Слабость плоти - Мастер_Угвей

верить в богов, ума приложить не могу — верный слуга одного буквально появился из ниоткуда, чтобы спасти тебя и твою глупую голову.

Дуран признал свою ментальную усталость только когда осознал, что совершенно не заметил подошедшего к нему техножреца. Через силу стерев кровь с потом, покрывшими его лицо, он, тяжело придыхая, поднял взгляд и оглядел источник холодного синтезированного голоса. Картинка всё ещё несколько мутилась перед ним, однако всеми силами старался рассмотреть подошедшего к нему жестянщика.

— Мы знакомы?.. Подожди-ка, — нахмурившись, с явно наигранной интонацией произнёс выходец Схеналуса. — За все эти годы я знаю лишь одного человека, что так любит выставлять тем ещё умником, при этом выглядя как полный идиот. Вернее, знаю-то много таких, но король среди них один…

Техножрец издал звук, который, видимо, должен был походить на смешок. Дуран не особо часто взаимодействовал со слугами Омнисии, но кое-как переводить их реакции в понятные обычным людям слова научился, отчего сам усмехнулся, после чего схватился за рану и посмотрел на Викария с просьбой в глазах:

— Я тоже рад видеть тебя, брат… А теперь может поможешь мне встать, чтобы я здесь не сдох? Хочется найти место покрасивее и посветлее, если честно.

Дуран не притворялся, когда говорил, что не узнал своего лучшего друга. Десятки лет в культе Машинного бога серьёзно изменили его тело — за красной мантией едва заметно выделялись серебряные металлические руки с ногами, а из-за спины даже можно было заметить импланты улучшения нервной системы.

Но куда сильнее поменялось лицо Викария. Теперь его прикрывала стальная маска с двумя красными линзами и устройством очистки воздуха, скрывавшими закрытый синтезатор голоса и, Император его знает, сколько ещё прочих аугментаций.

Однако главное, что Дурану всё-таки помогли — Викарий без вопросов вколол в шею своего друга сразу несколько особых шприцов, после чего без особых проблем поднял его с помощью своих имплантов.

— Ты где конечности посеял? Шутки ради поменял на свои железяки, или по делу? — не скрывая улыбку, произнёс Дуран, которому явно стало куда лучше спустя менее чем минуту.

Ощутив прилив бодрости, он поднял с земли свою Гауссову винтовку, после чего начал приводить её в порядочное состояние. Каждый образец являлся шедевром инженерного искусства, так как был связан с микро-роем нанитов внутри, что чинили корпус после каждого разрушавшего атомарные связи выстрела. А потому он и не собирался терять его, несмотря ни на что — эта штука стоила куда дороже жизни обычного человека, так и не ставшего расти по карьерной лестнице Имперской армии.

— Я больше исследователь и теоретик, чем воитель, однако в каждой профессии есть риск погибнуть. И плата несколькими конечностями за математическую ошибку в одном единственном эксперименте — это ещё ничего. В моей работе легко можно потерять нечто куда большее, что простую плоть. Куда важнее другое — ты ведь знаешь, что здесь произошло? Есть ещё выжившие? Какую угрозу представляет враг?

— Как всегда — куча вопросов и никакого умения чувствовать атмосферу в помещении, — с улыбкой ответил солдат, повесивший оружие на левое плечо, чтобы лучше им пользоваться без одной руки. — Пять сотен скелетов начали подниматься из-под земли, сразу же пустив в дело свои винтовки, пока нас со спины закрывал вон тот гигант с золотым шлемом, щитом и топором. Как можешь заметить, у нас ничья. Более-менее.

Викарий мигом повернул голову в сторону самой большой кучи металла. Туда, где над телом великого десятиметрового Имперского Рыцаря расположились оторванные конечности когда-то великой машины смерти, чьи глаза уже утратили былой огонь. Его двухметровый топор вообще сейчас торчал в теле лежащего рядом космического десантника, пока щитом были раздавлены прочие собратья из культа Омниссии.

Однако, в отличие от простых смертных, техножрец имел превосходящие системы обнаружения, заменившие ему глаза. И в отличие от лживых органов, они показывали ему то, на что смотреть ему не хотелось.

— Ты уверен, что его уничтожили? Потому как я отчётливо вижу, как живой металл незаметно пытается собираться воедино. А дух этой твари так и кричит о своём желании сорвать нашу плоть и сделать из неё себе плащ…

Дуран усмехнулся, от боли сжав зубы и прикусив щеку. Прилив чувств позволил ему выпрямиться и направить свою винтовку в сторону черепа врага.

— Скажу честно — теперь не так сильно уверен. Однако для тебя это разве не возможность изучить нечто новое, разве нет? Потому как могу сказать одно — раз эту тварь не взяла ни плазма, ни лазеры, ни даже Гауссово пламя, у тебя всего несколько минут, чтобы придумать кардинально новое оружие, прежде чем тварь соберётся обратно, и разорвёт уже нас. Как тебе такая мотивация думать с достаточной скоростью и усердием?

Дуран признавал, что у металла есть свои плюсы, однако, в конце концов, не собирался отказываться и от сильных сторон плоти. И самый приятный из них очевиден — смог бы он так же заливисто смеяться, если бы был наполовину машиной? Судя по тому, как его брат хмуро молчал, то ответ был очевиден.

* Просто напомню, что Феррус не всезнающ, и тоже может что-то просчитать, когда работает с безумно огромными масштабами галактики) И раз даже эльдары за десятки миллионов лет не обнаружили целую кучу миров Некронтир на границе с центром своего государства, то железяки явно спрятались очень даже хорошо.

Глава 54

Свежеватели

Гробница Предтеч оказалась самым тяжёлым испытанием, с которым только сталкивался мой легион. Мы терпели критические потери, даже пользуясь всеми трюками, заранее заготовленными артефактами и имея целого Примарха в качестве ведущей силы. Мы, безусловно, побеждали, однако это за каждый метр приходилось платить жизнями моих сынов и простых людей.

Главная проблема — это Гауссово оружие Некронтир, а также их практически бесконечные возможности создавать новых солдат на место павших. Безусловно имеющие предел, явно связанный с ограниченными возможностями ещё не полностью проснувшейся гробницы, во многом из-за которой у нас всё-таки получилось зачистить целые этажи древней пирамиды.

Однако даже несмотря на постепенное уничтожения разумных машин, появлялось лишь больше вопросов — например, что произошло бы, если бы мы встретили полностью пробудившихся и готовых древних ксеносов? Хватило бы сил даже целого легиона, чтобы взять целую гробницу Некронтир?

Причём удивительно то, что с самыми мощными и опасными воинами Предтеч оказалось проще всего — великаны размером в несколько метров и даже куда