"Фантастика 2025-157". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ахминеева Нина

Я беру бокал, выпиваю залпом еще один и понимаю — меня отпустило. А еще я потеряла Дерека из виду, и мне все равно, с кем он общается. Народ начинает потихоньку перемещаться в сторону площади, значит, и мне нужно отправляться туда. Но одна я, пожалуй, туда не доберусь — сегодня я поставила свой рекорд накидалась шампанским за полчаса. Выветрится оно, конечно, тоже быстро, но до этого нас ждет  торжественная часть, которую нужно хотя бы посмотреть, и стоять придется в первых рядах.

Дерека и Мону я нахожу довольно быстро. Они скрываются в тени за цветочной аркой. Мона висит у законника на шее, и парочка самозабвенно целуется. Зря я не взяла вилку. Она бы сейчас очень пригодилась.

Первый пьяный порыв — развернуться и сбежать, но потом я понимаю, что это совсем жалко, да и бежать пьяненькой не очень легко. Велик риск позорно навернуться на шпильках,  поэтому я бесцеремонно  подхожу ближе и говорю:

— Мона, тебя, думаю, уже обыскался муж, иди его поцелуй. Не так приятно, зато  для благосостояния полезно.

Она отлепляется от Дерека и с ненавистью смотрит на меня. Законник растерян, но к счастью, молчит. Если бы он начал оправдываться, я бы взорвалась.

— Что же ты с пользой для благосостояния не целуешься? — шипит она.

— У меня нет с ним проблем. — Я пожимаю плечами и теряю к ней интерес. —  Дерек, пошли, аукцион уже начался, а я дотуда не дойду. — Подтверждая свои слова,  качаюсь на шпильках, и Дереку приходится ловить меня за талию. Мона обиженной фурией уходит с поляны, а я поворачиваюсь к законнику.

— Это не… — начинает он, но я морщусь.

— Огради меня от нелепых оправданий. Ты ничего мне не должен. Точнее, должен не оставлять меня одну, а ты оставил — единственный твой проступок.

— Признаю ошибку, — спокойно отвечает он, и я снова  вспоминаю про вилку. — Я тебя оставил, и ты напилась.

— Мне было грустно.

— Сейчас повеселело?

— Нет. Ты целовал Мону, а она — замужняя женщина и меня бесит.

— Мона целовала меня, — поправляет законник.

— Ой, да какая разница.  Если мужчина не хочет целоваться, он способен отбиться, — фыркаю я и гордо направляюсь  прочь. «Только не реветь! Только не реветь!» — повторяю мысленно и беру еще один бокал.

— Тебе не хватит? — недовольно спрашивает Дерек, но я только бросаю в ответ презрительный взгляд. Нет уж! Я сегодня расстроена. Так просто вечер не закончится.

— Не боишься расстроить родителей?

— Поверь,  мои родители и не такое видели. Их сложно расстроить. Сейчас их можешь расстроить только ты, если не уследишь, и меня украдут. А так… они буду счастливы, если сегодня я вернусь домой.

Дерек

И что я даже не получу по физиономии? Смотрю на Клэр, нетвёрдой походкой подбирающейся к столику с шампанским, и понимаю, что она снова меня удивляет. А еще мне стыдно. Так, самую малость. Поцелуй с Моной, что это было? Закрытый гештальт? Способ вывести бывшую на откровенность? Месть Клэр или попытка вызвать ее ревность? Я и сам не могу себе ничего объяснить. Единственное, что могу сейчас сказать однозначно — все умерло. Я не почувствовал ничего. Ни одной эмоции, которые порождает во мне другая блондинка, которая сегодня почему-то решила пуститься в отрыв.

Клэр притягивает, бесит, заставляет вспыхивать, а Мона не вызывает ничего. Только сожаление и брезгливость, впрочем, как и ее муж. Наверное, я должен был ее поцеловать, чтобы поставить для себя точку. А еще Мона много говорила: о делах мужа, о том, почему они вернулись и как выгодно им сотрудничество с семьей фо Селар. Она не замечала отчуждения, видимо, до сих пор считает, что я принадлежу ей. Не стал разочаровывать, четко следуя плану Клэр — говорить, не привлекая внимания.

Пообщаться с ней было нужно, и сделать это так, чтобы Мона ничего не заподозрила. А вот поведение Клэр удивляет, похоже, ей действительно все равно.

Ловлю ее уже у выхода на площадь, когда блондинка, запнувшись, теряет равновесие на высоченных каблуках. Сама чуть не падает, но умудряется не пролить ни капли из бокала. Со вздохом ловлю ее за талию и получаю разъяренный взгляд. Все же злится, и почему-то от этого на душе становится очень приятно. Мне нравится, что поцелуй с Моной ее разозлил. Хотя я не исключаю, что Клэр это не нравится лишь из-за того, что мы изображаем пару.

Блондинка быстро берет себя в руки и приклеивает к лицу холодную улыбку. Потом послушно цепляется за мой локоть и делает глоток из бокала. Как ни в чем ни бывало. Даже стоит ровно.

— Плохо ведь будет, — мягко замечаю я.

— А думаешь, мне сейчас хорошо? — с вызовом отвечает она и отворачивается.

И все же она огонь. Знаю, что обожгусь, но почему-то сейчас это окончательно перестает меня пугать. Глупо отрицать, что я на нее запал. Даже обстоятельства, которые нас свели, начинают казаться несущественными.

Только вот мы по-прежнему из разных миров, и я не уверен, что готов к этому. С Моной все закончилось плохо. Клэр не Мона, но вряд ли это что-то меняет.

Клэр

Дерек провожает меня к месту проведения аукциона и усаживает на первый ряд. Забавно. Он боится, что я упаду и опозорю его? Нет. Сколько бы я ни выпила упаду я только дома лицом в подушку. Я  была на сотни таких мероприятий, которые навевают тоску.  Сам законник говорит, что прогуляется, и я надеюсь, он  хочет послушать разговоры местной публики, которая преимущественно не сидит, а фланирует по площади. Но остается вариант, что Дерек собирается снова найти Мону и закончить то, что начал. Как заставить себя не беситься по этому поводу?

Я сижу очень удачно. Прямо напротив сцены. Справа у меня папин деловой партнер — Жорж фо Пандор, слева — лучшая подруга дочери нашего мэра. Кажется, ее зовут Вивьен… но я не уверена.

От первого я узнаю о том, что несколько человек крайне недовольны тем, что отец подписывает  соглашение на добычу магической руды с одним из западных партнеров. Среди недовольных есть  высшие военные чины, зять мэра и еще Сесиль фо Рендар. Она контролирует  добывающую отрасль  к северу от Кейптона. Сам Жорж тоже не слишком доволен сложившейся ситуацией, хоть и не говорит об этом. Пузырьки в моей голове не дают  сосредоточиться на разговоре. Жорж отечески предостерегает меня и просит поговорить с отцом и убедить его не совершать глупость.

— И что я ему скажу? — хмыкаю я, делая вид, что крайне заинтересована судьбой массивного золотого кулона, позволяющего накапливать магию. Именно его разыгрывают, как первый лот. Он уходит двоюродной тете ректора Мерийского колледжа.

— Ну… возможно, он подумает и пересмотрит свое решение? — вкрадчиво интересуется  Жорж. — У нас здесь есть много серьезных людей.

— Например, вы? — замечаю я и отворачиваюсь. Как раз объявляют следующий лот. Семья фо Аголз  презентовала на аукцион запонки из белого золота с сапфирами. Странный выбор, если честно. Они раньше принадлежали старшему сыну главы рода — он убил мою лучшую подругу. Печальное дело, которое до сих пор отзывается болью в сердце.

А вот следующий лот меня очень интересует. Наручные часы — снова белое золото (оно сегодня популярно),  россыпь бриллиантов и возможность останавливать время на несколько секунд. Но иногда эти секунды бывают решающими. Особенно если работа связана с риском. А еще это дар от семьи Марриса, и  Маррис явно бесится. Часы дед обещал передать ему. Но рыжий, видимо, снова где-то облажался, раз часы уйдут с молотка. Самого его на аукционе нет, значит, или смертельно на кого-то обижен, но не на меня, мы расстались вполне мирно, или наказан.

— Я могу рассчитывать на тебя Клэр? — прерывает мои размышления Жорж, и я раздраженно дергаю плечом. Вот что пристал?

— Можете, конечно, — улыбаюсь я.  — Поговорим позже… хочу поучаствовать в аукционе.

Немолодые мужчины высшего света бывают очень предсказуемы в попытках произвести впечатление. Часы оказываются у меня буквально через десять минут ожесточенных торгов.  Это мило, но совершенно не трогает. Признаться, я бы хотела купить их сама, потому что это подарок и извинение.