Сутемень - Олег Лемашов

его тонкие, загнутые на конце зубы стали казаться ещё длиннее. Алина покорно приближалась к чудовищу, только теперь она смотрела на Игоря, её умоляющий взгляд кричал: «Спаси! Сделай что-нибудь! Помоги!» Оцепеневший Игорь не мог сдвинуться с места и лишь с ужасом наблюдал, как девочка медленно, шаг за шагом, подходила к мерзкой рептилии… Не в силах больше выносить жуткое зрелище, он закричал и в следующее мгновение рывком сел на своей походной постели… Прислушиваясь к бешеному ритму сердца, он вытер ладонью холодный пот со лба, постепенно осознавая, что всего лишь видел дурной сон. Захотелось поскорее разогнать липкую тьму вокруг и внутри себя хоть каким-то источником света. Рука очень удачно нащупала фонарик, оказавшийся рядом. Луч вырвал из темноты лица спящих товарищей. Осветив стены пещерки, служившей им временным приютом, Игорь направил фонарик к выходу и не закричал только потому, что ужас полностью сковал даже мышцы голосовых связок! В ногах спящего Андрея сидел гигантский ящер, и немигающий взгляд его жёлтых глаз был направлен прямо на Игоря. Длинный тонкий язык плотоядно выскользнул между кривых зубов и опять исчез.

Игорь проснулся от того, что безуспешно пытался покинуть спальный мешок. Наконец, после нескольких рывков торс освободился, и Игорь, задыхаясь, стал в какой-то дикой лихорадке ощупывать рюкзак в поисках фонаря. Он судорожно осветил пещеру и вход. Ничего необычного. Безмятежно спали его приятели, и только ветер тихонько завывал между трещин и выступов провала, складывая свои стоны в мелодию:

«Сиди-сиди, Яша, в золотом кресле, под ореховым кустом…»

…Проснувшись, Женя к его глубокому удивлению обнаружил, что стены временной стоянки освещаются мягким рассеянным светом — несмотря на то, что прямые солнечные лучи не могли доставать их расположения. Спальный мешок Друида лежал пустой, Игорь с Андреем ещё спали.

Женя покинул своё ночное ложе и направился к выходу. Как и ожидал, там он увидел Друида, который, сидел на тропе, свесив ноги прямо в пропасть. Женя подошёл к нему и хлопнул по плечу:

— Доброе утро.

— Доброе, — отозвался тот.

— Разведал по своему обыкновению, что впереди?

— Нет, я немного пробежался назад, хотел понять, что вчера грохнулось?

— И?

Друид скривил губы:

— Абсолютно ничего не нашёл. Тропа в порядке, обвалов на стенах тоже не заметно. Всякие выемки, конечно, есть, а кто его знает — сто лет назад они появились или вчера?

— Ясно.

Они помолчали некоторое время, потом Женя сказал:

— Ладно, будем трубить подъём.

За спиной раздался голос Игоря:

— Всем привет. А сколько времени?

— Шесть утра уже, — Женя встретил его открытой, добродушной улыбкой. — Тоже не спится?

— Кошмары, скажу, замучили нехило, — и Игорь вкратце рассказал о своём сне.

Друид, бросивший при появлении Игоря короткое: «Привет» — весь рассказ выслушал молча, не поворачиваясь и продолжая отстранённо глядеть в пропасть. Лишь один раз он переспросил точные слова песни — считалочки, что пели дети.

— Ого! — отреагировал на рассказ Женя, — круто!

И, как бы извиняясь за неуместный восторг, добавил:

— Ну и жутко, конечно…

Игорь подошёл к краю, заглянул вниз. Тьма на дне не стала нисколько ближе или прозрачней. Составить компанию молчаливому Друиду и тоже свесить ноги в бездну?

Женя растолкал Андрея, тот проснулся в превосходном расположении духа. Высвободил тело из мешка, с хрустом потянулся и завопил:

— Доброе утро, страна! Во сколько у нас по расписанию подвиг?

— Подвиг у нас прямо сейчас, — сообщил ему Женя. — Встаём, делаем потягушечки-подрастушечки, завтракаем в темпе вальса и выдвигаемся с песнями.

— Яволь, хер комендант!

— Сам такой!

— Здравствуйте, отважные путешественники, покорители бескрайних лесных просторов и бездонных земляных дыр! — заорал Андрей, увидев сидящих на краю площадки Друида и Игоря.

— Здоров.

— Привет, хоть бы раз без воплей проснулся.

— Сделайте лица чуть повеселее, чем у сотрудников похоронного бюро. Жизнь прекрасна и удивительна в своём многообразии, но она неизбежно отворачивается от таких кислых рож.

Игорь усмехнулся на эту тираду, Друид же не проявил никакой реакции.

— Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста, — позвал Женя.

— А что у нас подано? — обернулся к нему Андрей.

— Пряники, по две штуки на рыло.

— Женя, блин, ты своей экономией нас до истощения доведёшь.

— Женя прав, — нарушил своё молчание Друид. — Неизвестно, сколько нам ещё идти вперёд и когда возвращаться. К тому же пока раннее утро, и есть всё равно не хочется.

Андрей возмутился:

— Это ты за себя говори. Вы, может, и привыкли в своих походах питаться акридами и личинками, да пить из козлиного копытца. Но других заставлять! Хотя… чёрт с вами, пряники — тоже неплохо.

— Воду экономно… Буквально по два глотка. Да сразу не пейте, побултыхайте во рту, — продолжал занудствовать Женя.

— Хорошо, мамочка, — ядовито улыбаясь, ответил Андрей.

— Разговорчики в строю!

— Виноват, ваше высокоблагородие! Разрешите искупить свою вину кровью?

— Непременно, корнет, у вас ещё будет шанс доказать свою преданность старшему командному составу в моём лице!

В это утро бравурные пикировки Жени и Андрея не казались Игорю смешными. Дожёвывая пряник, он вышел из укрытия на тропинку и посмотрел вверх. Высоко, у краёв провала, солнечные лучи освещали испещрённые трещинами стены, а над ними синело безмятежное небо. Там сейчас летали и пели птицы, ласково и успокаивающе шумел лес, но сюда не доносилось ни звука.

«Надо возвращаться, пока не поздно», — прозвучала наполненная невнятной тревогой мысль, но он поспешил отогнать её. «Просто настроение кислое. Не выспался и немного разбит. Опять же, кошмары дурацкие. Ничего, войду в темп, и всё будет хорошо», — подбодрил себя Игорь и принялся собирать нехитрую амуницию.

Через полчаса отряд топал по узкой тропинке, всё так же цепочкой, один за другим. Какое-то время Андрей, по обыкновению, разбавлял навалившуюся со всех сторон тишину шутками и возгласами, обращаясь то к Жене или Друиду, то к идущему в хвосте колонны Игорю. В это утро никто не отвечал на его шутки, и постепенно остроты Андрея становились всё реже, пока, наконец, он не умолк окончательно. И лишь ветер, лёгкий и грустный, иногда тихонько завывал песни без слов, да мелкий камешек пролетал сверху, столкнутый, видимо, каким-нибудь зверем или освободившийся из почвенного плена вследствие эрозии.

В какой-то момент Игорь вспомнил о том, что собирался позвонить Алине. Не испытывая никаких иллюзий, достал телефон из нагрудного кармана и не поверил глазам! Сигнал! Ловит! Торопливо нажал кнопку быстрого набора и услышал гудки.

«Ну, пожалуйста, ответь!» — взмолился он. Гудки. Лихорадочно произвёл повтор, но в ухо опять одни гудки… Постояв в тягостном ожидании, он с сожалением нажал отбой и пошёл догонять товарищей.

Спуск по тропе вдоль стенок колодца-пропасти однообразием стал наводить отупляющую тоску.