Лишний свиток - Антон Чернов

шутник. Я не про то. Просто ты прости, но болезни…

— А, понял. Ладно, — понял я.

В принципе — это и взаимная гарантия. А что любовница лёгкого поведения так относится к безопасности секса — только в плюс. Так что стянул я кожанку. И девица и вправду осмотрела, правда, поглаживая и даже целуя осмотренное.

— А теперь — награда, — улыбнулась она, осмотрев напоследок самое интересное и уже боеготовое.

А я отметил две вещи: первое — Онди поморщилась, приближаясь. Но разулыбалась и за дело принялась с энтузиазмом. Видимо, гигиена тут, всё же — скорее исключение, чем правило.

Второе: я так и не понял, как это чёртово платье держится на этих огромных сиськах! Ну не сказать, что девица очень там умелая, но старалась, и эротические ощущения тела были… да наверное поинтенсивнее того что помню. В общем — отвёл взгляд, а платье спущено уже. Но сиськи — очень ничего, так что я не очень обиделся.

А так — у Онди даже интимная стрижка была. Не фигурная, конечно. Но никаких жутких вонючих зарослей, как я опасался. И какое-то зелье приняла перед переходом на койку, видимо — противозачаточное. В общем — бывали у меня любовницы и поопытнее, но в целом — чуть ли не самый приятный секс вышел, по памяти. Ну и выдохся я, хотя отработал больше чем мог раньше, без передыха.

— Ты такой страстный, Рарил, — растянулась довольная любовница звёздочкой.

— Ага. Сейчас, — закопошился я с мешочком.

— А… если денег мало — можешь не платить, — решительно тряхнула она волосами и сиськами.

— Нет уж, — аж возмутился я.

— Спасибо, — разулыбалась девица. — Ты не подумай, я не шлю…

— И не думал. Я видел, что ты отпихиваешь клиентов, — отмахнулся я.

— Да. Только с теми, кто нравится. А хочется часто… Но я на пивоварню коплю! И замуж выйду, в Скайрим вернусь!

— Удачи тебе в этом.

— И ты заходи. Мне понравилось, очень! — выдала девица и ускакала.

Ну, в целом — понятно. Постоянное внимание, щипки-поглаживания. Их, очевидно, не насилуют, не принуждают. Но у девчонок на такой работе волей-неволей желание огого. Ну и заведению прибыток, да и им. Может, и вправду накопит, замуж выйдет. А о-о-опытная будет, даже в чём-то позавидовал я будущему мужу девчонки. Но это — не наш путь, заключил я и пристроился поудобнее. И заснул.

4. Гена на

Проснулся я от странного, тянущего такого ощущения. Первые секунды судорожно оглядывался, пытаясь понять: а куда это меня занесло-то? Но в памяти всплыло, что и как. Бодренько пробежав по стадиям отрицания, протеста, смирения и принятия, я стал пытаться понять, а что это меня так тянет-то?

И, судя по всему, дух предка, некрохрыч и просто дохлый данмер очень хотел поздороваться.

Напыжился я, а через секунду любовался дохлым призрачным скелетом.

— А девочка была хороша, — поприветствовал меня некрохрыч.

— Неплоха, не спорю, — не стал спорить я. — Если ты, старый хрен, скажешь что теребил меня за какие-то призрачные детали организма, только для того, чтоб поделиться ощущениями от визионизма…

— То что, неуважительный щщщенок? — хамски перебив, ехидно поинтересовалась мертвечина.

— Думаю, я найду способы нагадить, — невинно улыбнулся я.

— Наверное, найдёшь, — подумав выдал Анас. — Совершенно безумное воображение! Вот как я, думаешь, смогу тебе “нагадить”? И вообще — дурацкая традиция рисовать на животе орудие казни. И зачем?!

— А, это мысли мои из памяти вытащил, — догадался я. — А нагадить — тело там спереть, ещё что-то там сделать. Сатириаз наслать, например!

— Ой, нужно его на тебя насылать, как будто, — отмахнулась мертвечина. — Всё и так в порядке, в меру. А тело спереть — я бы и не против, если бы была такая возможность. Но нет — природный запрет, да и некоторые… родственные чувства я испытываю. И нечего на меня так ехидно таращиться! — возмутился призрак. — Род — не просто звук, а ты, как-никак — его продолжение.

— Теребил-то зачем? Соскучился или вправду решил рассказать, как “с твоей стороны” ощущалось? — хмыкнул я.

— А чтоб не забыл! И вообще — поговорить надо…

— Ну, в принципе, учитывая сколько времени ты бултыхался без нормального общения — могу понять, — признал я.

— Не в этом дело, щщщенок! — заподпрыгивал призрак, но под моим ехидным взглядом сдулся и признал. — Но и в этом тоже.

— Тогда ладно, — царственно махнул я лапой.

— Охренительная щедрость, — театральным жестом ухватился мертвечина за щёки. — Даэдра с ним, давай к делу. Вышло у тебя всё хорошо, я ожидал, что будет хуже. Но мне не нравится твоя везучесть, — протянул он.

— А лучше бы было, если бы меня норд отметелил, торгаш послал? — возмутился я.

— Да, — совершенно серьёзно и даже мрачно прошелестел Анас.

— Так, поясни, — посерьезнел уже я.

— Рарил, вокруг — даэдра и аэдра. Ты — даэдра…

— Стоп, поясни, я не вполне понял. Я — даэдра, скамп — даэдра, и всякие…

— Не называй!

— И не собирался, но ты понял.

— Понял. Даэдра — существо с иного плана. Не способное к творению чего-то из ничего. Скамп, лорд-даэдра, золотой святой, стихийный атронах — даэдра. И Дом Забот — тоже. Понял?

— Да куда уж мне, — съехидствовал я. — В принципе — да, я тогда тоже выхожу даэдрой. А аэдра, соответственно, существа иных планов, способные сотворить что-то из ничего? — на что призрак кивнул. — А ты уверен, что это вообще возможно? — уточнил я.

— Акатош сотворил.

— Нет, это понятно и даже скорее всего — так и было. Я про “ничего”. Может, они оперируют некоей фракцией бытия — неважно, обливиона или ещё чего, которая им доступна, но необнаружима остальными?

— Возможно, и так, — подумав, ответил Анас. — А какая тебе-то разница? — ехидно уточнил он.

— Практически — никакой. А вот мировоззренчески и психически — есть. Мир должен быть систематизирован и понятен.

— Блажь, конечно. Мальчишеская! Но понятно, так что можешь считать так, оберегая свою нежную психику, — дозволил некрохрыч.

— Вот и буду, — согласился я. — Так, ты заговорил про эту потустороннюю хрень. Думаешь, этот, сумный