Александр Руджа - Бесконечное лето: Эксперимент (СИ)

— Класс! — выдохнула она. — Идея настолько дурацкая, что невозможно устоять!

Я заулыбался.

— И я тоже так считаю.

Алиса задумалась.

— Только… это же репетировать, репетировать и еще раз репетировать надо. А у нас всего полтора дня, не больше.

«А учитывая, что я после обеда собираюсь с Ленкой забраться в опасные подземелья, то даже сильно меньше».

— Есть мнение, справимся, — оптимистично заявил я. — План такой: сейчас рвем к Мику, хватаем гитары. Моя — лид-гитара, твоя — бас. Посвящаем Мику в план, она в восторге…

— Зачем нам в группе Мику? — прищурилась Алиса.

— Нам нужна будет ионика, а она умеет, — вспомнил я. — Плюс всем нравятся азиатки.

— ЧТО???

— Вот я и говорю — ионика…

— Дальше!

— Она в восторге. Оставляем ее пока, пусть готовит аппаратуру, колонки, пульт, всякое такое. Еще выдам ей партитуру пары композиций, есть там пара кусков… Тем временем мы репетяем начерно — у меня соло-партии, у тебя ритм. Дальше я с акустикой свалю куда-нибудь в лес, потренируюсь, поимпровизирую…

Это я удачно ввернул. Теперь послеобеденное отсутствие не будет выглядеть так, будто я в компании с Леной замышляю весь тутошний мир поставить с ног на голову. Репетирует человек. В лесу. Один. Вдохновение ищет. И все знают. Идеальное прикрытие.

— Позже, вечером, подключаем Мику и прогоняем немного с ней. А, черт, забыл же совсем, ударник нужен. Без ударника несчитово.

«Не будет того эффекта!»

— Я Ульянку подтяну, — предложила Алиса. — Там не очень сложно должно быть, а у нее тоже музыкальное образование, справится.

— Вот! — обрадовался я. — Видишь, все один к одному. Завтра весь день репетируем вместе, а вечером выдаем со страшной силой. Как тебе?

Алиса чинно сложила руки на коленях.

— Как вы скажете, командор.

Что-то она слишком уступчивая.

— Остался самый главный вопрос, — похоронным голосом сказал я. — Самый неприятный и противоречивый. Я специально оставил его на потом, но больше тянуть с этим нельзя, прости.

Алиса ощутимо напряглась.

— Как назовем наш коллектив? — задумчиво поинтересовался я.

— Тьфу ты! Чуть до инфаркта не довел, дурень! И вообще, зачем его как-то называть? — Алиса закинула ноги на спинки передних рядов и качалась на сиденье. Это чертовски отвлекало. — Придумывать название для трех репетиций и одного выступления в глухом пионерском лагере?

— Ну… положено так. Как вы яхту назовете, так она и поплывет.

— Ну, давай придумаем. — Алиса скинула ноги со спинок, зато закинула за голову руки. — Как тебе такое — «Рвалл и металл»?

Я задумался.

— Название, конечно, неплохое… да кого я обманываю, дурацкое название. Дальше.

Алиса надулась.

— Давай тогда по очереди, я тоже хочу обхаивать твои предложения.

«Ха, я на отыгрышах в ролевке для всей партии имена придумывал годами, и ни разу не повторился!»

— Значит так, — принялся я загибать пальцы. — Нумеро уно…

— Мне не нравится, — сразу же сообщила Алиса.

— Это означает «номер один», дитя мое, а названия я еще даже не начинал говорить. Итак — «Групповая контузия».

— Нет.

— «Неправильные пионеры»?

— Не пропустят. Эй, моя очередь!

— «Гитара и три пьяные школьницы»?

— Сам алкаш, — парировала Алиса. — Тем более не разрешат.

— «Медленное вторжение карликовых слонов»?

— Как ты такое придумываешь? Но нет.

— «Гости из будущего?»

Алиса задумалась.

— Вроде бы звучит… Надо подумать.

Черт. Я был уверен, что это кино вышло в конце семидесятых и нынешней молодежи будет хорошо знакомо. С другой стороны, звучит и впрямь здорово, даже без привязки к фильму и нетрадиционному коллективу из моего времени. А неизбежный подтекст — он кому надо подтекст!

— Подумай, вдруг понравится, — искренне посоветовал я. И вовремя отскочил в сторону — мимо просвистела брошенная Алисой сандалия.

***

— Я так рада, что у нас наконец начинает получаться какая-то музыкальная идея, это просто здорово, Саш, спасибо за эту мысль, я просто очень-очень благодарна, знаете, тут иногда за целый день никто не приходит, а сейчас столько людей, столько идей… нет, этот шнур не сюда, а этот сюда.

— А тут у тебя написано ля-минор, а ты играешь ре-минор…

— Тебе шашечки надо, или ехать? В смысле — легкая помарка в гениальной партитуре, или музыка?

— Музыка… а у тебя по сольфеджио что было?

— Вот давай только без этих пошлых намеков, хорошо?

— Это что, все слова песни? Один куплет? Вторая и четвертая строки повторяются?

— Вот еще припев, смотри не перепутай!

— Тут же вообще одна строчка!

— В этом и заключается красота композиции!

— А если у нас все получится, хотя не факт, но вдруг, и все пройдет хорошо, и Петру Ивановичу понравится, и Ольге Дмитриевне, то может, нас порекомендуют, и будут приглашать на фестивали и концерты как народную самодеятельность, но не народную конечно, тем более что рок-музыка сейчас популярна… да-да, тут работают только две клавиши одновременно.

— Ритм простейший, гляди: бочка, бочка, рабочий, бочка, бочка, рабочий, и параллельно — хэт, хэт, хэт, хэт. Ребенок справится.

— А я по-твоему кто?

— Пока я буду в лесу, вы попробуйте сработать «кач», чтобы сильные доли…

— Кому ты рассказываешь, я по-твоему не знаю, что такое сыгранные басист и барабанщик?

— Ударнику нравилась Оля, та, что играла на ионике… А Оле снился соло-гитарист, и иногда учитель пения.

— Какая еще Оля???

— Главное, что надо запомнить — не волноваться. У нас все получится. Не может не получится.

— Мы не волнуемся.

Работа спорилась.

***

Гитару после обеда пришлось взять с собой — оставить в укромном месте не было никакой возможности, да и риск, что кто-нибудь на нее случайно наткнется, все же существовал. Так что от столовой я отправился уже основательно загруженным.

С Леной мы договорились встретиться на противоположном конце лагеря, за зданиями кружков, и время уже поджимало, так что следовало бы…

— Ружичка! Постой.

Передо мной стояла Виола из медпункта. Надо же, а я уже и забыл о ее существовании. В столовую она, я так понимаю, не ходит, а никаких других случаев пересечения со мной у нее быть не может — я-то не больной.

— Мне завтра на полдня нужно будет отлучиться из медпункта, — пояснила медсестра. Интересно, зачем она по всему лагерю ходит в белом халате, это же негигиенично. — Поэтому у меня к тебе будет маленькое, но ответственное поручение — посиди там в качестве дежурного. Основные лекарства — болеутоляющее, антибиотики, жаропонижающее, противомикробное, дезинфицирующее — лежат в столе, при необходимости выдашь. Там же и бинты с ватой. Я вернусь часам к четырем, так что попросишь кого-нибудь принести тебе перекус из столовой. Все понятно?

А я не слушал. Я невидящим взглядом смотрел сквозь нее, сквозь площадь и сквозь лагерь вообще. Да, знатно я отупел тут, а ведь еще даже три дня не прошло.