Смерть (СИ) - Pantianack

людей. Узнаем, какое сейчас время, и можно отправиться на поиски твоих врагов. Думаю, нужно начать с предателя!

— …, - был ответ дроу.

— Я так-то серьезно. Меня сейчас волнует только еда, но её мы теперь сможем добыть, а значит нужны планы и побольше. И самое простое, что приходит в голову, это начать с человека, что тебя в клетку отправил. У него могут до сих пор, как трофеи, храниться твои вещи. А значит его убить. Месть со…

— Зачем? — Танисса тихо прервала мою речь, — Разве это имеет хоть какое-то значение? У тебя могут быть дела и поважнее, чем мои старые обиды.

Я потерялся. Это сейчас к чему? Вроде все же проговорил. Ладно мы не гордые можем и повторить:

— Слушай я здесь чужой. И много, чего не знаю. Я даже не понял, что там эти люди говорили. Кстати можешь их языку обучить, как и свои передала?

Танисса зашептала заклинание, но пришлось ее прервать:

— Стой. Ты сначала скажи главное! Меня снова отрубит? Можешь обучить любому языку?

Танисса молчала. Когда момент стал затягиваться, и уже открыл было рот спросить, девушка заговорила:

— Вот кто ты такой? Я, бывает, и могу себе позволить отвлечься от этого вопроса, но в этот момент, и я не могу от него отойти. Дроу живут во всем мире и разве может кто-то вырасти и не знать про нас? Хоть где-то? Кто ты?

Было в голосе что-то, сродни угрозы, какая-то нота, что заставила боятся:

— Я — человек. Мне нечего о себе рассказать. Дома ничем не выделялся. Ни знаменит. Ни умен. Ни жив. Я умер и проснулся в камере в другом мире. Потому и спрашиваю все подряд. Как тут у вас относятся к пришельцам?

— Их не существует. Но я о таких не слышала доподлинно. Слухи всегда бывают разные, что маги кого-то призвали, демоны или боги куда-то прорвались, но чтобы разумный сам смог перейти из мира в мир я не слышала.

— Выходит я первый. Ура! Поздравляю себя с открытием! Теперь маленький вопрос. Как повторить и закрепить опыт?

— Ваш мир сильно другой?

— Там всего одна раса, которая мечется из крайности в крайность! Или уничтожать друг друга и свою планету. Или спасать и заботиться о каждом живом создании и беречь планету. Или строить оружие с каждым разом все мощнее, в надежде разрушить все. А магии у нас нет.

— Магия есть везде! Может, просто нет тех, кто умеет ей пользоваться?

— Ты у меня забрала мои магические силы, и мне это ничем не помешало. Если когда-то и были великие люди, то до моего времени они не дожили. Мир технологического прогресса. Мы создали все для удобств. Ни о чем не надо думать.

— Так быть не может. Всегда есть те, кто создает удобства, и тот, кто ими пользуется! Ты явно был на вершине.

— На своем вершке. Каждый сверчок, знай свой вершок. И на этот вершок я пошел с самого низа. Но до вершины мне было очень далеко.

— Потому ты так цепляешься за жизнь?

— Я уже умер. И мне повезло, а значит надо выжать из шанса все.

— Надо ли? Может тот свет будет приятнее?

— Вот как буду уверен, что меня не ждут черти с раскалёнными вилами, так и подумаю о смерти. А пока надо заслужить повестку в рай. Сбежал из тюрьмы, убил человека, помог убить еще двоих, вытащил на волю убийцу, мне теперь много добрых дел надо сделать. А потому начнем с мести!

— Доброе? Я не поняла!

— Ну… У тебя на душе мрачно… Жажда крови… И вот это все. Сейчас помогу тебе с расправой, усмирю мечущуюся душу, и карма в плюс пойдет. И золото пусть тоже не отстает.

— Хочу сказать, что у тебя явно с моралью проблемы. Мое мнение. Давай сначала добудем то, что мне будет не стыдно оружием назвать.

— Заявка принята к исполнению. Одеваемся, и марш искать деревушки, где есть работа. Думаю, для нас найдутся простые работы.

— Ты точно себя нормально чувствуешь? Я слышала, люди плохо переносят первое убийство.

— В том-то и ужас. Я не могу знать! Первое ли это убийство? Или были те, к чьей смерти я причастен, пусть и не лично их убивал. А потому поверь! В мире, где люди живут сотнями в одном доме у друг друга над головой, своя жизнь очень быстро становится в сотни раз ценнее чужой.

— Разве где-то может быть иначе?

— У героев. У тех, кто способен спасти другого.

— Ты спас меня…

— Я спас себя от неизвестного мне мира.

— Тебе так легче?

— Поверь. Так мне легче.

Дорога ведет вперед.

Танисса снова уверенно шла через лес. Я уже стал привыкать к особенностям шага, и шагал след в след почти без заминок. И вот, обойдя очередной куст, дроу остановилась на "дороге". Просека между деревьев, уходящая вдаль. Очищенная от кустов, и метра четыре в ширину. Была колея от узких колес. Приветствую тебя цивилизации:

— Теперь пару шагов в сторону живых созданий.

Дроу посмотрела на дорогу и уверенно указала:

— Туда ведет путь к более крупному поселению, а туда — в местную деревушку.

Я посмотрел на дорогу и искренне пытался хоть что-то заметить, но ничего не увидел:

— И? Ничего не понял. Как?

Дроу сделала несколько шагов в сторону лужи посреди дороги:

— Следы колес. Одна телега явно прошла туда и обратно. Это можно понять по форме следов, по шагу лошади, по количеству этих следов. По следам можно смотреть, в какую сторону он двигался. Теперь смотри на то, как объезжали лужу. Кучер оба раза делал это слева. Когда он едет не один и правит телегой не из центра, то придерживается одной стороны при объезде препятствий. По глубине следов можно понять откуда и куда телега шла тяжелей. В глухие деревни купцы в основном привозят немного инструментов, всякие растения и плоды для будущей посадки. А оттуда… Так как все поселение облагаются налогом, то зачастую, чтоб было легче, поступают так: староста в деревни собирает необходимую сумму. Если есть возможность монетами. А нет, так кто чем богат. Появляется сложность доставки такого налога, порой в виде кучи мешков всего подряд. От яблок до элитных редких шкур. Поступают так. Торговец с печатью гильдии, или, если сам достаточно богат, чтоб владеть своей печатью, собирает товар определенной суммы под расписку старосте, и обязуется передать в налоги золотом. А дальше просто. Сколько ему удастся наторговать в деревне и насколько дороже продать в городе.