"Фантастика 2024-5". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ляпина Юлия Николаевна

– Совсем? – Инира удивилась.

– Совсем. – Камил был краток.

– А кем она была? – Ини старалась говорить сдержано.

Напряжение в голосе парня ощущалась как скрип ножа по тарелке:

– Дочерью барона Буржо.

– Так ты дворянин? – девушка искренне удивилась.

– Нет. – Камил ответил коротко и зло. – Отец был простым телохранителем. Мать сбежала с ним, родила меня, а потом вернулась к семье.

– Ты ее никогда не видел? – негромко спросила Инира, стараясь сдержать обычную женскую жалость.

– Нет. Через год ее выдали замуж за ровню, а еще через год она умерла родами вместе с ребенком. – Телохранитель излагал все кратко, словно стремился сократить разговор.

Инире было страшно даже представить, какую боль и разочарование носит в себе весельчак и балагур Камил, думая, что мать бросила его. Столько лет ходить по земле, не имея возможности спросить – почему? Такой камень способен раздавить или помочь накачать мышцы.

– Она любила тебя, – сказала девушка негромко. – Если бы не любила, забрала бы с собой. Бастарды дочерей в аристократических родах долго не живут. Чаще всего позор убивают вместе с матерью.

Тишина за спиной стала почти зловещей, но Ини продолжила:

– Скорее всего, она вернулась в семью, потому что ее нашли и угрожали убить твоего отца. Потому и замуж вышла. Наверняка твой отец тогда только открыл школу?

– Да. – Голос Камила стал сиплым.

– Значит, все так и было. – Ини пожала плечами, подчеркивая уверенность в своих словах. – Она потребовала выкуп за свое возвращение. И отдала его мэтру Сакру. Поэтому ты жив, у тебя всегда была крыша над головой, а твой отец смог начать свое дело.

Камил часто задышал, не в силах справиться с волнением. И даже попытался выбраться из кровати, чтобы выбежать из комнаты.

Инира быстро обернулась и обняла его, прижала к плечу лицом, позволяя выплакать жгучие мужские слезы.

О, Камил делал вид, что пытается вырваться! Но Ини прекрасно знала разницу между девчонкой-недоучкой и мужчиной, тренированным с детства. Поэтому просто гладила увлажнившиеся черные кудри и тихонько мурлыкала колыбельную без слов.

В этих объятиях не было тяги женщины к мужчине, была лишь извечная материнская нежность к сирым и обиженным. Где-то через полчаса рыдания затихли, и они уснули, спаянные расколотой наконец скорлупой многолетней боли и обид.

Утром Инира ушла на занятия еще до того, как Камил открыл глаза. К вечеру раскрытые секреты забылись, потускнели и стали историей, которую вспоминать так же больно, как шагать по острым осколкам мурранского стекла.

Королевский дворец

Монарх Вадеры сидел за длинным столом в зале совещаний и обсуждал с королевским советом важнейшие на данный момент вопросы: королевскую помолвку и королевскую свадьбу.

За окнами, прикрытыми слюдяными пластинами в частых переплетах, еще бушевал ледяной ветер. А в самом старинном зале дворца уже царила весна. Пылали два огромных камина. В вазах благоухали оранжерейные цветы и фрукты, а на стенах блестела резьба в виде цветочных гирлянд.

Верховные лорды, одетые в разноцветные камзолы с модной в этом сезоне отделкой из серебряных листьев и мелких каменных цветов, напоминали стайку юных вертопрахов, собравшихся на променад.

Но брови их были нахмурены, крепкие руки частенько сжимались в кулаки, а губы изгибались в самых зверских гримасах. Здесь ни много ни мало решалась судьба королевства!

Договор о помолвке с принцессой Квариллии королевский советник лорд Арккард привез еще в начале осени. Но официального объявления все еще не было, потому что стороны никак не могли договориться о мелочах.

И эти мелочи сводили с ума не только Его Величество, но и весь совет!

Например, традиционный подарок королевской невесте на помолвку – браслет с гербами двух стран, пришлось переделывать трижды. Принцесса настаивала на полном равноправии гербов в размере, стоимости и качестве.

В итоге, после очередной переделки ювелиры обоих королевств отказались вносить изменения в украшение. Они дружно заявили, что ничего больше сделать нельзя. Впереди были диадема, корона, и несколько положенных при коронации украшений с гербами. Мысли о них заранее вгоняли Его Величество в дрожь.

Большинство королевских советников склонялись к тому, что за капризами Квариллийской принцессы стояли политические мотивы. Как-то раньше не замечалось за Ее Высочеством Этиллией ан Шанстред пристрастия к украшениям и воистину детских капризов.

Но в чем подвох? Договор был перечитан столь пристально, что пергамент потерся, а края помялись и потрескались. Письма, присланные принцессой в процессе подготовки к бракосочетанию, веером рассыпались по парчовой скатерти стола, а лорды советники никак не могли найти ответа на загадку.

Политические выгоды им были понятны: две страны, имеющие кусочек общей границы, получали возможность жить в мире и свободно торговать. Оба короля эту выгоду принимали – более того, рассчитывали на нее!

И уж мудрые женщины, способные растолковать это не такой уж юной принцессе, при квариллийском дворе имелись. Но невеста с завидным упорством продолжала выставлять абсурдные условия.

Только сегодня гонец доставил очередной свиток. Прочитав его, король Вайнор и весь совет пришли в недоумение: невеста предлагала жениху прибыть в Квариллию и провести помолвку и свадьбу одновременно. Растянув празднества более чем на месяц!

Это означало, что Вайнор Эльмер Вадерский должен оставить свои границы без присмотра на неопределенно долгий срок; месяц участвовать в увеселениях в разгар летних работ и военных учений. Да еще и прибытие предлагалось с минимальной охраной, дабы не стеснять дворцовую гвардию!

Эти требования выглядели особенно неуместно потому, что для королевских браков существовала традиция: брачную церемонию проводили на границе. Дабы новобрачные ни на минуту не отвлекались от королевских дел.

Потом молодые отправлялись в дом супруга, изредка супруги, попутно проводя инспекции, королевские суды и пышные празднества на своей территории. Таким образом, королевская свадьба сочетала в себе сразу несколько знаковых событий и не являлась тяжким бременем для жителей страны.

– Ваше Величество! – прочитав послание принцессы, поднял голову лорд Мияр, седовласый высокий мужчина, отвечающий за стражу дворца. – Если вы согласитесь, мы сможем сделать только одно: молиться за вас!

– Взгляните на третий снизу абзац, лорд Мияр, – Вайнор указал на копию письма принцессы. – Не думаю, что девушка сама придумала такой тонкий политический шантаж. Он слишком продуман и серьезен.

Лорд еще раз перечел абзац, в котором Ее Высочество восторженно сообщала, что на свадьбу прибудет Верховный Жрец, дабы лично провести церемонию благословения молодых. Его согласием уже заручились.

Выругавшись, лорд-страж перевел взгляд на лорда Иана – главу королевской службы безопасности. Чернокудрый видный красавец, щеголь и любитель женщин в котором трудно было заподозрить одного из влиятельнейших людей королевства, уставился в одну точку, едва заметно шевеля губами. Потом вдруг сказал:

– Отказаться приехать на помолвку без существенной причины Его Величество не может. Причиной в нынешней политической ситуации может послужить только смерть. Значит, нам остается только одно… найти телохранителя седьмого круга и убедить его сопровождать ваше величество.

Остальные советники зашумели, зашептались. Наконец, молодой и горячий лорд Амтис воскликнул:

– Но телохранителей седьмого круга в королевстве нет! Это скорее легенда!

Лорд Иан выслушал все высказывания молча. Его опыт царедворца заставлял мужчину держать лицо даже перед ближайшими соратниками. А уж тем более перед королевским советом, в котором хватало лордов, не желающих думать ни о чем, кроме политических и торговых выгод.

– Легенда, значит легенда! – лорд обворожительно улыбнулся и примиряющее поднял руки. – Значит, будем искать другой выход.