Магия вето (СИ) - Изотов Александр

Надо быстрее узнавать, кто я такой. А тут каждая зацепка подойдёт.

***

Мы проехали так мимо двух поселений. Одно было небогатым — обычная деревушка, где на поле трудились крестьяне, собирая урожай.

Труд был ручной, работяги закидывали снопы в телеги, и выпрямлялись, провожая нас взглядами. Некоторые тоже поднимали взгляды на Пробоину.

Другое, через пару километров, уже было побогаче, и там высились настоящие особняки. И даже небольшая крепость, ощетинившаяся настоящими пушками. Правда, в одну только сторону.

Ага, всё-таки, огнестрел тут есть. Это радует.

Мы не поехали в поселение, а как раз завернули в ту сторону, куда были направлены пушки, и покатили по чистому полу, петляя между невысокими холмами.

— Зачем волноваться, если наш род хорошо защищает эти земли? — скривился Николай, с гордостью показывая на удаляющийся вооружённый бастион, — У нас достаточно людей.

Его никто особо не слушал. А Фёдор вообще игнорировал любые попытки Плетнёва с ним заговорить, и того это очень злило.

Вскоре очнулся и пеликан-Антуан. Он ошарашенно крутил головой, не понимая, где мы, и что с ним произошло. Кажется, до него так и не дошло, кто ему вмазал…

Грузовик ехал уже мимо окопов и небольших бетонных блиндажей. Когда-то здесь велись боевые действия, и мы приближались к месту, против которого возводилась вся эта система укреплений.

Я вывернулся, чтобы через доски посмотреть, куда же мы подъезжаем.

— Вертун, — Елена рядом тоже повернулась, глядя через щели, — Белый Карлик.

Там, куда она смотрела, вдалеке высилась бетонная конструкция. Полусфера вроде крытого стадиона, но она была не такой огромной. Намётанный взгляд снайпера предположил, что там диаметр метров пятнадцать. И высота такая же.

Столько разговоров вокруг этого, а оказалось…

Грузовик начал поворачивать, и вскоре мы остановились перед несколькими такими же грузовичками. Здесь солдат было гораздо больше, и у некоторых в руках я стал примечать настоящие винтовки.

То есть, здесь не только шпагами машутся?

Рядом уже высилась палатка, откуда сразу выскочил ещё один офицер. Я ещё не разобрался в значках на погонах, но чутьё мне подсказывало, что от наших земных здесь военные не сильно отличались.

Он бодро добежал до нашей машины и, вытянувшись, размашисто кивнул вылезающему коменданту.

— Господин капитан, отделения готовы, ждём распоряжения, — он покосился на кузов тарантаса и немного сник, — И это всё?

— А чего хотел, лейтенант? — вяло ответил комендант, — Там оракулы всю академию вверх дном перевернули, на ногах никого.

— Но, так же получится по одному, и то не хватит…

— Работаем с тем, что есть! — и комендант, отмахнувшись, пошёл в сторону палатки.

Мы стали выпрыгивать, и лейтенант, бодрый вихрастый блондин, стал подгонять нас к телеге сбоку от палатки.

Всё это проходило под взглядами солдат, которые оживлённо обсуждали наше появление.

— Так, ранги, магия?

Гром, как и рыжий незнакомый парень, оказались земляными утренними магами-бойцами. Плетнёв вместе со своим Антуаном — огненные утренние маги.

Две девушки-близняшки — утренние маги-спутники. Водяные.

Я слушал всех, пытаясь хоть в чём-то разобраться по интуиции, когда понял, что лейтенант смотрит на меня.

— Пустой, — сказал я, ухмыляясь.

— Да чтоб тебя, — лейтенант только покачал головой, — Ну, ясно. Оружейную подготовку вы уже проходили?

Все студенты кивнули, и мне пришлось тоже. Он быстро сунул каждому в руку по настоящей сабле, и я впервые за всё это время почувствовал себя чуть увереннее.

Это не магия, конечно, но уже что-то. Хотя я подозревал, что в этом мире фехтованию обучали гораздо серьёзнее, чем в моём, но кое-что я показать мог.

Мой взгляд зацепился за ствол, выглядывающий из телеги. Винтовка!

— А… — я поднял было руку, но вовремя опустил.

Лейтенант проводил мой взгляд и в недоумении пытался понять, что я там увидел.

— Ты что, кадет, хочешь сказать, умеешь обращаться с магострелом?

В этот момент Елена, которая с интересом рассматривала выданную ей саблю, вскрикнула и прижала пальцы ко лбу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Лейтенант сразу же напрягся и спросил:

— Оракул?

Та кивнула и указала пальцем в сторону бетонной сферы, которую отсюда было прекрасно видно. Ну пути к ней окопов и блиндажей было ещё больше, чем в поле.

— Да мы знаем, — отмахнулся офицер, — Штормит вертуна, аж бетон трещит. Ладно, сейчас вас командиры заберут, пойдёте к отделениям.

— А какая задача, господин лейтенант? — спросил я, чтобы наконец хоть в чём-то разобраться.

Реакция на мой вопрос была ожидаемой — я снова спросил о том, что все и так знают.

Офицер хмыкнул:

— Лично твоя задача — пробудиться, пустой. А иначе кранты и тебе, и отделению.

Глава 7. Белоснежный

— Пустой, твою мать, — ворчал командир отделения, в очередной раз глядя на меня, — Ну надо же.

Мы сидели в заросшем укреплённом пункте. Шесть солдат и я.

Это был стандартный окоп — впереди прокопана дуга, куда бойцы должны бы отправиться, чтобы встречать противника огнём. Позади этой дуги через проход круглая яма, где обычно находится командир.

Сейчас в этой яме были все шестеро из того отделения, к которому меня прикрепили.

Прошла уже пара скучных часов, когда просто ничего не происходило. Солдаты то перекидывались в карты, то курили какой-то вонючий табак через трубку, которую передавали по кругу.

Иногда они отправлялись в передний окоп поглазеть на далёкий бункер с Белым Карликом внутри. Меня туда не пускали… «Мало ли чего попорчу».

Сейчас четверо солдат находились там, якобы наблюдали, но досюда отчётливо доносился храп. Твою псину, а я вообще в армии нахожусь-то?

Командир этого отделения, младший сержант Хомяк, как он мне представился, не уставал проходиться по моим способностям отборной руганью. Усатый, в военной форме болотного цвета, он ловко держал губой трубку, успевал разговаривать и ножом выстругивать какую-то фигурку. Явно женскую.

— Вы́лунь ты сраная, — он так и качал головой, — Ну, а хоть вывертышей чуешь?

— Чего ты к пацану пристал, Мяч? — спросил другой солдат, белобрысый и гораздо моложе, — Он такая же подневольная чушка, как и мы.

Они прекрасно слышали храп, но никак не реагировали. Дисциплина здесь псовым хвостом накрылась, однозначно. А ведь пока ехали к Белому Карлику, столько разговоров о нём было, а тут…

Чего-то явно я не понимал.

— Ну-ну, такая же… — усач едва не сплюнул, но удержался.

Белобрысый в очередной раз смазывал и чистил свою винтовку. Рядом лежала коробка с патронами. Некоторые разъехались по столу, и я видел, что задки патронов отличаются по цветам…

Жёлтый, белый, синий и красный. Белобрысый время от времени брал белый патрон, задумчиво крутил его и поднимал взгляд на Пробоину.

На местное оружие я успел уже насмотреться, руки чесались попробовать, но пока я на рожон не лез. Солдаты сразу восприняли меня в штыки, показали, что моей компании не особо рады, и развивать конфликт я не стал. Тем более, у них могли быть инструкции.

Какую-то эволюцию тут оружие уже прошло, и, по крайней мере, заряжалось не через ствол — винтовки, хоть и примитивные, были уже с казённиками.

— Все они такие же, Сивый, — снова начал усач, — Пока не пробудятся…

— Так нам же лучше.

— Ага… Так чего, вылунь, ты вывертышей чуешь?

Я пожал плечами, молча сидя сбоку и обнимая саблю в ножнах. Прислонился затылком к земляному краю, пытаясь в очередной раз прощупать нижнюю чакру.

Потому что, когда меня привели сюда, я, жжёный псарь, что-то почувствовал. Чем ближе к той бетонной сфере, тем больше волнения внутри.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Нет, это не Вася, к которому я уже привык и стал воспринимать как часть себя. Он то волновался, то злился, но тело я уже более-менее контролировал.

Осталось разобраться с псионикой…