Наруто - Кровавые тени войны (СИ) - Денис Мухин

рева, разнесшегося по всему зданию поздно вечером, а затем, дверь в закрытом для посторонних и охраняемом бойцами в масках крыле внезапно распахнулась, с силой ударившись о стену и не разлетевшись на куски только потому, что целиком состояла из металла. Четкий отпечаток кулака на ней не оставлял сомнений в силе пациента, а спустя секунду, в коридор выковылял шиноби, полностью перебинтованный с головы до ног. Младший Эй, едва держащийся в вертикальном положении и больше в этот момент напоминавший мумию, скрипнул зубами и вцепился в косяк, когда накатившая волна слабости чуть не заставила позорно упасть.

— Эй-сама, вам нельзя напрягаться и необходим постельный режим для скорейшего восстановления! — выскочил вслед за ним пожилой ирьёнин в стандартной белой униформе.

— Где мой отец, Таоши-сан⁈ — словно не слыша его, рыкнул шиноби, а металл под его пальцами заскрипел, сминаясь.

— Вот семейка упрямцев! — пробормотал упомянутый шиноби и аккуратно подхватил блондина под локоть, — Райкаге-сама находится через две палаты по коридору и можете не волноваться — его жизни и здоровью ничего не угрожает, благодаря своевременной медицинской помощи.

— Я должен его увидеть! — упрямо наклонил голову джонин.

— Райкаге-сама получил значительные ранения и после работы ирьёнинов, должен отдыхать, а не принимать посетителей, тем более, не далеко от него ушедших по общему состоянию, — неодобрительно поморщился Таоши, лично занимавшийся проблемными ранеными, как один из малого числа специалистов второй степени Кумогакуре.

— Таоши-сан, я не лежу при смерти, так что можешь привести сюда этого балбеса прежде, чем он разбудит весь госпиталь своими криками, — внезапно раздался из конца коридора мощный голос старшего Эй, слегка приглушенный закрытой дверью палаты.

— Кто здесь ирьёнин вообще, если мои рекомендации игнорируются? — закатил пожилой шиноби, но помог молодому блондину добраться до цели, осторожно придерживая под локоть.

Усадив одного раненого на стул около кровати другого, ирьёнин тактично удалился. Оказавшись возле отца, перебинтованного и с левой рукой в лубках, выглядевшего в этот момент куда старше своего возраста и неожиданно… хрупким, младший Эй, даже сразу нашел нужные слова.

— То-сан, ты… проиграл? — почти непроизвольно вырвалось у него, почти сразу заставив скривиться.

Сама мысль, что могучий шиноби, столп Кумогакуре, прозванный всеми соперниками монстром за свою силу и выстоявший в прямом бою против восьмихвостого биджу, может оказаться побежденным, казалась кощунственной, несмотря на явное доказательство обратного.

— Все когда-нибудь проигрывают, сын, — тяжело вздохнул Райкаге, — я не являюсь исключением.

— Как⁈

Младший Эй не мог припомнить ни одного момента в своей жизни, чтобы отец лежал в больничной койке. Даже лишившись руки, он продолжил выполнять свои прямые обязанности, полный едва сдерживаемой энергии. Но не сейчас.

— На самом деле, сложилось много факторов — меня переиграл тактически профессор, усталость после долгого сражения дала о себе знать в самый неподходящий момент, тело не успело восстановиться после прошлого применения, когда мне пришлось использовать Черную Молнию, — помахал здоровой рукой лидер Кумогакуре, — несмотря на отличную физическую форму, я не становлюсь моложе и каждая новая рана заживает все медленнее, делая чуточку слабее, в этот раз, если бы не упрямство Би, то листовики праздновали бы полную победу с моей смертью.

— Па!

Голос старшего шиноби был странно тих и спокоен, заставив сидевшего на стуле шиноби подавиться возражениями.

— Я упоминал, что это моя последняя война, которая к тому же почти проиграна, — лежащий на кровати мужчина на мгновение прикрыл глаза, словно собираясь с силами, — и похоже, это был мой последний бой в ближайшие месяцы — ирьёнины строго настрого запретили использовать Райтон но Йорой в ближайшее время, иначе это меня просто убьёт, если не пройти полный курс лечения и восстановления.

— Если бы не это ублюдки, похитившие Югито! — с хрустом сжал кулаки младший Эй.

Как только он услышал о взятии Шимогакуре и катастрофических потерях, младший Эй терзал себя мыслями о том, получилось бы откинуть врага, останься он с отрядом на фронте.

— Мне доложили, что многие из неизвестных, сражавшихся с тобой, использовали фуиндзюцу? — слегка нахмурился Райкаге, меняя тему.

— Прямо — нет, но такого количества бумажных печатей, что использовал этот отряд в единственной битве, не имеется даже в наших хранилищах, — покачал забинтованной головой младший шиноби.

— Значит, все же Узумаки вернулись в большой мир и решили ударить в самом сердце Страны Молнии, лишив нас джинчурики, — скрипнул зубами седеющий блондин, — можно было догадаться, что они просто так не забудут попытку уничтожения Узушио.

— Думаешь, это действительно мастера печатей? — вздернул брови младший Эй.

— Или кто-то, кого они снабжают, но для нас это принципиального значения не имеет, — тяжело вздохнул Райкаге.

— В следующий раз я буду готов и не попадусь на их трюку, — тряхнул головой джонин.

— Сейчас нам стоит сосредоточиться на замедлении продвижения войск Конохи вглубь страны, чтобы добиться более лучших условий заключения мира, не отвлекаясь даже на этих неизвестных, — нахмурившись, возразил Райкаге, — с последними потерями и одним твоим названным братом, это будет тяжело.

Было отлично заметно, что ему эта тема глубоко неприятна и вызывает ярость, но другого выхода у Кумогакуре просто нет. Ивагакуре пусть и оттянула на себя часть сил врага, но так и не втянулась в войну полностью. Райкаге прекрасно понимал, что Оноки преследует свои собственные цели, следуя лишь букве соглашения, но не духу и ждать, что удастся добиться большего — бесполезно.

— Ирьёнины должны закончить с моим восстановлением через неделю, и я немедленно вернусь на фронт, — с жаром воскликнул младший Эй, — еще не все потеряно!

— Сын, я прекрасно понимаю твои чувства, но не стоит принимать желаемое за действительное — с тотальным преимуществом в элитных бойцах, Конохагакуре но Сато рано или поздно одержит победу, а мы окажемся в гораздо худшем положении, если продолжим тянуть и терять людей, — с силой потер лицо свободной рукой лидер селения, — имейся у нас месяц-другой передышки — да, можно было бы попытаться добиться паритета, когда раненые вернутся в строй, но на текущий момент, этих самых раненых больше, чем боеспособных ниндзя в звании чунина и выше.

— Я понял, Райкаге, — выпрямился на стуле молодой джонин, показывания, что волю лидера принял.

Личные чувства джонина в этот момент не имели значения.

— Очень скоро, ты займешь мое место и будешь самостоятельно решать, в каком направлении двигаться Кумо, — вздохнул пожилой шиноби, — и очень желательно, не убиться до этого времени в бесплодных попытках достичь невозможного.

Глава 96

Хо но Куни. Конохогакуре но Сато. Рью Нара

Проводив рано утром двух куноичи и передав через них пару свитков с клонами Шенесу, которые успел сделать за последние дни — если больше