Марина. Стать драконом - Вероника Азара

пользоваться его способностями. Она сама не видела детства, поэтому так обращалась и с братом. Подумайте, Брай вырастет таким, каким вы его хотите сделать — человеком, обладающим огромным могуществом, но не знающим, что такое радость, как можно бегать на свободе, не думая о работе, которую надо обязательно сделать. Он ведь потеряет всякий человеческий облик. Это будет робот, который только и станет думать о концерне! И того же он потребует от всех остальных. Какую жизнь вы все тут ему готовите? Жить только работой? А оно ему надо? Кто его самого спросил⁈

Марина откинулась на спинку кресла, чувствуя как её всю трясёт внутри… Что с ней такое? Не замечала раньше за собой такой склонности к длинным выспренным речам…

— Она права, как мне кажется, — задумчиво произнес за её спиной Джулиан.

Он подошел и сел в свободное кресло, рассматривая девушку очень внимательно.

— Знаешь, детка, я как-то не задумывался над всем этим. Думаю, Мариан тоже. На неё постоянно столько всего давило, что она не имела времени подумать о таких вещах. Особенно после ухода родителей. Да о чём говорить, — он потёр усталое лицо ладонями, — мы все зациклены на делах и проблемах концерна.

— А жить вы, когда собираетесь?

— Ты романтик. А нас жизнь заставляет быть прагматиками, — усмехнулся Джулиан.

— Знаете, я не могу понять, зачем вообще нужна жизнь, в которой есть только работа. Ведь работать, как мне думается, надо для того, чтобы иметь возможность жить, а не наоборот. Судя по вашему — вы живёте, чтобы работать.

— Простите, я прерву вас, но надо принять решение насчет завтрашнего дня, — вмешался Фейт. — Что вы собираетесь предпринять?

— А ничего, — бросила беззаботно, поднимаясь из кресла, Маринка. — Завтра с утра поеду с вами, или с кем там ещё, в контору. Отсижу на совещании, или как там оно у вас называется, пытаясь изобразить, будто понимаю о чём идёт речь, а потом выскажу свои ощущения. Вот так. А теперь, джентльмены, простите. Брай отправился купаться, я иду с ним. Если хотите, присоединяйтесь, — добавила уже на бегу.

Мужчины, оставшись на террасе, переглянулись, потом долго смотрели вслед удалявшейся в сторону озера паре.

— Что делать? Она совсем разболтает мальчишку, потом не введём его в рамки.

— А будет ли это потом? Вы ведь пока так и не нашли возможность вернуть Мариан?

Собеседник промолчал, поднеся к губам высокий бокал, наполненный вином. Джулиан внимательно посмотрел на него, потом опять перевел взгляд на радостно визжавшего в озере Брая.

— Скажите, Фейт, а вы росли так же как Брай?

— Нет. Я вырос в захолустном мире. Когда попал на Землю, мне было восемнадцать, пришлось учиться с азов буквально всему.

— Но ведь вас никто не вводил в рамки. Жизнь заставила, и вы сами в них вошли, — проговорил задумчиво Джулиан. — Мы, похоже, действительно чего-то недосмотрели, не продумали. Она права, мы забыли немаловажный факт — Брай всего лишь ребёнок. Меня иногда пугала Мариан. Она всегда старалась жить рассудком. Мало чем можно пробить её спокойствие. Я не хочу, чтобы Брай стал таким же. Он за последние недели расцвёл. И это её заслуга, — он поднялся и кивнул в сторону озера. — Знаете что? Идёмте, на самом деле, купаться. Идёмте!

— Да нет уж. Я так понимаю, эта девица действует на всех здесь расслабляюще. Она сама довольно безответственна, и окружающих делает такими же. Я возвращаюсь в офис. Жду завтра. Всё приготовлю для переговоров.

— Хорошо, — кивнул Джулиан. — А я пойду подвергаться разлагающему влиянию!

Посмеиваясь, он спустился по ступеням, и направился к весело визжащей в воде парочке, не заметив укоризненного взгляда собеседника… А может, не захотев его заметить…

Глава 4

На следующий день Маринка возвращалась из офиса, в котором велись переговоры, чуть живая. Она просидела почти три часа, ничего не понимая, но делая умный вид.

Едва войдя в помещение конференц-зала, ощутила «запах» проблем. По спине пробежал озноб, в желудке поселилось сосущее ощущение страха. Представителей заказчика можно было разделить на две группы. Первая, из пяти человек, о ней не знала ничего. Зато вторая, всего двое… Они смотрели с интересом, скрытым за маской предельной вежливости. Моложавый мужчина вызвал особую тревогу. Кажется, он из тех, кто видит способности в человеке. И сейчас он всё больше и больше тревожился.

Джулиану хватило одного взгляда, брошенного на «племянницу», чтобы что-то ощутить. Она сидела с отрешённым видом, усталая, хотя переговоры ещё только начинались, и её взгляд из-под ресниц очень часто останавливался на двух незаметных помощниках, присутствовавших в группе потенциальных заказчиков. Джулиан как всегда виртуозно провёл свою партию. Когда же, после завершения переговоров и отбытия заказчиков, они остались одни, внимательно посмотрел на Маринку.

— Ты совершено вымотана. Поехали домой.

Девушка хотела что-то сказать, но, остановив её движением руки, Джулиан пояснил:

— У нас есть подозрения, что контракт ловушка. Пока ещё не знаем какая, но это достаточно ясно не только по твоей реакции.

— Да, вся компания была мне неприятна. Я не могу описать, но ощущение чего-то грязного, — девушка передёрнула плечами. — Особенно не понравились двое. Один, как мне показалось, что-то почувствовал во мне. Он сильно встревожился.

Джулиан встревожился тоже, и тут же приказал лететь в поместье. Охрана там более надёжна, чем здесь, в центре огромного мегаполиса.

И вот теперь она возвращалась домой, раздумывая, как выяснить, что же в этом контракте не так. Ларино говорил, что она умеет чувствовать опасность… А как определить, что может быть опасным в контракте, если она практически ничего из сказанного за этот день не поняла? Сплошные специализированные термины, которых она не знает, даже с «загруженным» в её память языком. Те, кто над ней поработал, определённо, не знали много о Мариан. Например, полного уровня её образования. Судя по поведению сотрудников Джулиана, те даже не сомневались, что явившаяся на совещание «выздоравливающая Мариан» всё прекрасно понимает. Кажется, придётся просить о помощи Брая.

Маринка усмехнулась. И где же принципы, которые она ещё вчера так рьяно отстаивала? Она сама должна просить ребёнка заняться непосильной для него работой.

Господи, как она устала. Её родной мир, такой простой и понятный, где он теперь? Судя по всё более проявлявшимся воспоминаниям, самой большой проблемой, которую ей там приходилось решать, было что купить — очередную книжку