Мужская работа (СИ) - Казаков Дмитрий Львович

— Привет, — сказала она.

— Привет, — отозвался я, думая, что это очередная галлюцинация.

Курчавая секс-бомба должна сидеть сейчас рядом с Равудой, гладить его по могучему плечу, заглядывать в карты, радоваться выигрышам и расстраиваться из-за проигрышей. Но она стоит тут, в пустой и тихой душевой, передо мной, наряженная в в форменную майку и спортивные штаны, какие таскали мы все.

Сидело на ней это одеяние словно бикини, налитая грудь натягивала ткань, я мог видеть соски, а с ноги на ногу она переминалась так, что проглядывали округлые, крепкие бедра.

— Почему не со всеми, всеми? — спросила она. — Там весело.

— Не хочу, — ответил я, понимая, что нет, это не галлюцинация, и расслабон тут не при чем.

Под ложечкой засосало.

— Тебе же грустно одному, — она улыбнулась, показав два ряда белых зубов, наклонилась так, что зеленая ткань у нее на груди едва не треснула; ярко-синие глаза заглянули мне не только в лицо, а прямо в душу. — Давай я тебя развлеку, развлеку? Ага?

Я тупо заморгал.

Что это — шутка Равуды, который вместе с дружками подслушивает за дверью и ждет, что я сейчас сдеру штаны сначала с себя, потом с нее, или наоборот, и попытаюсь отодрать ее прямо тут?

— А твой… твой друг не против, что ты будешь меня развлекать? — осведомился я.

— Он не знает, — и она села рядом, прижалась горячим бедром к моему, положила ладонь мне на коленку. — Что это за зверь? Как он называется? Это с твоей планеты? Ага?

Мои мозги, и так прибитые стрессом и расслабоном, вскипели.

Что она делает? Зачем? Мало ей одного мужика? Или что?

— Это… моей дочери… — едва выговорил я, ощущая, как невесомая ладошка скользит по моей ноге вверх-вниз, вверх-вниз, завораживающее ритмичное движение, от которого жар копится внизу живота, и хочется самому ритмично задвигаться, подмяв обладательницу ладошки под себя.

— У тебя есть дочь? — Юнесса замерла, я повернулся и увидел, что глаза ее широко раскрыты, и в них застыла непонятная обида.

На меня?

— Да, — я аккуратно взял ее ладонь в свою. — Маленькая еще. Я очень скучаю по ней.

— Понятно, — Юнесса не вырвала руку, прижалась теснее, и я ощутил плечом ее грудь, упругую, тяжелую, и от этого прикосновения судорога прошла по всему моему телу, от макушки до пят, и я ощутил себя опять живым — впервые с того момента, как в казарму ворвалась Лиргана; как бы она снова тут не появилась, как тогда, в святилище.

С Крыской я после того случая не разговаривал, обходил ее, как пустое место.

— А у тебя есть дети? — спросил я, думая, что выглядит она юной, но она не человек, а занга, и кто знает, сколько ей лет по нашим меркам.

— Это не важно, — тут Юнесса все же убрала руку, и я не стал ее удерживать, хотя и сил отодвинуться не нашел: боже, да когда еще выпадет шанс побыть рядом с такой женщиной. — Важно, что я пришла к тебе. Важно, что ты здесь не просто так, просто так. Понимаешь?

— Нет, — честно говоря, я не особенно вслушивался в то, что она говорила, мне хотелось, чтобы она никуда не уходила, так и сидела тут.

— Поймешь, — Юнесса подмигнула мне, погладила себя по волосам, игриво коснулась торчавшего из шевелюры рога, и ладонь ее снова оказалась у меня на ноге, но в этот раз куда ближе к паху.

И мое мужское естество отреагировало, как надо. Я задышал чаще.

Она нагнулась ближе, и зашептала мне прямо в ухо, обдавая его горячим дыханием:

— Если захочешь, я буду с тобой. Но многие следят за тобой. Ты не просто так.

— Что это… — я хотел повернуться, глянуть ей в лицо, но тут Юнесса лизнула мою мочку, потом еще раз, и я остался, как был — задыхающийся, мокрый от пота, возбужденный, как подросток. — Будь со мной сейчас! Чего тянуть? И о чем вообще речь? Что за ботва?

— Нет, — Юнесса отстранилась, и я чуть не застонал. — Ты должен будешь доказать. Что не пальцем деланный.

Она убрала руку, я попытался схватить ее за ладонь, но получил легкий хлопок по запястью. В следующий момент девушка встала одним мягким грациозным движением, ухитрившись продемонстрировать и грудь, и ягодицы, и бедра, и подтянутый живот, и все это в одежде!

— Но кто следит за мной? И что значит «не просто так»? — спросил я, глядя на нее сверху вниз.

— У меня есть уши. При мне говорят, — сказала Юнесса. — Будь осторожен.

И не слушая моих дальнейших вопросов, она зашагала прочь.

Стукнула дверь, и я остался один, все с тем же черно-белым пингвинчиком в руке — ошеломленный, удивленный, но и полный радости. Юнесса заметила меня, обратила на меня внимание, я ей понравился, да настолько, что она попыталась предупредить меня о какой-то опасности!

Эх, если бы еще знать, о какой.

Глава 8

Я покончил с едой очень быстро, и ожидая Макса, возился со своим браслетом. Простая на вид штучка была на самом деле мощным компьютером, и я разбирался с трехмерным интерфейсом, не обращая внимания на обычный столовский шум.

Так, вот мой опыт, первая тысяча, которую нужно распределить между пятью навыками — меткость, сила, скорость, выносливость, знание оружия. Интересно, что произойдет, если я все разом угрохаю на силу — в мгновение стану мускулистым качком?

Нет, это не наш метод… я вспомнил совет Диррга, и отправил пятьсот на «знание оружия», а на остальные навыки отдал по сто. Тут же открылась новая директория, и в ней обнаружились мануалы на автомат, на полевые ботинки — с видео, схемами, пояснениями.

Отлично!

— А я на выносливость потратился, — пробормотал Макс через набитый рот. — Вапще… Теперь мне стимуляторы будут выдавать!

Я успел заметить, что имею право на дополнительный предмет снаряжения, и тут ожили громкоговорители под потолком:

— Общее построение на стрельбище! Пять минут!

Это еще что за ботва? В честь чего?

Загромыхали отодвигаемые стулья, бойцы ринулись к двери, где сразу возникла давка. Я на ходу придержал споткнувшегося о чью-то ногу Аюльвао, тот ответил благодарной улыбкой.

Коридор, спуск, и перед нами распахнулся громадный зал стрельбища, и там, где в обычное время поднимали мишени или отрабатывали групповые маневры и перемещения, под крики и ругань офицеров строились другие центурии… ого, даже когорты с манипулами! Ух, похоже сюда согнали всю легкую пехоту, а это десять тысяч разумных!

— Сюда! — рявкнула Лиргана.

Мы выстроились перед ней квадратом, я оказался в первом ряду.

— Наш линкор посетил двоюродный брат Гегемона, благородный Табгун, — сообщила центурион. — И он пожелал встретиться с личным составом, со всеми вами. Поэтому если кто из вас, дерьмовых ублюдков, напортачит сегодня, я вытащу его кишки через задницу.

Она погрозила нам кулаком и заняла свое место — в первом ряду справа от строя.

— Мило как, — пробормотал стоявший слева Янельм, нервно пошевеливая ушами. — Поесть не дали.

— Тихо! — шикнула Лиргана.

Вдоль строя двинулась небольшая группа людей: впереди шагали двое, легат-наварх, командир «Гнева Гегемонии», плотный кайтерит в возрасте, с морщинистым, свирепым лицом, и рядом его очень высокий сородич в темно-синей офицерской форме. Когда он подошел ближе, я с удивлением заметил, что на голове у этого типа есть волосы, очень светлые, вполне человеческие.

А ведь я считал, что красные все безволосые.

Высокое начальство оказалось рядом, прозвучала команда «Смирно», мы все вытянулись, вытаращили глаза.

— Свежий набор, только прошли через первый бой, — рассказывал легат негромко. — Показали…

И тут высокий кайтерит с волосами, тот самый «благородный Табгун», неожиданно остановился. Командир линкора осекся на полуслове, свита из полудюжины офицеров замерла на месте.

— Интересно, — голос у двоюродного брата императора оказался неприятно мягким. — Каково им… — неожиданная пауза, — в армии Гегемонии?

И он направился прямо ко мне.

Я напрягся так, что у меня хрустнуло в основании черепа — этого еще не хватало! Судорожно отдал честь, понимая, что не знаю даже, как правильно называть этого типа и как себя вести!