Моя свекровь – дракон, или Попаданка с характером - Ида Фьорд
— Вы выглядите уставшей, — сказал Родион.
— Я выгляжу убитой, — честно ответила Карина, вытирая руки о передник. — Это самые тяжёлые три дня в моей жизни.
Родион усмехнулся и протянул ей свёрток, который принес с собой.
— Что это? — удивленно спросила Карина.
— Откройте.
Она развязала бечёвку, развернула ткань. Внутри оказалось платье — тёмно-синее, с длинными рукавами, вышитое серебряными нитями по вороту и подолу. Невероятно красивое и совсем не такое, как льняные платья, в которых она ходила каждый день.
— Я… не знаю, что сказать, — растерялась Карина.
— Скажите «спасибо» и наденьте его сегодня, — сказал Родион. — Я приглашаю вас на турнир.
— Я не могу, у меня работа. Фомка не справится один, а гостей двести человек, и…
— Фомка справится, — перебил её Родион. — Я распоряжусь, чтобы ему дали помощников. А вы идёте со мной.
Карина стояла с платьем в руках и не понимала, что чувствует. Смущение? Радость? Страх? Или всё вместе…
— Надевайте, надевайте! — затараторила Аглая, которая всё это время подслушивала за дверью и теперь высунулась, чтобы лучше видеть. — Вы будете самой красивой на турнире! А я вам косу заплету, у меня сестра в деревне парикмахером работает, я у неё научилась…
Она не успела договорить, потому что из-за угла выглянул мальчик. Лет двенадцати, худой, с тёмными волосами, падающими на глаза, и серьёзным, даже суровым лицом. Он посмотрел на отца, потом на платье в руках Карины — и убежал.
— Кеша, постой! — крикнул Родион, но мальчик уже скрылся в коридоре.
Родион вздохнул.
— Простите, — сказал он Карине. — Это мой сын. Он не особо общителен. После того, как его мать пропала…
— Что значит «пропала»? — спросила Карина.
Родион помолчал, собираясь с мыслями.
— Она исчезла. Семь лет назад, и никто не знает, куда. И почему. — Он поднял на неё глаза, полные боли. — Не спрашивайте больше об этом, пожалуйста.
༺༻ ༺༻ ༺༻
Вечером Карина переоделась в новое платье.
Аглая заплела ей косу, добавила ленту, и когда Карина посмотрела на себя в маленькое зеркало, то не узнала. Она выглядела… красивой, даже несмотря на свои пышные формы.
— Идите, — подтолкнула её Аглая. — Лорд Родион ждёт. И не волнуйтесь, за вашим котиком я присмотрю!
Карина шла к выходу и чувствовала, как колотится сердце.
Но сперва завернула в комнату Кеши. Она набрала тарелку блинов, постучала и вошла, не дожидаясь ответа.
— Я к тебе, — сказала она, ставя тарелку на стол. — Будешь?
В комнате царил полумрак. Шторы задёрнуты, свечи не горят. Кеша сидел на кровати, сжавшись в комок, обхватив колени руками. На Карину он не смотрел.
— Уходите, — сказал он глухо.
Карина не ушла, села рядом, взяла один блин и начала есть. Кеша с любопытством покосился на неё.
— Вы… вы что делаете? — спросил он с недоумением.
— Ем.
— Это мои блины.
— А я их принесла. Значит, могу и сама съесть, раз ты не хочешь.
Она откусила ещё кусочек.
Кеша молча смотрел.
— Знаешь, — сказала Карина, жуя. — Я не помню своих родителей. Совсем. Я даже не знаю, как они выглядели.
— Как это — не помните? — Кеша удивился.
— Авария. Я потеряла память. Очнулась в больнице и ничего не помнила. Ни имени, ни дома, ни семьи. Вообще ничего.
Кеша нахмурился, и на мгновение его лицо перестало быть замкнутым и злым. Он выглядел просто растерянным мальчишкой.
— И что вы делали? — спросил он тихо.
— Жила потихоньку. День за днём, работала. Иногда это единственное, что остаётся.
Она протянула ему блин, Кеша помедлил, но взял. Откусил маленький кусочек, потом ещё. И вдруг начал говорить.
— Моя мама исчезла, когда мне было семь, — сказал он, глядя в стену. — Бабушка говорит, что она была плохая. Что она предала род. Но я не верю.
— Почему?
— Потому что я помню её голос. Она каждый вечер рассказывала мне сказки. Папа после её исчезновения стал другим и не говорит о ней. Никогда. Если я спрашиваю — уходит или молчит. Или бабушка меня перебивает.
— Может, ему просто больно, — тихо сказала Карина.
Кеша посмотрел на неё долгим взглядом.
— А вы умеете кататься на лошади? — спросил вдруг мальчик.
— Не знаю, — честно сказала она. — Никогда не пробовала.
— Хотите, научу?
Карина посмотрела на дверь, потом снова на Кешу.
— Хочу!
༺༻ ༺༻ ༺༻
К счастью, в конюшне кроме них никого не было. Кеша подвёл её к вороному жеребцу — высокому, красивому, с блестящей гривой и умными тёмными глазами.
— Это Ворон, — сказал Кеша, поглаживая коня по морде. — Он у меня с детства. Только я на нём езжу.
— А я могу попробовать?
Кеша засомневался, но потом помог ей сесть в седло. Подсадил, подставив руки, дал поводья. Карина взялась за них, вдохнула поглубже и… поняла, что не знает, что делать дальше.
— Просто скажите ему, куда идти, — сказал Кеша. — Он понимает человеческую речь.
Карина взяла поводья, вдохнула и… поехала.
— Здорово! — крикнул Кеша, садясь на другую серую лошадь с белым пятном на лбу.
— Сама не понимаю, как это так выходит! — крикнула в ответ Карина.
Они прокатились по тренировочному полю. Сначала шагом, потом рысью. Карина тряслась, боялась, что упадёт, но держалась. Потом Кеша показал, как пустить лошадь галопом, и Карина повторила. Ворон рванул вперёд, ветер засвистел в ушах, волосы вырвались из косы и разлетелись. Карина кричала — от страха, от восторга, от того, что впервые за долгое время чувствовала себя живой и свободной.
Она обогнала Кешу на последнем повороте и вернулась к конюшне счастливая, с разметавшейся косой и горящими глазами.
Кеша спрыгнул с лошади и подбежал к ней.
— Вы быстро учитесь! — сказал он с уважением.
— Это всё Ворон, — ответила Карина, слезая с лошади и тут же чувствуя, как дрожат ноги. — Он просто чудо!
В дверях конюшни стоял Родион.
Он смотрел на Карину — в новом платье, раскрасневшуюся, запыхавшуюся — и в его глазах было что-то такое, от чего Карина
