Дело прежде всего (СИ) - Мушинский Олег

Феликс хмыкнул и покачал головой.

— И как ты дошел до этой мысли? — спросил он.

— Ну, меня хотели так убить, чтобы свалить это на панбалканцев. Возникает вопрос: нафига? Я ж простой диспетчер, а не министр какой-нибудь. Тогда получается, что если Васко хотел свалить мою смерть на панбалканцев, то это чтобы свалить на них и последнюю кражу. А что? Логично. Столько оружия для наемников — это самое то. Тут даже лишних вопросов не возникнет.

— Да, это логично, — согласился Феликс. — Что ж, круг подозреваемых сужается до нескольких сотен убийц. Уже легче.

Он направился обратно к рубке. Пыль, поднятая во время боя, всё еще висела в воздухе и Феликс старался дышать пореже.

— Погоди-погоди, — раздался за спиной голос Максима. — Ты сказал — несколько сотен убийц?! Ты же говорил — наемники.

— Ну да, — выдохнул Феликс, поворачиваясь и тут же закашлявшись. — А… Ап-чхи… А нанимают их убивать. Ап-чхи. Да что ж такое?!

— Что такое?! — подхватил Максим. — Да ровным счётом ничего. Кроме одного! Если их подставляют здесь, то эти несколько сотен убийц тоже здесь! А у нас, знаешь ли, и так не самый спокойный город.

— А, нет, вряд ли они здесь все в полном составе, — отозвался Феликс, прочихавшись. — Это я так неудачно выразился. Несколько сотен — это целое крыло, — и, заметив недоуменный взгляд Максима, сыщик пояснил: — Так у них основное подразделение называется. Сам понимаешь, столько народу в городе не спрячешь. Поэтому обычно основные силы где-то неподалеку, чтоб были на подхвате, а в городе постоянно действуют десятка два-три. Вряд ли больше.

— Уже легче, — фыркнул Максим.

— Тогда давай вернемся к насущным делам, — сказал Феликс. — Посвети-ка мне.

Они вернулись к побитым контрабандистам. Максим сделал крюк вокруг ящика, чтобы обойти тело Васко, и поднял фонарь повыше. Томас оставался в совершенно непригодном к разговору состоянии. Феликс обшарил его карманы. Ничего опасного или полезного там не было. Карманы Васко Гросса подарили Феликсу конверт из плотной серой бумаги. Адреса на нём не значилось, а внутри лежала записка:

«Дело сделано. Груз на борту «Старого бродяги». «Золотой дракон» сожгли пираты. Я своих денег не получил. Буду ждать в гильдии».

Предложение про деньги было аккуратно подчеркнуто. Феликс нахмурился и вытащил уже из своего кармана записку, которую он забрал у мертвого Игоря Ветрова. Она сильно пострадала от воды, но прочесть написанное всё еще было можно. Феликс сравнил две записки. Почерк полностью совпадал, включая треугольную букву Д. К сожалению, автор письма не счёл нужным подписаться. Феликс хмыкнул и спрятал обе записки в конверт. Пока он прибирал его во внутренний карман, взгляд задержался на второй трости. От последнего удара та треснула по всей длине.

— Хлипковата она для балканской, — проворчал Феликс себе под нос.

— Кстати, Феликс, — окликнул его Максим. — А эти панбалканцы, как они на самом деле выглядят?

Сыщик повернул голову. Максим стоял у борта, глядя на причал.

— Как обычные люди, — сказал Феликс. — Стараются не выделяться, чтоб лишнее внимание к себе не привлекать. А что?

— Да вон посмотри.

Феликс быстро подошел к борту. На причале появилась дюжина контрабандистов. Они быстрым шагом направлялись к барже. Возглавлял их Вальтер.

— А эти-то как сюда попали? — удивился Феликс.

Всё выглядело так, что скоро он это узнает. Перед сходнями Вальтер коротко мотнул головой, и его команда ринулась на баржу, как на абордаж. Сами сходни были слишком узкие для такой компании. По ним поднялись на борт только сам Вальтер да еще пара крепких ребят. Остальные с разбегу ловко перелезали через борт. Между прочим, так получилось даже быстрее, и первым на палубе оказался высокий блондин в синем мундире с золотыми эполетами. Он быстро огляделся.

— Здравствуйте, господа, — сказал Максим. — Вы ко мне?

— К нему, — сурово бросил в ответ блондин, ткнув пальцем в сторону Феликса.

В следующую же секунду по бокам от сыщика выросли два дюжих громилы. Их тяжелые лапы легли на плечи Феликса. Ощущение было, словно трехпудовый рюкзак повесили.

— Господа, господа, — начал Максим встревоженным тоном.

— Спокойно, — сказал Феликс. — Хотели бы убить, уже бы убили. Сейчас мы со всем разберемся.

— Да уж хотелось бы, — хмуро отозвался Вальтер, выходя из-за ящиков на свет фонаря.

Те двое, что поднимались вместе с ним, не отступали от него ни на шаг. Их взгляды деловито обшаривали палубу. Жилеты у обоих были расстегнуты и сыщик не сомневался, что под ними спрятаны пистолеты.

— Здравствуйте, господин Вальтер, — сказал Феликс, стараясь, чтобы его голос звучал ровно, спокойно и лишь слегка удивленно. — Рад вас видеть живым и невредимым.

— Взаимно, — кивнул Вальтер. — Но, увы, не всем так повезло.

— Да, бой был серьезный, — сказал Феликс.

— А кое-кого убили еще до начала боя, — проворчал громила слева от Феликса.

На нём был костюм из черной кожи. В давние времена костюм украшали белые линии, которые теперь с разной степенью интенсивности мигрировали в серый цвет.

— Вы говорите об Игоре Ветрове? — уточнил Феликс. — Не буду лгать, я видел труп, но я его не убивал.

— Ну надо же, — усмехнулся Вальтер. — Хорошо, давай еще раз то же самое, но со всеми подробностями. Мы слушаем.

Феликс огляделся. Хмурые лица вокруг недвусмысленно намекали, что уж они-то свои выводы сделали, и теперь были готовы выслушать исключительно последнее слово обвиняемого, да и то ровно потому, что к этому обязывала традиция. Один из контрабандистов как бы невзначай занял позицию за спиной у Максима. Блондин прошелся дальше по палубе в сторону рубки и громко хмыкнул.

— Эй, Вальтер! — окликнул он, раньше, чем Феликс вновь успел открыть рот. — А тут у них еще один труп.

— Ну надо же, — без всякого удивления в голосе повторил Вальтер. — Кто таков?

— Это была самооборона, — поспешил возразить Феликс. — У меня и свидетель есть.

— Да, всё так и было, — кивнул Максим.

Не похоже было, чтобы ему поверили на слово.

— Васко Гросс, — сказал блондин. — Помнишь такого? Пузатый такой. Всегда в красном. Тот, который нас в рейс на Варлах наладил.

— Помню, — хмыкнул Вальтер. — Такой двуличный засранец был, прости Господи.

Учитывая, что сам он менял имена как перчатки, Васко Гросс для такой его оценки должен был серьезно постараться.

— Уверен, он получил за дело, — добавил Вальтер. — А вот за что получил свою пулю Игорь?

— Не знаю, — ответил Феликс.

— Ну надо же.

— Именно так, — стоял на своем Феликс. — Игоря я не убивал и не видел, кто это сделал. Когда я нашел его, Игорь был мертв уже порядка получаса, а было это сразу после того, как объявили тревогу.

— И где же ты его нашёл? — спросил Вальтер.

Феликс собрался было ответить, но осёкся.

— Видимо там же, где и мы, — ответил за него Вальтер. — В трюме. Что, согласись, вызывает еще один вопрос: а что ты там вообще делал? Мы тебе, как пассажиру, отдельную каюту выделили. Кстати, мы там немного осмотрелись, ты уж не обессудь.

— Нашли что-нибудь? — спросил Феликс.

Вальтер вынул из кармана фотоснимок на дешевой желтоватой бумаге. По всей видимости, тот самый, который Феликс сделал в трюме. Получилось даже лучше, чем он тогда ожидал. Вспышка выхватила из полумрака мельчайшие детали, позволяя даже на таком небольшом размере отчетливо разглядеть паровую машину профессора Игнатьева.

— Согласись, Феликс, — спокойно сказал Вальтер. — С этой картинкой в твоем фотоаппарате логично предположить, что Игорь застал тебя в трюме. Он пытался убежать и ты его убил.

— Не соглашусь, — мотнул головой Феликс. — Игорь не из тех, кто бы убежал.

По рядам контрабандистов прокатилось невнятное бормотание, сводившееся к тому, что тут Феликс прав и, стало быть, он виновен несколько иначе.

— Согласен, — слегка подумав, сказал Вальтер. — Но это не снимает с тебя обвинение.