"Фантастика 2024-108". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Геярова Ная

— И что, не было «возбуда»? — недоверчиво поинтересовался один из молодых заказчиков.

— Плату видите? — обратил их внимание начальник цеха. — Она немного изменена, но без отступления от утверждённой схемотехники.

— Ничего себе! — мотнул головой второй. — А нам пришлось заказывать партию транзисторов с низким статическим коэффициентом передачи тока. Тогда более-менее всё заработало.

— Видишь, Миша, я был прав, — усмехнулся Костя.

— Это вы о чём? — внимательно посмотрел на него старичок.

— Я с самого начала предположил именно этот вариант, когда госкомиссия утвердила, по сути, сырое изделие, но с представленным ей действующим образцом. А вы не подумали, что будет на любом радиозаводе, когда изделие начнут массово собирать?

— У нас сроки поджимали, — попытался оправдаться один из молодых приёмщиков.

— Но перед ними за заказ брались ещё два объединения, — сняв пенсне, укорил его старичок. — И после недельных мучений в обоих случаях нам отказали. Ваш завод был третьим — решающим, после отказа изделие вернули бы на доработку, и плакала наша годовая премия. Я так понимаю, что это вы нашли выход из создавшегося положения?

— Совершенно верно.

— Что заканчивали, молодой человек? — спросил он у Иванова.

— Рязанский радиотехнический. Факультет конструирования.

— Достойный выбор альма-матер. А у вас нет желания перейти к нам? — попытался он сделать заманчивое предложение.

— Не-э-э… — протянул Костя. — Опять подписки, расписки и прочее. Хватит, сыт этим по горло ещё в армии, — он резанул себя по горлу.

— А где служили? — поинтересовался один из молодых.

— Спецназ ГРУ.

— Ого!

— Тогда, молодой человек, я вас понимаю, — погрустнел старичок. — Хотя долг платежом красен — вы нам помогли с изделием, просите чего душа пожелает, но… в разумных пределах, — усмехнулся он.

— Мне лично нужны кое-какие компоненты. Там не очень большой список и небольшое, я бы сказал, штучное количество.

— Список при вас?

Костя полез в карман, достал вчетверо сложенный лист писчей бумаги и протянул его старичку.

— Вот.

— Так, посмотрим… — он снова нацепил на нос пенсне и углубился в чтение. Ему хватило минуты. — Ну что ж… ничего из области фантастики, остальное вполне решаемо. Если не секрет, что собрались ваять на этих компонентах?

— Высокоуровневый смеситель с большим динамическим диапазоном.

— Вы — радиолюбитель? — один из молодых приёмщиков, до этого перешёптывавшийся с Михаилом, мгновенно переключил на него своё внимание.

— Пока только радиоконструктор, но это дело поправимое. В мае у меня заканчивается десятилетняя подписка из Конторы, и я смогу получить позывной.

— А как собираетесь решать проблему двойного преобразования частоты? — не отставал он.

— Зачем двойное — будет одно, и вместо ЭМФа поставлю кварцевый фильтр.

— От какой техники планируете, а то попробую вам помочь? У меня брат в столице живёт, тоже радиолюбитель. Они там несколькими группами пытаются также перейти на кварцевые фильтры, но пока их параметры не позволяют пустить в серию такие аппараты.

— Собираюсь сделать свой — есть кое-какие мысли, — уклонился от прямого ответа Иванов.

— Вот вам мой телефон, — молодой человек оторвал листок от блокнота, быстро набросал номер и протянул его Константину. — Звоните, если будут какие-то трудности.

— Благодарю.

— Константин Сергеевич у нас молодой и перспективный начальник цеха, — директор радиозавода наконец-то нашёл повод влезть в беседу. — Два официальных патента на рацпредложения. По вашему изделию будет третий.

— Думаю, что теперь мы с вами будем плотно сотрудничать, — пообещал старичок. — Наконец-то на одном из радиозаводов нашего региона появился человек, динамично развивающийся сам и пытающийся продвинуть отечественную радиоэлектронику. А то самые перспективные образцы приходится отсылать за Урал и потом ждать результатов по несколько месяцев. У вас с наладочным оборудованием есть проблемы?

— Хотелось бы иметь в наличии кое-какие образцы современных приборов, — мгновенно нашёлся Костя. — Раз мы с вами будем сотрудничать…

— Давайте так, — остановил его старичок. — Вы за майские праздники определитесь, что конкретно вам нужно, а потом позвоните Олегу, — кивнул он на парня, давшего Косте номер, — и тогда мы посмотрим, чем можно будет вам помочь. В наших интересах помочь вам с приобретением такой техники, чтобы потом доверять настройку более серьёзных изделий.

Пять достаточно объёмных деревянных ящиков с платами приёмщики погрузили оперативно, также быстро подписали все документы и через полчаса отбыли восвояси. Провожать их вышли Иванов, Виктор Степанович и парторг. После того как закрылись ворота площадки, Елена Михайловна не преминула подколоть директора.

— Ну что, Виктор Степанович? Какого я специалиста заметила и подняла, а? А вы с Грушевским не верили! Ну ладно он, но ты-то, Виктор Степаныч! — укорила она его.

— Каюсь, был не прав, — ухмыльнулся тот. — Вот что, Костя… раз ты нос держишь по ветру, раскрою тебе маленькую тайну — в свете новых веяний руководства страны нам разрешено создать независимую артель на базе предприятия. В порядке, так сказать, эксперимента. Я долго думал, кому предложить это дело, но поскольку Николай Гаврилович мелко плавает и популяризирует, да лишь чужие идеи копирует, а ты вон в какие перспективы влез, давай-ка принимай бразды, так сказать, создания и управления этой артелью. Сколько тебе нужно времени?

— Виктор Степанович, — опешил он. — Такие вопросы с наскока не решаются. Поспешишь, как говорится…

— Во-во! — поддакнула ему парторг.

— У меня пока нет ничего, что я мог бы выставить как конкурентно способный товар или изделие. Если вопрос терпит, мне нужно хотя бы пару месяцев.

— А точно результат будет?

— Для начала мне понадобится месяц на подготовку технической документации и опытного образца. Учтите, что материал пока сырой, как плащ после дождя, поэтому я прошу вас на совещаниях не давить на меня.

— Хорошо, — кивнул тот. — Да и светить этот эксперимент не буду. Все проблемы решай с парторгом, а что-то такое надо, — он витиевато покрутил всей пятернёй, — звони. Я напрягу соответствующие службы и думаю, что проблем не будет.

— Виктор Степаныч, а что это так вдруг наверху решили вернуться к артелям? — Костя внезапно задал провокационный вопрос.

Директор с парторгом переглянулись, потом Елена Михайловна кашлянула.

— Кхм-гхм… видишь ли, Костя… наверху озабочены застоем в развитии народного хозяйства и науки. Решили провести такой эксперимент с участием самых достойных людей, а не хапуг и рвачей. В этом документе так и написано — попробовать на ходу перестраиваться по насущным требованиям и заказам предприятий и граждан. Если говорить откровенно, я к тебе всё это время присматривалась, разговаривала с коллективом… словом, формировала своё мнение и подготавливала почву среди наших сотрудников. Последней каплей стала премия, которую вы получите по итогам месяца. Кстати, твой патент пришёл вчера вечером.

— На что собираешься потратить пять тысяч рублей? — прищурился директор.

— Поделюсь с коллективом — по сотке на человека. Всё-таки без них у нас бы ничего не получилось. А на остальное закуплю нужные мне радиодетали, которые не удастся получить по каналам снабжения.

— Вот видите, Виктор Степанович, а вы сомневались! — парторг потянула руки в пояс. — Думали, стоит ли с Ивановым вообще разговаривать на эту тему или сразу искать другую кандидатуру. Он рассуждает именно как дальновидный руководитель — финансово поддержать рабочих… да у него после этого авторитет будет!..

— Решено! — махнул рукой директор. — В понедельник будет вам приказ о создании артели с подготовительным сроком два месяца.

30 апреля 1982 года. г. Рябиновск. ул. Лесная, 21. Вечер

В понедельник — 26-го числа, Костю и Елену Михайловну вызвали на общезаводское совещание. Именно на нём директор показал Костин патент, заодно попеняв Грушевскому, что в его команде конь не валялся — ничего путного для завода за последний квартал не сделали, один заказ прошляпили, другой — бортанули из-за трудностей в настройке. Именно этот заказ Иванов не только довёл до ума, но и повысил авторитет Рябиновского радиозавода в глазах заказчиков. Значит, пока все плюшки будет получать старая площадка, а новая должна вывернуться наизнанку, но выполнить предстоящий заказ, о котором сам Грушевский поведал несколькими минутами ранее. И второй осечки не будет — сразу по собственному.