Надуй щеки! - Сергей Викторович Вишневский

на переносице, хотя они и без того сидели точно также.

— Дело в моей парте. Вы, наверное, заметили…

— Ты про то, что обклеил её листами? — не дав договорить мне, начал он. — Да, я заметил. Зачем ты сделал это? — нахмурившись, спросил учитель.

— Дело в том, что кто-то, видимо, по ошибке пролил на неё что-то липкое. Но я не хотел беспокоить вас во время урока, так как боялся сорвать его. Или же, что ещё хуже, если бы вы меня отправили из класса устранять проблему. А ведь мне очень нравятся ваши уроки. Как и история в целом. Я просто не мог себе позволить пропустить занятие.

Морщины на лбу учителя истории тут же разгладились, и он невольно улыбнулся.

— Да, я заметил, что ты был очень внимателен. Это похвально. Однако тебе следовало сразу сообщить о данной проблеме, — более мягко проговорил он.

— Я понимаю. Впредь так и поступлю.

— Вот и славно, — снова улыбнулся он. — А теперь ступай. Я сообщу по этому инциденту в учительскую. Думаю, дежурным по классу предстоит дополнительная работа.

— Спасибо, — я тоже улыбнулся в ответ и слегка поклонился.

Выйдя из кабинета, я собирался сразу же отправился в другую аудиторию. Большинство уроков проходило в кабинете, который был закреплен за нашим классом. Но некоторые предметы, как, например, биология, на которую я сейчас и направлялся, проводились в специальных аудиториях, где заранее были заготовлены различные манекены, плакаты, схемы и тому подобное.

Только вот не успел я дойти до лестницы, как меня окрикнул женский голос.

— Гису! Подожди, пожалуйста!

Я повернулся и увидел Юми. Ну, конечно, а кто же это ещё мог быть? Хотя в какой-то степени мне было даже интересно чего ей от меня нужно. Надеюсь, не трусики моей мамы… Иначе я начну подозревать неладное об этом мире.

— Да, — спокойно ответил я. — Привет.

— Ах да. Привет! — улыбнулась она и завела прядку волос за ухо. — Я это… в общем, я… — девушка сглотнула и немного помедлила. Казалось, она даже слегка покраснела, что выглядело довольно мило. — В общем, я подумала о твоем предложении. Точнее о том, что ты попросил передать через Пака. И… я хотела бы с тобой уединиться.

— Чего? — слегка склонив голову, спросил я.

— Ой! То есть… ты не подумай только, — засмущалась она. — Я совсем не это имела ввиду. В смысле я хотела бы поговорить с тобой наедине. Как насчет одного укромного места? И там мы сможем более близко пообщаться. Завтра, например.

Девушка помедлила и улыбнулась, глядя мне прямо в глаза. После чего она притронулась к моему предплечью и провела рукой вверх-вниз.

Хм. Неплохо…

В целом у неё неплохо получалось играть смущение и показывать заинтересованность во мне. Только вот, когда она прикоснулась к моей руке, я тут же почувствовал её искренние эмоции. И чтобы она ко мне не испытывала, там точно не было никакой влюбленности или нечто подобного. Скорее она просто хотела поиграться со мной. Использовать. Манипулировать.

Её чувства представлялись мне какими-то склизкими, колючими и… наверное, правильно было бы сказать шершавыми? В ее глазах сверкало ехидство.

Хотя я не настолько глуп, чтобы без своих способностей понять, что здесь было что-то неладно. Однако теперь у меня не осталось никаких сомнений.

И это даже хорошо. Ведь по поводу Пака я тоже сомневался, стоит ли мне приводить свою задумку в действие.

А теперь сомнений не осталось.

Я полностью уверен.

— Да, конечно, — я мило улыбнулся, буквально скопировав её улыбку. — Давай пообщаемся.

* * *

Туман напирал, но в этот раз это было более привычно.

Вздох, шаг, и вот он уже стоит в небольшом кругу, окутанном плотным, густым туманом.

— Адик⁈ — громко выкрикнул Гису. — Ты тут?

Из тумана показался недовольный хомяк. Он оглядел с ног до головы парня, а затем произнес:

— Я думал, от тебя будет больше толка, — божество начало недовольно двигать носиком, отчего усы тут же зашевелились. — Уже который день, а достижений ноль.

— Каких достижений⁈ — возмутился Гису. — Я вообще подросток несовершеннолетний! Или ты там во времени потерялся⁈

— Несовершеннолетний. И тебя это останавливает? — хмыкнул Адольф.

— Представь себе, — недовольно буркнул парень. — Я думал ты хотя бы расскажешь про ту чертовщину, что со мной творится. Какого черта меня то воротит, то подкидывает от прикосновений к другим людям. Ты вообще собираешься мне помогать?

— Это и была помощь, — недовольно буркнул хомяк. — Это называется «Глаз изиды». От него ты должен ощущать чувства других людей.

— Эмпатия? — с прищуром спросил Гису.

— Да. Если хочешь — называй ее так.

— И? Это все мои способности⁈ Серьезно? Ничего более полезного ты придумать не мог⁈ — Возмутился Гису.

— Может хватит ныть⁈ — всплеснул маленькими ручками бог-хомяк. — И вообще, ты радоваться должен телу подростка! Это возможность прожить жизнь заново! А ты только ноешь и ноешь.

— Я ною? Ты меня сунул в семью разорившегося бизнесмена. Ты вообще в курсе, что меня оставили с убыточным предприятием и голой задницей? Полгода и мне нечем будет платить за учебу! А дальше что? Как я должен вообще поднимать этот бизнес? О каких там деньгах и вере ты говорил?

— Вот… Вот, посмотри. Разве это не нытье? — фыркнул хомяк. — По-моему, так самое настоящее.

— Нет. Это оправдание. И я бы сейчас не начал говорить об этом, если бы ты не обвинил меня в нерасторопности!

Божество сделало шаг вперед и как следует треснуло по голове парня своим посохом.

Динь-дилинь!

— За что⁈ — возмутился Гису.

— За нытье! — буркнул хомяк. — Видимо, придется заходить с другой стороны. В общем так. Ты можешь вообще ничего не делать. И тогда я просто найду другого. Может быть не сразу, но найду. А что станет с тобой? — Бог-хомяк пожал плечами, после чего продолжил. — Я не знаю, но полагаю, что долго ты не проживешь. Или же второй вариант. Ты выполняешь свою часть сделки, а я свою. И прослежу за тем, чтобы в будущем у тебя всё было хорошо. Но для этого…

Тут глаза хомяка неожиданно сверкнули, и он принялся отчеканивать одно слово за другим:

— Деньги! Власть! Храм! Вера! Только после этого