Сергей Симонов - Цвет сверхдержавы - красный. Трилогия (СИ)

   – Основной упор делаем на освещение тем, которые умалчиваются западными средствами массовой информации, а также на подачу событий с альтернативной точки зрения. То есть, действуем так же, как «Голос Америки» и «Радио «Освобождение» (с 1959 г известно как «Радио Свобода»)

   – То есть, даёте западному слушателю ту самую альтернативную информацию, свободу выбора в информационном пространстве? – Хрущёв сразу ухватил суть.

   – Можно и так сказать, – согласился Серов. – Телеканал пока работает в основном в Штатах, но постепенно обосновываемся и в Европе. В перспективе будем вести дело к полному контролю над СМИ в США и Европе, но это, сам понимаешь, не так быстро, как хотелось бы.

   – Смысл всего этого дела – иметь в США и Европе свои карманные СМИ, которые будут формировать общественное мнение так, как выгодно Советскому Союзу. Причём никаких внешних признаков принадлежности к СССР, или даже симпатии к социалистическим странам эти СМИ не проявляют. Просто спокойные объективные новости.

   – Умно, – согласился Хрущёв. – Молодец, Иван Александрович! Можешь ведь, когда захочешь!

   – Надо нам показать американцам и всему западному миру, что не только они умеют давить на психику и вести контрреволюционную агитацию. На их пропаганду ответим своей контрпропагандой, причём постараемся сделать это как можно более умело, – ответил Серов. – Ну, и вторая сторона медали, не столь красивая, но необходимая. Как понимаешь, среди западной прессы хватает откровенных оголтелых ястребов, которым само существование СССР поперёк горла. Мы с Павлом Анатольевичем посоветовались, и решили этих господ по-тихому изымать из обращения. По одному.

   – Возможности у нас на Западе уже достаточно большие. Мы сейчас купили три старых танкера для переделки в контейнеровозы, – сказал Иван Александрович, – и будем покупать еще. Да и с компанией Малькольма Маклина сотрудничество успешно развиваем. А скоро мы, надеюсь, и сами такие корабли строить начнём.

   – Переделка танкера в контейнеровоз у Маклина заняла месяца три. Чертежами он с нашими товарищами за небольшую плату поделился, поскольку не знает, что они – товарищи, и считает их обычными господами, – Серов ехидно усмехнулся.

   – У нас уже компании по подбору грузов организуются, в Европе, в Штатах и в Австралии, и прочую инфраструктуру, как это «там» принято называть, создавать уже начали. Пока что контейнеры и технику для использования за границей и закупать там же приходится. А как немного раскрутимся, такая транспортная инфраструктура позволит без проблем переправить клиента, например, из Штатов куда-нибудь на острова Палау или в Новую Гвинею, на корм акулам, при необходимости – по частям, – Иван Александрович усмехнулся. – Ну, или ещё проще – имитируется уличное нападение, автокатастрофа или убийство с целью ограбления.

   – С этим осторожнее, не увлекайтесь, – сказал Хрущёв. – Чтобы не привлекать лишнего внимания. Репортёры – народец гнусный, но сплочённый, уберёшь одного – в тебя вцепится сотня. Да и ФБР рано или поздно сложит 2+2, кто нибудь спросит: «А кому это выгодно?» – и всё, завертелось расследование. А в Штатах похищение – федеральное преступление.

   – Мы аккуратно, – заверил Серов. – И не часто. Главное – в другом. Я тебя хочу попросить дать добро на аккредитацию репортёров «ONN» в Союзе. Чтобы они, пользуясь уже частично наработанной репутацией объективных журналистов, освещали происходящее в СССР так, как выгодно нам. Репортёры, само собой, будут иностранные, канал-то считается как американский.

   – Пиши записку, я подпишу, – ответил Хрущёв. – Ты, Иван Александрович, придумал отличную штуку. Учитывая, что у нас впереди Суэцкий кризис, мы теперь в плане информационной войны хотя бы частично к нему готовы.

   – Ну, и вдобавок, – сказал Серов, – мы теперь имеем практически легальную возможность закупать для нужд советского телевидения самую современную технику по всему миру. Никто и не заподозрит.

   – Точно! – улыбнулся Хрущёв. – Два в одном, так сказать.

   – Кстати, как раз тогда, когда ты в Англию поехал, 14 апреля небольшая штатовская фирмочка «Ampex» представила первый в мире видеомагнитофон, – рассказал Серов, – Он позволяет записывать телевизионный сигнал на магнитную ленту. Широкая такая лента, сантиметров 5, и сигнал пишется поперёк. Руководит фирмой бывший царский полковник, Понятов Александр Матвеевич. У него работают всего-то четверо инженеров. Мы его вычислили ещё в 1954 году, по «тем документам», ну, и подвели к нему заранее своего человечка. Умный парень, по документам – англичанин, проучился год в Массачуссетском технологическом институте, вроде как бы из Англии туда перевёлся. На самом деле, конечно, закончил радиотехнический факультет МЭИ. – ухмыльнулся Серов. – Теперь он у этого Понятова на хорошем счету. Мы уже заказали у них несколько аппаратов, и для телеканала в Штатах, и для Союза. Ну, и главное, что у нас теперь есть прямой и своевременный доступ ко всем новинкам этой технологии.

   – Стоп, стоп, стоп! – моментально сообразил Хрущёв. – На магнитную ленту, говоришь, пишет? Ты вот что, Иван Александрович, ты Лебедеву такую штуку купи. Пусть он попробует, нельзя ли информацию с ЭВМ на него записывать?

   – Не вопрос, организуем, – кивнул Серов. – Понятову ещё один клиент лишним не будет. А то ещё можно к нему подъехать на предмет разработки специального устройства для хранения данных для компьютеров. Но лучше, если мы сами его разработаем, имея доступ к технологии.

   – Да, вот, – сказал он. – Ещё одна идея у нас появилась. В документах мне попалась информация о будущих частных военных корпорациях.

   – Это что? – уточнил Хрущёв.

   – Наёмники, – коротко пояснил Серов.

   – И что? Зачем они нам? – нахмурился Никита Сергеевич.

   – Они могут быть очень полезны, – ответил Серов. – Вспомни, ты же сам говорил: надо использовать любой полезный опыт капиталистов, чтобы бить по их уязвимым местам. Прежде всего, наёмники могут действовать там, куда мы не можем послать свои регулярные силы или спецназ – по политическим соображениям. Могут действовать тайно, либо открыто, но автономно, никак не афишируя связь с СССР.

   – Очень скоро в Африке начнётся бардак, – напомнил Серов. – Каждый вчерашний людоед будет объявлять себя марксистом. Вчера он соплеменниками обедал, а сегодня уже в ООН заседает. Отправлять туда наши регулярные силы, прямо скажем, не хочется. Дорого и политические невыгодно. А отправить команду спецназа под видом западных наёмников – милое дело. В Африке будет достаточно полсотни человек с автоматами и парой минометов, чтобы скинуть правительство и посадить своего человека. Причём настоящих спецов может быть всего десяток, чтобы обучить местных.

   – Опять же, наёмникам можно поручить разные сомнительные дела, которыми нашим войсками или спецназу заниматься нежелательно. Скажем, зачистку некоторых населённых пунктов, – пояснил Серов. – Ещё момент. Есть такие места, куда с нашей рязанской мордой не очень-то и сунешься. Туда можно направить всё западное отребье, которое неминуемо будет прибиваться к подобным фирмам. Их можно и под пули послать – не жалко, не свои. Но главное, всё-таки – хорошее прикрытие для тренировок и операций нашего спецназа. Тем более, что сейчас идет сокращение армии, высвобождается много очень хороших специалистов. Использовать таких спецов в народном хозяйстве – ты уж извини, Никита Сергеич – всё равно, что автоматом гвозди заколачивать. А тут мы их по специальности задействовать сможем.

   – Допустим, – согласился Хрущёв. – За чей счёт банкет?

   – Ну, мы и так уже, считай, на полном хозрасчёте, – усмехнулся Серов. – Наши транспортные компании по всему миру разбросаны. Опять же, люди не бесплатно будут работать – капиталисты сами же их услуги и оплатят, пусть не постоянно, но частично. Спецы у меня смету уже набросали. Регистрация, как обычно, в Швейцарии, через полуфиктивный холдинг, саму контору расположить где-нибудь подальше от развитых стран, в общем, разберёмся.

   – Ты только полную секретность обеспечь, – напомнил Хрущёв. – Дело скользкое, нельзя допускать, чтобы их с нами можно было связать.

   – Мы уже и названия придумали, – Серов хитро посмотрел на Хрущёва. – Контора будет называться «Южный крест», чтобы никаких ассоциаций с Союзом не было. Это созвездие такое. У австралийцев на флаге нарисовано.

   – Годится, – согласился Хрущёв.

   – Вот. А внутри Союза эти подразделения будут проходить под кодом «Синяя птица».

   – Ишь ты, – удивился Никита Сергеевич. – Это откуда такое название взялось?

   – Ну... Знаешь ведь, наёмников иногда называют «солдаты удачи?» – напомнил Серов. – Помнишь тот телефон, что из будущего прислали? Он у тебя далеко?