СССР (СИ) - Дашко Дмитрий

— Сам-то кем будешь?

Он хмыкнул.

— А ты, я погляжу, дерзкий!

— Какой есть, — согласился я.

— Молодец! Люблю дерзких! — На его лице появилась добродушная улыбка, взгляд стал ласковым а в голосе прорезалась симпатия.

Только меня эта его показная доброта не расслабила: типовой и слишком хорошо знакомый ещё по прошлым временам психологический приём. Матёрые урки часто так успокаивают потенциальную жертву, перед тем, как нанести неожиданный смертельный удар.

Значит, с секунды на секунду меня попробуют убить. И тоже вряд ли будут стрелять: бандос считает деда своим союзником, навлечь внимание органов на его жилище — конкретное западло.

Рукопашка со всеми вытекающими — большой риск. С Брюсами Ли и прочими Ван-Даммами тут пока напряжёнка, то бишь нужно верное орудие убийства: удавка или нож. Причём, в качестве первого может быть всё, что угодно, любое подручное средство — ремень, веревка... Тихо, спокойно и без крови.

Ставлю на удавку.

Сейчас меня попробуют как-то отвлечь, сделать так, чтобы я на короткое время повернулся к бандосу спиной.

— Слышь, парень, а что это? — вскинул подбородок бандит.

Его взгляд был обращён куда-то за меня, а в руке мелькнул шёлковый шнурок. Такое чувство, что он постоянно таскает удавку с собой. Кстати, почему нет? Для убийцы это обычный «рабочий» инструмент.

— Где? — почти естественно «удивился» я.

— Да вот же… За тобой! — воскликнул он.

Очередная нехитрая психологическая уловка. Девяносто девять человек из ста обязательно повернутся, чтобы посмотреть, что там происходит у него за спиной, и таким образом становятся беззащитными.

Я тоже повернулся якобы на автомате, вот только беззащитностью в моём случае и не пахло. Главное — опередить врага. Я уже знал, что буду делать: резко уйду в сторону и врежу ребром ладони по кадыку. Зачастую этот удар бывает смертельным, только оплакивать убийцу я точно не буду.

Но меня опередили.

Я обернулся на странный шум и увидел застывшего на месте бандита. В его взоре застыло удивление, из открытого рта слышало гусиное шипение.

Позади него стоял дед. Он обхватил шею незнакомца левой рукой, в правой был нож, который вошёл в бок бандита по самую рукоятку.

Убедившись, что жертва мертва, дед с отвращением оттолкнул покойника.

— Собаке собачья смерть!

— Слышь, я не понял — это что сейчас было? — изобразил лёгкую панику я.

— Что-что! — передразнил меня дед. — Жизнь я твою спас — вот что. Заодно Фрола на пику посадил. Я ведь не сразу Губану поверил… Думал, напраслину на Фрола наводит. А оно вона как оказалось…

— Погоди, это что — и есть тот самый Фрол, о котором Витёк рассказывал?!

— Витёк! — дед сплюнул. — Вижу, Губан тебя совсем за фраера держит…

Я обиделся.

— Не знаю, за кого он меня держит, но это я ему помог от легавых смыться.

— Только поэтому я тебя в живых оставил… Пока! Вдобавок, за Губаном уход нужен. Мне давно уже не двадцать годков.

— А фельдшер-то где?

— За фельшаром ты пойдёшь. Я на сегодня своё отбегался уже. Не волнуйся, я тебе адрес дам и записку напишу, иначе никуда фельшар с тобой не пойдёт, — устало произнёс дед. — Заодно покумекаю куда энтого девать.

Он пнул труп Фрола.

Я предположил, что дед собирается избавиться от мертвеца без свидетелей. Пока что мне такое развитие событий вполне устраивало.

Дед подошёл к комоду, с треском вытащил один из рассохшихся ящичков, достало оттуда замусоленный клочок бумаги и карандашом начёркал на нём несколько строк. Закончив, протянул послание мне и назвал адрес

— Знаешь, куда идти?

Я кивнул.

— Тогда давай, с богом. За Губана не переживай. Он может и плох, но не настолько, чтобы сразу концы отдать.

Заметив мой недоверчивый взгляд, старик пояснил:

— Я многое в этой жизни повидал. Если человек не жилец — завсегда видно.

— Как скажешь…

— Дед, — коротко произнёс он. — Меня все так и зовут — дед.

— Хорошо, дед!

— Фельдшер наверняка поедет на извозчике. У тебя деньги есть?

— Почти всё потратил, когда Вить… то есть Губана из больнички вывозил, — признался я.

Дед вздохнул и, покопавшись в кошельке, дал мне несколько замусоленных купюр.

— На. Этого должно хватить.

— Спасибо!

Собравшись, я выскочил на улицу. Осмотрелся и направился в ту сторону, где по моим прикидкам должен находиться фельдшер.

На глаза попался Ваня Бахматов. Он стоял и курил возле фонарного столба. При моём появлении напрягся и хотел подойти, но я подал ему знак держаться в стороне и не подавать вид, что мы знакомы.

Интуиция меня не обманула. Не успел я сделать пары сотен шагов. Как почувствовал чей-то тяжёлый взгляд, буквально сверливший мне спину.

Ага, а дедок точно не лыком шит. Всё-таки сподобился и меня проконтролировать и пошёл вслед за мной. Ну что ж.. Я бы поступил на его месте таким же образом. Хорошо, что успел Ваню предупредить, иначе бы засыпались.

Видать старый волчара мне попался. Не зря Губан к нему ласты направил.

Эх, в активную разработку бы его… Наверняка всплывёт куча интересной информации! Но это потом, сначала надо втереться в доверие и выйти на Кузнеца. Для этого необходимо вести себя так, чтобы ни одна собака не придралась.

«Фельшар» оказался мужчиной лет пятидесяти с усталым лицом. И принимал он отнюдь не в медпункте, а у себя на дому.

С клиентами явно было не густо, очереди не наблюдалось, разве что передо мной из дверей выскочила какая-то дамочка, чья внешность и манера поведения лучше всяких слов говорили об её роде занятий.

Не удивлюсь, если этот медик был ещё и абортмейстером.

Фельдшер долго изучал записку от деда, крутил-вертел под разными углами, разве что на зуб не попробовал. Наверное, будь возможность — обязательно сунул бы её под микроскоп. Но всё-таки удовлетворился результатами.

— Мне необходимо минут десять на сборы, — наконец, сказал он. — Подождите меня, пожалуйста, на улице. Заодно постарайтесь поймать извозчика.

— Не вопрос, доктор! — покладисто сказал я и вышел.

Ни деда, ни Бахматова во дворне не наблюдалось, но это ещё ни о чём не говорило. По идее Ваня должен был «срисовать» хвост, в профессиональных навыках коллеги у меня не имелось сомнений.

Извозчика удалось найти на соседней улице.

Появился доктор, облачённый в тяжелую шубу, валенки с калошами и высокую меховую шапку. Лакомая добыча для гопников в подворотне.

В руках у него был типичный медицинский чемоданчик.

Не успел фельдшер сесть в экипаж, как возле нас словно гриб из-под земли вырос дед.

Ни говоря ни слова, он опустился на сиденье возле меня.

— Подвинься.

— Дед, ты чего? — спросил я.

Он улыбнулся.

— Да вот… Решил убедиться, что ты не заплутаешь.

— А…. — задумчиво протянул я, делая вид, что поверил этой басне.

Мне была интересна реакция фельдшера на труп Фрола, однако, к моему удивлению, в комнате его не было. Получается, дед всё-таки ухитрился куда-то спрятать мертвеца, причём за считанные секунды.

Фельдшер переоделся в белый халат, приказал вскипятить тазик с водой, а потом выгнал нас из комнаты.

Пока он занимался Губаном, мы играли с дедом в молчанку.

Примерно через час фельдшер вышел к нам.

— Раненому повезло, — сказал он. — Ему оказали качественную помощь в больнице, да и вы привезли меня вовремя. Организм у него крепкий, уверен, он скоро пойдёт на поправку. Завтра я приеду в это же время.

— Спасибо, доктор! — проскрипел дед. — Сколько с нас за труды ваши?

Фельдшер назвал сумму, и дед тут же с ним рассчитался.

После того, как мы проводили врача, я спросил:

— Слушай, дед, а что насчёт меня?

— А что с тобой не так? — ухмыльнулся старик.

— Да всё не так! Определяться мне надо… Сам понимаешь, назад мне дороги нет, а Губан обещал свести с людьми, которые помогут.

— А что — разве он не помог? Он же свёл тебя со мной, — делано удивился старик.