Попаданка в книгу или опальная жена дракона - Анита Жарова

мне волосы на затылке, сжимает, заставляя запрокинуть голову. Заглядывает в глаза, будто что-то считывает и удовлетворенно снова улыбается.

От него пахнет крепким вином, в расширенных зрачках сквозит тьмой. Меня охватили странные смешанные эмоции настороженности, обескураженности и взбудораженности.

— Что с тобой не так? — задумчиво спрашивает он, удерживая мой взгляд.

— А с вами что не так? — фыркаю, дергаюсь в сторону, но он только сильнее сжимает мои волосы, притягивая к себе. Не больно, но не позволяя отодвинуться, — вы ведете себя странно, я бы даже подумала, что вы влюбились и сами этого не поняли, — шеплю ему в губы.

Кажется в заполненных мраком глазах в этот момент сверкнула молния.

— Влюбился? В тебя? — с раздражением в голосе он реагирует, — ты жалкая и ничтожная, нужно быть безумцем, чтобы испытать к тебе что-то кроме неприязни.

От этих слов внутри у меня что-то взрывается, я оскаливаюсь и выпускаю когти. Рывок и на идеальной бронзовой щеке мужчины проступают красные полосы. Он словно не замечает, во всяком случае не шевелится, только деревенеет на месте. Только взгляд наполнился чем-то опасным, уничтожающим.

Мы замираем, смотря друг на друга. Глаза в глаза. Воздух в спальне мгновенно пропитывается свинцовой отравой.

Секунда, вторая, третья.

В моих висках громко тикает и я не сразу осознаю, что это мой собственный обезумевший пульс.

Четвертая секунда.

Я вскакиваю и бегу к двери. Всего пара шагов и запястье обжигает болью, от которой накатывает тошнота. Все происходит неожиданно. Падаю. Пытаюсь отдышаться. Боль проходит так же внезапно как и пришла. Взгляд упирается в его сапоги.

Эйнар опускается на корточки, подхватывает мою руку. Разворачивает запястьем так, чтобы я лучше видела, как метка светится и дрожит, будто живая. Он проводит большим пальцем по узору и линии успокаиваются.

— Видишь, у тебя не получится убежать от меня, — спокойно произносит дракон. Задумывается и растягивает губы в улыбку, — никогда не получится.

От спокойного голоса. От посвящённого мне оскала, от взгляда…И даже от его расслабленной позы — во мне затряслось все. Сознание пропиталось желчью. Мне захотелось снова поцарапать его, ударить и опять попробовать сбежать. Вот только я знаю, что ничего этим не добьюсь. Так мне его не победить. Пока. Пока сила на его стороне. И власть.

— За что вы ненавидите меня? Я ведь вам ничего не сделала, — осторожно спрашиваю. Хочу услышать вразумительный ответ. Разобраться, что он вообще от меня хочет, кроме ребенка и моей способности, чей след я пока в себе не обнаружила.

— Ошибаешься, — он щурит глаза, они заполняются льдом. Рывком подтягивает меня к себе за затылок. Произносит в губы, опаляя дыханием смешанным с крепким виноградным вкусом, — ты и твой проклятый род причинили мне и этому миру куда больше вреда, чем ты сможешь компенсировать. Но ты удивительно дешево мне обошлась. Я хочу видеть тебя сломленной и вернуть себе то, что твоя проклятая семейка у меня отняла. А ради этого я никаких денег не пожалел бы. Ты моя собственность, — он выдерживает выразительную паузу, будто насмехаясь и добавляет, — пока смерть не разлучит нас.

От последней фразы я сильно вздрагиваю, медленно и тяжело выдыхаю.

— Выпьешь со мной, жена? — дракон подносит к моим губам кубок и в нос бьет горьковато-сладкий запах.

— Что? — сначала я теряюсь, но быстро прихожу в себя. — Нет! — твердо заявляю, отпихиваю запястье мужчины. Часть вина расплескивается и брызги рубиновыми каплями растекаются по каменному полу. Я и он задерживаем на них взгляд.

Он весело смеется. Смеется так, что у меня дребезжит в ушах.

И да, он пьян.

— Вы отвратительно напились!

— Правда? — он удивленно вскинув бровь, подтягивает меня к себе. — Я настаиваю.

— Нееет…

Край кубка ударяет по моим губам холодом. Приторно-сладкая жидкость опаляет кожу хмелем. Я запаниковав, зажмуриваюсь. На мгновение кажется, что захлебнусь.

— Я помогу, — раздалось почти над ухом.

Дракон веселясь, просто выплеснул мне в рот содержимое чаши, половина из которой потекла мимо, по шее и ключицам.

Вино и вправду крепкое. Слишком сладкое, почти обжигающее полость. Вяжущее и быстро ударяющее в сознание градусом.

— Прекратите! Вы чудовище! — вскрикивая отбиваюсь. Сердце бешено стучит о ребра, в голове трещит.

— Да, чудовище. Не отрицаю, — спокойно кивает он. И я внезапно для себя затихаю.

Рука дракона по-прежнему сжимает мой затылок, не давая отстраниться. Отбросив в сторону опустевший кубок, он грубо большим пальцем проводит мне по губам, растирая остатки вина.

Странные движения, вызывающие жгучие покалывания на нежной коже. В глазах мужчины, скользящих по моим чертам, что-то меняется, я не могу понять, что. Меня бросает в жаркую дрожь.

Эйнар надавливает на уголок моих губ, они спонтанно раскрываются. Я едва улавливаю, как он резко наклоняется, в следующее мгновение ощущаю горький от хмеля поцелуй.

Сразу с первых секунд настойчивый, агрессивный, от чего сознание идет рябью. Требовательный язык раскрывает мои губы, хозяйничая во рту. Я задыхаюсь от нехватки воздуха, от внутреннего колючего трепета, от смеси немой паники, дикой злости и странного жара, опаляющего душу.

Я глухо вскрикиваю. Крик растворился в судорожном вздохе. Ладонями ударяю мужчину в грудь, пытаюсь освободиться. И в начале ничего не выходит, дракон лишь сильнее прижимает меня к себе, до треска в ребрах.

Он отпускает мои губы, уткнувшись носом в шею, жадно втягивает мой запах.

— Вы мне больно делаете! — сбивчиво бормочу, пытаясь выровнять дыхание.

— Прекрасно, — бросает он в пространство и резко отталкивает меня.

Я падаю на лопатки и тут же приподнимаюсь на локтях. Округлив глаза, в шоке смотрю на его фигуру. Он шумно выдыхает, поднимается, отворачивается, направляясь к выходу. Когда его ладонь ложится на дверное полотно, он замирает и я слышу, как он переводит дыхание. По широкой спине проходится напряжение, ладонь сжимается в кулак и в следующее мгновение разжимается, толкнув дверь. Эйнар уходит.

Под грохот захлопнувшейся двери я зло вытираю губы.

Они буквально горят от поцелуя и на них по-прежнему тлеет вкус вина и самого Эйнара.

Что на него нашло?

Хотя о чем я?

Меня вообще не волнует, тараканы какой масти в его