Наемник «S» ранга. Том 2 - Отшельник Извращённый

К оцеплению, где толпились любопытные зеваки, подъехала белая представительская машина с гербом клана Черновых в виде оранжевой бабочки-монарха на фоне остроконечной башни.

Один из телохранителей пулей вылетел из чёрного массивного внедорожника позади и открыл пассажирскую дверь.

— Не кисло твой брат передвигается, — хмыкнул я.

Настя поджала губы, затем взглянула на меня:

— Он не всегда был таким.

Из белого протяжённого автомобиля вышел Иван. Смахнув несуществующую соринку с плеча, он пошёл в нашу сторону, а видящие его люди зашептались и стали фоткать. Полиция пропустила его без вопросов, и вскоре наследник Черновых подошёл к нам с безэмоциональным выражением лица. Оглядев Анастасию с ног до головы, сказал:

— Поехали. Ты тоже, — бросил он на меня взгляд, после чего развернулся и направился к седану.

Мы с Анастасией переглянулись и двинулись за ним. Я же в сердцах закатил глаза. Похоже, обед всё-таки будет.

— Постойте! — крикнул лейтенант, который нас допрашивал. — Эти люди являются свидетелями и нужны для последующего разбирательства!

Вот он! Мой спаситель!

Но посмотрев на выражение лица Ивана, я понял, что неее. Обед будет.

Чернов посмотрел на офицера так, будто ещё одно слово, и он раздавит его, как блоху. Но быстро взял себя в руки и располагающе улыбнулся. Ещё один плюс к моей паранойе по поводу него.

— Минуту, пожалуйста, офицер, — вынул Иван мобильник и набрал номер. — Алло, мистер Голд? Здравствуйте! Это Иван Чернов вас беспокоит… А-а? Узнали! Приятно-приятно! Да, мистер Голд… Да, бумаги подготовлены. Ага, Стивенсон знает. Мистер Голд, не хотел вас беспокоить просто так, но тут проблема нарисовалась…

С кем Иван говорил, я понятия не имел, а вот полицейский точно знал. Его вспотевшее лицо посерело, пожелтело и побледнело, пройдя все три стадии за короткую секунду.

— Это вас, — протянул Иван трубку лейтенанту.

— Алло? — нехотя взял мужик телефон и прислонил к уху. — Д-да… господин полковник… Будет сделано…

Договорив, полицейский отдал смартфон Ивану и со страхом произнёс:

— Прошу простить за задержку, Иван Валерьевич, — и посмотрел на нас. — Вы свободны, молодые люди.

Уже сидя в автомобиле Черновых и залипая в окно, я заметил, как за нами двинулось пять автомобилей с гербами этого рода. Гвардия не иначе. Не многовато ли?

— А теперь, расскажите мне, что произошло? — спокойно спросил Иван, сидя перед нами на мягком бежевом сидении.

Анастасия рассказала всё. При этом ещё пребывая в ватном состоянии. Я сидел молча и не перебивал, краем глаза отслеживая реакцию Ивана. И то, что я видел не оставило и сомнений: если кто-то из орлеонтанских бойцов ещё остался в Нью-Тейко, то им конец. А уж когда Анастасия для словца сказала, что её больно ударили по голове, хотя ударили на самом деле меня, у Ивана будто слетела маска безразличия, а глаза вспыхнули оранжевым сиянием.

— Всё хорошо, сестра, — подался он вперёд и взял Настю за руку. — Теперь ты в безопасности. Больше не о чём переживать.

— Хорошо, — кивнула та.

Всю оставшуюся поездку Иван совершал звонки и отдавал распоряжения. Мне он вопросов так и не задал, будто меня и не существовало. Оно и понятно: кто я? Какой-то там хренадцатый наследник, который не факт, что станет мужем его сестры. К тому же, в этой брачной партии я выступаю за слабое звено — Брэдли Купера. Такой вот расклад.

Мы проехали высокие стальные ворота, объехали каменный фонтан со статуей птицы и остановились напротив трехэтажного особняка, окружённого множеством деревьев и кустарников.

— Вот и дома, — натянуто улыбнулся Иван.

Двери раскрыли охранники, после чего мы вышли из машины. Анастасию увела встретившая нас прислуга и лекарь-жизняк в белом халате, а я услышал первые слова, адресованные мне:

— Спасибо, Райан.

— За что? Я ничего не сделал, — пожал я плечами, посмотрев на Ивана.

— Ты был рядом, — взглянул он на меня. — Тем более пытался защитить её.

— Она — моя невеста, — ответил я без излишнего пафоса, как само собой разумеющееся.

Иван кивнул.

— Моё одобрение ты получил. Осталось провести обед. Отец хочет посмотреть на тебя.

Я медленно моргнул. Сцуко. Так и знал, что всё не будет так просто!

Анастасия же перед входом в особняк оглянулась: «Как Райан мог услышать нападавших ещё на улице… Прямо как тогда, в академии… Что у него за способности? Острый слух…? Интересно…»

Глава 6

Я молча шёл за Иваном и слугами по коридору особняка, подмечая дороговизну подобного домовладения. Похоже, у аристократов здешнего мира знатный такой фетиш на всё дорогое и помпезное. Примером тому служило не только наличие неоправданно огромного количества прислуги, но и вычурно люксовый интерьер. Среди настенных произведений искусства моё внимание привлекла одна из картин. Стоило только увидеть её, как я сбился с шага и ощутил лёгкое недоумение, от чего брови медленно, но верно полезли на лоб.

— Понравилась? — спросил Иван, обернувшись. — Приобрел её на аукционе в столице.

— Любопытная картина, — кивнул я, смотря на ласточку, сидевшую на столе с вазой и графином.

Приобрёл на аукционе? Хорошо стелишь, Ваня. Эту картину не могли поставить на аукцион, потому что за ней такой шлейф смертей тянется, что диву даёшься. И да, тем, кто украл её из Имперского Национального Музея был я. До сих помню, как за эту картину платили, мать его, пятьдесят лямов! Отличный вечер был для пополнения моей собственной казны. И если бы кто-то решил выставить данный экземпляр на аукционе, его бы мгновенно взяла за зад имперская гвардия во главе с полицией и ЦАГ. А потому в голову приходило лишь два варианта: либо Ваня — заказчик, либо он тот, кто заказчика прикончил и забрал картину. Можно, конечно, подумать, что она — подделка, однако, я уверен в её подлинности, о чём свидетельствовал лёгкий запах крови, исходящий от холста.

— Идём, Райан, — развернулся Иван. — После обеда у тебя будет возможность посмотреть особняк.

Да что-то мне ещё больше не хочется на этот обед… Так и знал, что где-то собака зарыта, но знакомство с главой клана Черновых мне совсем не улыбалось. Особенно в роли Райана Купера. Позвали бы они меня, как Призрака, было бы куда забавнее. А так… Придётся выслушивать всю муть и делать вид, что мне интересно. По