"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Хонихоев Виталий

– Где он?

– Мадока? – Хизаши кивнул в угол. – Там. Восстанавливается.

Губы Юдая, и так бледные, помертвели и сжались в тонкую линию. Того и гляди снова потеряет сознание.

– Я более не достоин жизни, – проронил он, и его беспомощный взгляд поразил Хизаши.

– Только не снова! – взвыл он и на всякий случай пересел поближе. – Послушай, никогда бы не поверил, что стану успокаивать тебя, но подумай головой, прежде у тебя неплохо выходило. Ты был одержим. Это не… не… твоя вина.

Далось с большим трудом.

– Ты сам в это не веришь, Мацумото, – хмыкнул Юдай.

– Не важно, во что я верю. Кента был на твоем месте гораздо дольше и совершал страшные вещи, но мы знаем, что это была не его воля. Так ведь? Тогда перестань жаловаться, у нас сейчас каждый живой оммёдзи на счету.

– Я завидую вашей связи, – вдруг признался Юдай. – Не той, что создал талисман, а настоящей. Держись ее, Мацумото, и помни, что она работает в обе стороны.

– Советы он мне раздавать будет, – смутился Хизаши и щелкнул его веером по лбу. Вышло само собой, и оба замерли, осознавая случившееся.

– А вы и правда хорошо ладите, – хмыкнул Кента, войдя в дом и застав их в таком нелепом положении. – Учида-кун, как ты себя чувствуешь?

– Сносно, – ответил тот и согнул спину, уткнувшись лбом в пол. – Я виноват перед вами всеми. Я позволил запятнать себя.

– И что? – бросил Кента, ставя фляги на пол возле ирори[220]. – Что теперь? Хочешь уйти?

Хизаши мысленно похвалил его и стал ждать реакции.

– Если вы посчитаете это достаточным наказанием.

– Наказанием? – переспросил Кента обманчиво спокойно. – Я всегда уважал твои принципы и не подвергал твои убеждения сомнению. Но скажи, ты действительно считаешь, что наказание – это единственный способ исправить содеянное?

Учида молчал долго, и никто не торопил его с ответом.

– Я не знаю, – наконец сказал он.

– Ты присоединился к Хизаши, чтобы наказать меня?

– Нет. Я… Я хотел помочь. – Юдай выпрямился. – Я запутался. Все потеряло четкость. Я не знаю… не знаю теперь, что правильно.

– Так разберись. Никто не сможет сказать тебе, что правильно, кроме тебя самого. Верно же? – Кента обратился к Хизаши. – Ошибается каждый, но большинство ошибок, к счастью, поправимы.

И вновь он говорил не свойственные его возрасту слова, они вонзались в Хизаши подобно стрелам, на поражение. Ведь это он так много ошибался и даже не замечал этого, потому что попросту не хотел замечать.

– Так что, – это уже Учиде, – у тебя есть время найти новую точку опоры, как я нашел свою.

Хизаши опустил взгляд на покоящиеся на коленях руки. Ему бы так хотелось верить, что эта точка опоры – он, что это его присутствие придает Кенте сил, жаль, спросить о таком гораздо сложнее, чем украсть демонический меч.

«Я завидую вашей связи. Не той, что создал талисман, а настоящей».

Хизаши думал о сказанном фусинцем, пока они укладывались для отдыха. Ураган чуть притих, так и не принеся с собой дождя, но идти куда-то с двумя ослабевшими товарищами все равно было нельзя, поэтому вечер и ночь решили провести в приютившем их доме. Кента приготовил похлебку из имеющихся продуктов, и после пары ложек Учида уснул, а Мадока так и вовсе не просыпался. Хизаши съел все, что ему дали, но едва почувствовал вкус.

– Ляжешь у очага? – спросил Кента. Он вернулся с парой одеял, чтобы постелить вместо матрасов, и застал Хизаши задумавшимся.

– Наверное. Мне все равно.

– О чем вы говорили с Юдаем, пока меня не было?

– Это важно? – уклончиво ответил Хизаши.

– По-моему, да. Тебя же что-то гложет, я вижу.

Хизаши протянул ладонь к ирори, но жар уже начал спадать, хотя к чему жар сейчас, в середине лета? Разве что прогреть холодную змеиную кровь.

– Глазастый какой, – проворчал Хизаши и сложил руки на груди. – Если я скажу, что у меня есть мысли насчет того, как нам победить Хироюки?

Глаза Кенты удивленно расширились.

– А ты знаешь способ? Когда? Откуда?

– Я думал, ты сразу спросишь, что за способ, – хмыкнул Хизаши, и Кента смешно смутился. – Впрочем, ты никогда не задавал очевидных вопросов. И ты прав, Учида кое-что мне сказал, что заставило меня по-другому взглянуть на некоторые вещи.

– На хорошие или на дурные?

– И вот опять, – Хизаши невольно улыбнулся. – На хорошие… наверное.

Он не собирался пока говорить об этом с кем-то, но кто знает, может, две головы лучше одной, даже если эта вторая иногда бывает такой дурной.

– Помнишь талисманы, которые раздавал Морикава перед тем, как мы угодили в проклятое место? – Кента кивнул. – Тогда ты случайно связал нас, и не сразу, но я заметил, что могу ощущать тебя на расстоянии.

Тут Хизаши все-таки смутился – наверное, так можно было назвать чувство, что у него возникло под внимательным взглядом Кенты. Теплое на щеках и шершавое, щекотное в груди.

– Прекрати так пялиться, – потребовал он.

– Как? – невинно спросил Кента, подперев подбородок кулаком.

– Будто знаешь обо мне то, чего не знают другие.

– Но разве это не так? Кто еще видел, как Мацумото Хизаши краснеет?

– Я… не… – Хизаши прижал ладони к щекам и вспыхнул пуще прежнего. – Не краснею! Ты можешь быть серьезнее, когда я говорю о важном?

– Тссс, – Кента приложил палец к губам. – Я не хотел тебя задеть, прости. Но я слишком взволнован, ведь только ты закончишь говорить, придет пора действовать. Как бы ни был я решительно настроен, я все еще не могу преодолеть страха. И ты единственный, кто будет знать об этом. Значит, талисман, – он перешел к делу так внезапно, что Хизаши едва не растерялся.

– Да, талисман. Он каким-то образом создал между нами канал, и если по нему можно было передавать чувства, то можно ли передать и что-то другое?

– Что-то? – Кента нахмурился.

Хизаши замолчал. Мысли только-только становились законченной картиной, и она казалась одновременно и гениальной, и омерзительной. Хизаши должен был завершить то, что начал, но будто пропал голос.

– Мне кажется, я понимаю, – произнес Кента и расправил плечи в притворной уверенности. – Что ж, это уже похоже на план, ты молодец, Хизаши, я не сомневался в тебе.

– Ты точно уверен, что понял? – горько спросил Хизаши.

– Ты имел в виду, что если Хироюки доберется до желанного тела, то снова овладеет им, и я ему это позволю.

– И ты так спокойно говоришь? Тебе не страшно? Ведь я даже не рассказал, чего мы этим собираемся добиться, а ты уже готов снова пройти через кошмар?

– Если так надо, – твердо ответил Кента.

– Ты снова будешь одержим.

– Я понимаю.

– И если у нас не получится, ты исчезнешь, а Хироюки станет твоими руками вершить злодеяния.

– Но ты же этого не допустишь.

Именно так, без вопроса – только безоговорочная уверенность, которой Хизаши разделить не мог. Он никогда не сомневался в себе, даже перед лицом богов, поставленный на колени, раздавленный их силой и тяжестью обвинений, он верил, что справится и восстанет из пепла, а сейчас смотрел в чистую зелень глаз Кенты и терял самого себя.

– А если нет?

Кента подался вперед и положил ладони ему на плечи.

– Нет никаких «а если» и не будет.

Глаза наполнились едкой влагой, и Хизаши привычно спрятался за челкой. Люди слабы, и тело легко выдает их слабости – долго не заживающими ранами снаружи и слезами внутри.

– Верь мне, – Кента наклонился ниже, заполняя собой все пространство, – а я буду верить тебе. Этого для меня достаточно.

Хизаши стало спокойнее, легче. Он поднял лицо и столкнулся с открытым взглядом Кенты.

– Хорошо, пусть будет так. Если все пройдет как надо, Хироюки попытается захватить твое тело, и я это непременно почувствую. И тогда я потяну его на себя, а мое тело для него не подходит, значит, представляет опасность. Пока он будет в нашем плену, другие оммёдзи изгонят его, на этот раз навсегда. Таков мой план. В нем полно белых пятен, мы понятия не имеем, получится ли задержать Хироюки, разделив между нами поровну, успеем ли даже начать, догадается ли он об уловке, придет ли кто-то на помощь…