Исключительное право Адель Фабер - Юлия Арниева

Дом, когда-то, должно быть, изящный и привлекательный, сейчас напоминал престарелого аристократа, впавшего в нищету — та же горделивая осанка, но обветшалый и запущенный вид. Краска на фасаде облупилась, обнажая серый камень. Несколько окон были выбиты и заколочены досками. А перед домом раскинулся заросший сад, больше похожий на лес — дикие кусты шиповника, крапива по пояс, хаотично разросшиеся фруктовые деревья.

— Приехали, мадам, — объявил возница с плохо скрываемой довольной улыбкой. — Поместье Фабер.

— Подождите здесь, — велела я вознице, медленно выбралась из кареты, чувствуя, как подгибаются ноги после долгого сидения, и побрела к дому, на ходу расправляя помятые юбки.

На удивление входная массивная дверь открылась довольно легко. И запах затхлости тотчас ударил в нос, невольно заставив меня поморщиться. Я сделала несколько осторожных шагов вглубь холла, опасливо всматриваясь в царивший полумрак, и громко крикнула:

— Есть кто-нибудь? Эй!

Никакого ответа, только эхо от собственного голоса и скрип половиц, когда я прошла дальше, заглядывая в комнаты первого этажа. Большая гостиная с потускневшей позолотой на стенах и каминной полке. Столовая с длинным столом, покрытым слоем пыли. Маленькая библиотека, где на полках еще стояли книги, но многие из них пострадали от сырости. Кухня с большой печью и пустыми кладовыми.

Слуг не было и в помине. Ни управляющего, ни горничных, ни кухарки… Никого, кто мог бы встретить новую хозяйку.

Вернувшись к карете, я застала кучера флегматично курившим трубку. При виде меня он неторопливо вынул её изо рта и принял подобающую позу.

— Возвращаемся, мадам? — с притворно участливой улыбкой произнес возница, явно не удивленный состоянием дома. Наверняка, и Себастьян знал об удручающей картине. И вероятно, он был абсолютно уверен, что, увидев эту разруху, я тут же помчусь обратно, моля о прощении и возвращении в столицу.

— Нет, я остаюсь, — с улыбкой ответила, довольная эффектом, произведенным моими словами.

— Но здесь опасно, госпожа, — произнес возница, словно разговаривая с неразумным ребенком. Этот человек служил у Себастьяна много лет, и как все слуги, был предан своему господину и сейчас выполнял его приказ. — Нет слуг, никакой охраны.

— В какой стороне ближайший город? — спросила, проигнорировав его предупреждение.

— В двух милях к востоку, госпожа.

— Отлично, отвези меня туда, — распорядилась, забираясь назад в ненавистную мне карету.

Путь до городка занял около получаса. Ринкорд, оказался скоплением нескольких сотен домов вокруг небольшой площади. Рядом раскинулся рынок — десяток прилавков с овощами, фруктами, мясом и рыбой. Неподалеку теснились лавки ремесленников — пекаря, мясника, бондаря, портного. А в центре площади возвышалась маленькая церковь.

Приказав вознице остановиться у небольшого здания ратуши, я первым делом направилась в бакалейную лавку. Колокольчик над дверью звякнул, возвещая о моем приходе.

— Чем могу служить, мадам? — хозяин, невысокий полноватый мужчина с аккуратными усами, вышел из-за прилавка.

— Мне нужен хлеб, сыр, чай, сахар, немного муки… — я начала перечислять, оглядывая полки с товарами.

— Свежий хлеб только что из печи, — с гордостью произнес лавочник, доставая румяную буханку. — Сыр рекомендую этот, местный, с пряными травами. А чай… тут у нас выбор небольшой, не столица как-никак.

— Возьму все, что вы посоветовали, — я кивнула. — И добавьте, пожалуйста, соль, ветчину, яйца и сливочное масло.

Пока он собирал покупки, я присмотрела на полках банку варенья и горшочек меда.

— И вот это тоже, — указала я.

— Издалека будете, миледи? — поинтересовался он, заворачивая товары в плотную бумагу. — Простите за любопытство, просто у нас редко такие гости.

— Из столицы, — ответила я, доставая кошелек. — Теперь буду жить здесь.

— В Ринкорде? — Лавочник вытаращил глаза от удивления. — Но тут нет приличного жилья для… для дамы вашего положения!

— У меня есть поместье, — ответила, выложив монеты на прилавок.

— Не то ли, что на холме? Поместье Фабер? — он недоверчиво покосился на меня.

— Именно оно.

— Но там пусто уже несколько лет! Никто не живет, все заросло… — он замялся, видимо, не зная, как сказать об этом тактично.

— Поэтому я здесь, — спокойно ответила я, пытаясь поднять тяжелые свертки. — Скажите, где я могу купить посуду и свечи?

— Через дорогу, у Риба. А еще дальше, за углом, лавка тканей, если понадобится постельное белье или что-то еще, — он вдруг спохватился, заметив, как я с трудом пытаюсь удержать все покупки. — Жак! — крикнул он, не поворачивая головы.

Из-за занавески, отделявшей лавку от подсобного помещения, тотчас вынырнул худенький паренек. Веснушки рассыпались по его курносому лицу, а непослушные рыжие вихры торчали во все стороны.

— Да, мсье Дюран? — он вытер руки о передник.

— Помоги госпоже донести покупки до кареты и проводи ее к Рибу и мадам Элизе, если понадобится.

Мальчишка, коротко кивнув, ловко подхватил свертки и направился к выходу, я поспешила за ним следом и у самой двери остановилась, когда лавочник окликнул меня:

— Мадам! Если будете обустраиваться, могу порекомендовать хороших людей. Моя жена — лучшая белошвейка в городе, может сшить что угодно.

— Благодарю, обязательно воспользуюсь вашим советом.

У торговца Риба, седовласого старика с мозолистыми руками, я приобрела кастрюлю, сковороду, пару тарелок, чашки, столовые приборы и керосиновую лампу.

— Свечи есть, но лампа надежнее, — посоветовал он, упаковывая покупки. — Особенно если живете одна.

— Спасибо за совет, — я расплатилась и, заметив, что Жак уже еле удерживает все покупки, спросила: — Может, у вас есть корзина или что-то подобное?

— Вот, возьмите, — мастер протянул плетеную корзину. — Подарок для новой соседки.

В лавке тканей, куда мы зашли следом, меня встретила пожилая дама с добродушным лицом.

— Мадам Беата, — представилась она. — Чем могу быть полезна?

— Мне нужны простыни, наволочки, одеяло… — начала я перечислять.

— О, вы та самая дама, новая хозяйка поместья на холме? — она всплеснула руками. — Весь город только об этом и говорит!

— Новости быстро распространяются, — усмехнулась я.

— В маленьком городке иначе не бывает, — мадам Беата принялась доставать с полок ткани и готовые изделия. — Вот, посмотрите — льняные простыни, очень прочные. А это одеяло — шерстяное, теплое, как раз для наших прохладных ночей.

— Еще мне нужны полотенца, — вспомнила я. — И скажите, где здесь можно нанять прислугу?

— О,