Ненормальный практик 11 - Отшельник Извращённый
Сяо Мин-Гуй кивнул и очень осторожно, ответил:
— Господин полагает, что за нами уже наблюдают?
— Пока я ничего не полагаю, Сяо, а веду военную операцию на чужой территории, и у всякой операции есть протокол. А мои протоколы всегда говорят: пока противник не подтверждён — считаем, что он есть. Пока место не подтверждено как чистое — считаем, что ты всё время был под наблюдением. Это не паранойя, а суть выживания. Также и со шкатулкой, — похлопал он по ней, — хоть она и не издаёт возмущения эфира, лучше предположить, что её учуяли, и ошибиться в свою пользу, нежели предположить, что не учуяли.
— Понимаю, Господин.
— И заодно вот что спрошу. — юноша чуточку нахмурился, что вышло даже симпатично, вон как сошлись брови. — Ты всё-таки архимагистр, Сяо, твою ауру при должном внимании учуют с расстояния в пару кварталов и зададутся правильным вопросом: а что архимагистр секты Восьми Лезвий, числящийся официально мёртвым в Крепком Орехе, делает тут? Я тебе перед отправкой выдал эфирит, скрывающий ауру. Ты его носишь?
— Ношу, Господин. Прям тут, — постучал он по груди, — в потайном кармане, не снимал ни разу, даже когда спал.
— Хорошо, — кивнул Северов, — но эфирит штука капризная. При длительном ношении даёт стабильное прикрытие, однако при любом колебании эфира со стороны носителя начинает сбоить. Достаточно один раз случайно активировать что-то — например, рефлекторно усилить слух, рефлекторно ускориться, или прощупать чужую ауру — и в эту секунду тебя станет видно. Колись, применял за эти одиннадцать дней эфир?
— Не применял, Господин. Как было Вами приказано ещё в крепости, так ни разу и не использовал.
И он не врал, судя по тому, что печать не дала никакой реакции.
— Молодец, в таком случае — твоё прикрытие должно быть в норме. Но начеку всё равно надо быть. А пока — жду от тебя полный доклад ситуации.
Сяо Мин-Гуй прикрыл глаза, покручивая всё что происходило с ним за эти дни и принялся рассказывать обо всём. Его путь в Пекин. Аренда комнаты сначала на южной стороне города, затем как он перебрался сюда. Госпожа Шу. Торговец зонтами. Цирюльник. Соседские мальчишки, гонявшие по лужам. И — та девушка, сегодняшняя, молоденькая, с двумя свёртками, которую он принял за соседку.
Что-то в ней было.
Что-то, на чём в момент он не заострил внимания, потому что притворялся обычным городским стариком и настолько увлёкся, что погасил все свои инстинкты практика. Но теперь, когда Александр приказал думать, оно всплыло.
Её рука!
Левая.
Он уловил мгновение, когда она поправляла зонтик со свёртками одновременно, и её пальцы показались из-под ткани.
Сяо Мин-Гуй медленно открыл глаза.
— Господин, — произнёс он очень тихо. — Думаю, есть ещё одна мелочь, что была не мелочью.
Юноша наклонился вперёд, в глазах мелькнул живой интерес, кажется учуял след.
— Рассказывай, Сяо. Подробно.
— Сегодня утром, по дороге от лавки госпожи Шу, мне навстречу прошла молодая девушка. Лет двадцати пяти, в простой серой накидке, с зонтиком. Я принял её за соседку. Поздоровались. Пошла дальше.
— И?
— Я… Я увидел её левую руку, Господин, точнее — её пальцы, когда она поправляла зонтик. На указательном и среднем у второй фаланги были два шрама. Ровные, тонкие, под одинаковым углом, явно нанесённые снаружи внутрь и сверху вниз. Старые, хорошо зажившие.
Александр прищурился.
— Опиши угол точнее.
— Удар шёл сверху, со стороны кисти, наискось к ладони. Не вертикально, не горизонтально. Под углом примерно сорок пять градусов, может, немногим меньше. Очень специфический угол, Господин. Так не режут себя, готовя овощи или разделывая утку. Под таким углом нож, если его держишь сам, не порежет, нереально анатомически. Думаю… думаю, это след от чужого клинка, который шёл к её горлу или к груди, и который она отвела левой рукой, поставив её ребром. След ровный, клинок точно был хорошего качества. Зашёл неглубоко, потому что она вовремя успела дёрнуть руку и снять основное усилие. И, что самое важное, у простолюдинки в таком положении точно бы отрезало пальцы. А у неё они на месте, ещё и работают. Значит, в момент удара она имела на руке эфирную защиту. Это… это не обычная девушка. — и он умолк, глядя в пол и коря себя, ПОЧЕМУ ОН НЕ ЗАМЕТИЛ ЭТОГО РАНЬШЕ! ОН ПОДСТАВИЛ ГОСПОДИНА, РАСКРЫВШИСЬ! ЗА НИМ ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ СЛЕДИЛИ! ВОТ ЖЕ — СТАРЫЙ ДУРАК!
— Говоришь, ей лет двадцать пять? — хмыкнул юный Северов.
— Да, Господин, но сдаётся мне — она куда старше.
— По поведению?
— Не только… — Сяо Мин-Гуй медленно покачал головой. — Господин, простите, я только сейчас открыл свои глаза и понял. Она шла слишком тихо. Я не слышал её шагов, пока она не оказалась рядом. Я списал это на то, что она просто худенькая. Но… девушка такого возраста с такими шрамами и с такой походкой — точно ученица боевой школы, но меня беспокоит ещё кое-что.
— Что именно? — подтолкнул Александр.
— Хм-м, учитывая, что секта Восьми Лезвий, к которой я принадлежал, наверняка вычеркнула меня из своих рядов и не прислала бы за мной такого молодого практика для устранения — это не наши. И вряд ли бы меня взялась устранять любая другая китайская секта, кроме моей бывшей. Да и у нас по-другому ликвидируют неугодных, а тут… другой почерк. Я за свои годы знаю в Поднебесной все крупные секты и их исполнение, Господин. Ещё и… внешность. Её внешность будто с восточных кланов, либо она вообще не китаянка.
Александр хмыкнул:
— Не китаянка?
— Я… я не берусь утверждать, Господин, — поспешил объясниться Сяо, — но если бы меня заставили выбирать, я бы предположил, что японка. И не из Хоккайдо или Эдо. Скорее всего из Киото.
В комнате повисла тишина.
Александр стучал пальцами по столешнице. Обернулся, взглянул в окошко и повернулся обратно, будто учуяв кого-то на крыше соседнего дома.
— Понятно, молодец, Сяо. Скажу так, она здесь не одна.
У китайца расширились глаза:
— Боюсь спросить сколько…
— А это, Сяо… — улыбнулся юный Северов ужасной улыбкой, — мы ещё выясним…
Глава 4
Мелкий ровный дождик всё ещё поливал черепицу китайских домиков квартала Юнхэгун. На одном из таких домиков лежала куноити
