"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Хонихоев Виталий

Звонок повторился. Да, телефон же. Я прошел в прихожую и снял трубку.

— Моси-моси. — говорю я в трубку, поражаясь как привычно вылетает у меня изо рта это смешное выражение. Мосимару-мосимару — значит не слушаю-слушаю, а говорю-говорю. И как обычно — откидываем «мару». Получается даже не моси-моси, а скорее мосьмоси — как то так.

— Ямасита-кун. — раздается голос в трубке и я чувствую, как волоски на моей шее встают дыбом, едва я только услышал первые звуки. Я знаю этот голос. Хотя слышал его в жизни всего один раз. Линда.

— Линда-сан. — отвечаю я, стараясь, чтобы мой голос не дрогнул. Никакой неожиданности, что вы. Каждое утро секретарь и телохранитель (а может заодно и любовница и кухарка и горничная) дядьки Мацумото, Линда-сан звонит мне и будит, дабы я не проспал школу. Она у нас такая заботливая, да. Любит школьников.

— Извини за ранний звонок. — говорит Линда, так, словно бы мы с ней приятели. Что же, в эту игру могут играть двое.

— Нет проблем, Линда-сан. — говорю я и перекладываю трубку к другому уху: — я уже встал. Давненько не виделись, а? Лично я уже соскучился.

— … Я тоже. — с некоторой заминкой прозвучало в трубке. Линда улыбается? Не знаю, но звучит как будто так и есть.

— Видишь? Наши чувства взаимны. Не хочу портить идиллию, но если не считать тонкую невидимую нить, которая связала наши сердца воедино — по какому поводу удостоен столь высокой чести?

— Хм. Секундочку. — в трубке что-то прошуршало, звякнуло и другой голос произнес:

— Синдзи-кун! Рад тебя слышать! — дядька Минору. Какой-то там заместитель департамента промышленности всей Японии. Один из Мацумото. Человек, которому служит Линда со всем своим легионом клонов. Добрый дядька, который при необходимости сотрет вас с лица земли и глазом не моргнет. И спать будет спокойно. В постели сразу с двумя Линдами. Или с пятью.

— Я тоже очень рад вас слышать, Мацумото-сан (или надо уже обращаться Мацумото-доно?).

— Вот и отлично. Как у тебя там дела? Как твоя команда? Слышал, у вас там много приключений и событий? Рад что вы все целы и невредимы. — говорит Минору участливым голосом. Слушаешь и на самом деле веришь, что где-то в далеком Токио, в своем пентхаусе на вершине хрустального небоскреба, сидя в кожаном кресле перед панорамой города и держа на коленях обнаженную Линду, — сам Минору Мацумото беспокоится о тебе. Лично о тебе. Переживает за тебя.

— Все хорошо, Мацумото-сан. Все живы и здоровы, как вы и заметили.

— Слышал я, что у вас в городе передел творится. Ну, китайским товарищам не место на земле благословленного Ямато, это вы правильно. Но вот светитесь вы так явно — зря. — попенял мне Минору: — хорошо, что мне удалось с парой знакомых поговорить. Даже с Антимагией, хотя они никогда мне не нравились. И с полицейским департаментом вашего города. И с СКПУ, хотя вот кто упертые. Параноики. Есть там у вас в городе один старший инспектор, который … хотя ладно. Не дело тебе стариковские бредни выслушивать, да. — Минору закашлялся на том конце трубки.

— Ну что вы, Мацумото-сан. Какие бредни. Всегда приятно вас выслушать. — говорю я. И ни капельки не кривлю душой. При всем том, что «добрый дядька» Мацумото — вовсе не добрый, а скорее прагматичный и хладнокровный мудак, однако разговоры с ним — всегда полезны для здоровья и цвета твоей кожи. Особенно — для целости и сохранности этой самой кожи. Как и всего остального организма. Как минимум, эти разговоры дают тебе нужную информацию, позволяющую оценить обстановку. В прошлый раз именно он навел нас на Такеши и позволил команде выполнить свою часть сделки перед старым Джиро.

— Охо-хо. Ну что ж поделать, раз уж Линда все равно подняла тебя ни свет, ни заря… помнишь, Синдзи-кун, как я попросил тебя об одолжении? Приглядывать за юной госпожой Оно?

— Конечно, Мацумото-сан. — как я мог забыть? Таких вещей не забывают. Это как у Читосе ее присказка про Карфаген — разбуди ночью и спроси, чего от тебя Минору хотел — так и отвечу. Служить и защищать. Помогать Юки, дабы не снасильничали ее ночью, например. Хотя тут-то можно быть спокойным, я вообще секс с нашей Снежной Королевой без ацетиленовой горелки и мази для лечения обморожения слизистых тканей организма — не представляю. И вообще, защищать ее если и надо, так это от ее собственного чрезмерно раздутого чувства долга и перфекционизма. Надо, кстати заняться как-нибудь. Вот как только решу что-нибудь с Сакурой, спящей в моей кровати, а потом разберусь с приглашением Джиро-сама на официальное мероприятие с гокудо, с Иошико, которая всерьез вознамерилась стать президентом школы (а выборы на носу), с Нанасэ-онээсан, которая вчера так ничего толком и не сказала, уснув от избытка эмоций, с Читосе, которая прогрессирует не по дням а по часам, с Питером и его идеей фикс о Ежегодных Императорских, а также с историей, по которой у меня все еще неуд. У меня!

— Ну так вот. — не заметив душевной бури, поднятой его вопросом, продолжил Минору: — есть у меня основания полагать, что про наши … особенные планы в отношении юной госпожи Оно прознали наши близкие друзья из Митсуи.

— Друзья? — в слове «друзья», сказанном Минору послышалось слишком много. Друзья. Соперники. Конкуренты. Враги.

— Да, не скажу, что я в восторге от политики, которую проводит в последнее время старая клюшка, но мы все же сотрудничаем с ними… по некоторым направлениям. — сказал Минору, словно бы размышляя вслух: — однако в некоторых областях бывает и конкурируем. Любопытство, Синдзи, это не порок, но в избыточных дозах, … может причинять неудобства. — Минору замолчал, на том конце трубки послышалось «Линда, солнце, сделай мне чаю».

— И что нам грозит? То есть — что-то грозит Юки? — спросил я, начиная соображать, что здесь происходит. В прошлый раз Минору от имени всего клана откатил назад и дал Юки спрыгнуть с крючка брака по договоренности, но попросил ее хотя бы рассмотреть кандидатуры, предложенные кланом. А еще — по достижении совершеннолетия — выкупить яйцеклетку. Не надо гадать на картах, чтобы понимать, что клан Мацумото ведет свою собственную евгеническую программу. Единственный смысл в такой программе — выращивание будущих суперов. Опять-таки, государственные СМИ уверяют нас, что по наследству это не передается, но что если как рецессивные признаки — всплывают через поколение? Или через два? Мало информации, но ее мало у меня, у клана Мацумото, видимо, — достаточно.

Предположим, что СМИ нам врут и способности все же можно передать по наследству, пусть через поколение, или по диагонали там — к племянникам. Так как способности раскрываются не сразу, то и проследить это сложно, это тебе не цвет глаз или волос. И допустим, что Минору и его клан знают, что если смещать в одной пробирке Юки и того же самого Атсуши — появится Избранный. Какой-нибудь Тот-кто-пахтает-океаны, Убийца Богов и Создатель Миров.

Получается, что тогда Юки обретает в их глазах огромную ценность и как будущая мать Избранного — должна быть приведена в клан но желательно добровольно. Иллюзий по поводу добровольности я не питал, будет очень необходимо и не будет возможности договориться с Юки — этот добрый дядька спокойно сможет обойтись и яйцеклеткой. А уж пропадет ли Юки в процессе извлечения этой самой яйцеклетки, или проведет всю жизнь в клетке, прикованная цепью, как донор — доброго дядьку не будет волновать. Ему важен результат, и он его добьется. Но, пока можно делать это без крайностей — будет делать без крайностей. В конце концов всегда легче иметь дело с людьми, когда они сотрудничают, а не пытаются сбежать или убить тебя или себя. Поэтому дядька — добрый. А не потому, что у него душа пушистая и теплая и он детей любит.

— Насчет — грозит я не уверен. — говорит Минору: — они постараются скорее войти в доверие и как-то привлечь ее на свою сторону как союзника. Я не вижу никаких силовых попыток воздействия на юную госпожу. Но вот попытки … наверное это звучит глупо — но скорее подружиться.

— Ну, Юки-сама взрослая девушка и вполне может выбирать себе друзей самостоятельно. — говорю я, не собираясь брать на себя лишнюю головную боль. Сейчас вот мне скажут — а проследи-ка ты, Син, с кем там она дружит, каким воздухом дышит и докладывай об этом нам двадцать четыре на семь в письменном виде в трех экземплярах. И это же только начало — там начнутся и требования — дескать повлияй на ее мнение. Не, не, не, ступайте в жопу, Минору вместе со всеми своими Мацумото.