Красивая брюнетка, почти без косметики, строго, но стильно и дорого одета — белый верх, чёрный низ, на шпильках. Читаю метку — Алиса, ведьма, 3 уровень, личный ассистент руководителя Дневного Дозора города Москвы. Хм-м, и впрямь, красивая.

Ну, когда ТАК приглашают, нужно идти… тем более, сам хотел с их начальством пообщаться. Захожу в Приёмную, через неё прохожу в кабинет руководителя и второй раз в жизни вижу… демонскую позу «Пал Ниц». Первый раз, помнится, её исполнил для меня демон Систель… Как то же он умудрился тогда так загнуться со сломанным полувырванным крылом и огромной сквозной дырой в боку после моих ему люлей, прямо, на его рабочем месте… в кладовочке «Тонкого мира»… А теперь, вот, демон Завулон исполняет — руководитель Дневного Дозора города Москвы, собственной персоной.

— Пгиветствую Вас, Антон Максимович! — картаво говорит демон, уткнувшись лицом в пол и ритуальной позы не нарушая, — Мне говогили годные, что Вы газбуженное Инфегно… дгевнее изначальное Зло, но я не вегил. Вот и поплатился… О-о-о, искони Люто, повелевай габу твоему!

И вдруг…

И вдруг, маленький, неизвестно откуда взявшийся сгусток энергии метнулся мне в руку и вспыхнул двумя цветами, буквально, на секунду. Свет и Тьма! Древнее заклинанье произнесено и принято… Теперь, великий демон Артур Завулон, формально, мой раб! А оно мне надо?

Сюжет 10. Да будет так!

СЦЕНА 10/1

3 августа 1980 года, воскресенье. Лужники, стадион им. Ленина

Ну, что сказать… Всё было, просто, великолепно и трогательно… Чистое, беспримесное счастье! Весь стадион и вся большая страна по телевизору хором рыдали, провожая в вечернее московское небо всплакнувшего и машущего всем лапой Олимпийского Мишку и с чувством подпевая великим советским певцам — Лёве Лещенко и Тане Анцифировой «…до свидания, наш ласковый Миша…». О родителях моей Татьяны и о ней самой и говорить нечего… так им понравилась церемония закрытия XXII летних Олимпийских игр в Москве. Ощущения непередаваемые. Просто, волшебные, какие-то… не шучу.