Симеон - Мархуз

В итоге решили не распыляться особо.

— Сообщим португальским заказчикам на корабли, что имеем русский лён и пеньку и доведём до них размер цен. Пусть сами обсудят с кораблестроителями, нужно ли им это.

— А Грегсону, Семён Афанасьевич, я сам отпишу то же самое. Укажу тройную цену, а он пусть подумает нужно ли ему это.

Зараза, всё как попало и на шармачка. А мечта, как известно, сбывается лишь тогда, когда её тщательно и в деталях продумаешь. Причём лишь после проведения предполётной подготовки, иначе швах. Ладно, у нас есть год времени, хотя поддержки в едином строю «повышателей цен» мы и не получили. Еятерина разумно опасается, что без русского сырья Европа сможет прожить. И тот же хлеб та же Англия просто начнёт выращивать или покупать где-нибудь в Австралии, которая пока толком и не открыта.

Тоже тема, кстати, австралийского слона потрогали с разных сторон, но явно вслепую. И Аляска ещё не Аляска, и Калифорния лишь белое пятно на карте. Даже Кейптаун пока лишь Капстад. Впрочем опекуна я такими фишками не чапаю, пусть в пошаговом режиме ко мне привыкает.

Первого сентября нас навестил тот самый сосед, Клюев, чтобы посраться по поводу охоты. Все, блин, имеют первый день школы, а мы, как дурни со ступами, стоим друг против друга с холодным оружием наголо. Подумаешь, он обиделся на то, что я вежливо попросил его заткнуться и закрыть хлебало. Нечего мне говорить о предыдущих договоренностях с бывшим управляющим предвзятым тоном.

— Вы, милейший, не с государыней об этом договаривались и не ей платили. Так что заткните свой фонтан красноречия, встаньте на колени и попросите прощения у старшего по званию.

Секунданты придурка, посмевшего мне вызов бросить, аж трепещут от возмущения почему-то, а мои посмеиваются, как будто им здесь театр. А вдруг сей поручик гвардии в отставке сейчас как сделает выпад или рубанёт своей саблей наотмашь? Мне же кирдык придёт, а значит и всероссийскому прогрессорству.

Слава богу, что двигается соперник как-то замедленно или у меня идёт внутреннее переключение в боевой раж, как в учебке дальраведки учили? Пофиг, пусть рубит. Ага, мимо цели…а ещё…снова в пустоту…

Таким макаром я могу до мрковкиного заговения уворачиваться. Нет, не сам, а скорее отвожу его клинок в сторону. Всё-таки у меня охотничий клинок, изготовленный по спецзаказу у Прохора Кузьмича (потяжелее тесака будет). А у него какая-то легкотня типа сабли из дамасской стали.

Бздымс и его «прутик» улетел в сторону…сбегал, поднял, снова встал в красивую позицию… Что же ты так слабо за свою фиговину держишься?

Я признаю, что невеликий фехтовальщик, скорее убивальщик со охренительной реакцией (специально тренирую, как в Советской Армии учили), И с высокой скоростью передвижения в критических ситуациях. А мой соперник — выпивоха и слабовастенький какой-то. Небось его с гвардии нагнали за низкий уровень боевой и политической.

Опять «блямс» и бежит за саблей…поднимает…пыхтит недовольно…

— Бросайте курить, господин поручик, тогда и с дыханием проблем не будет.

— Да как вы смеете меня поучать! — снова бежит за своей хворостинкой…

— Так я же величайший специалист всех времён и народов в истории человечества, — шучу-шучу, но за поляной слежу, как и за ситуацией.

— Александр Васильевич, скажите пожалуйста, а что мне будет, если я этого неумейку проткну или разрублю?

Храповицкий (где-то сзади и сбоку) призадумался. Тут снова — бздынь и блямс…опять бегаем… Лучше бы по утрам бегал в своём лесу, сейчас гораздо легче было бы.

— Думаю, Семён Афанасьевич, что вас пожурят и откажут в посещении императорского дворца на два, а то и три месяца.

Вражеские секунданты, как и сам Клюев, уже ни хрена не понимают. Это они, вообще-то, в нашем уезде самые отъявленные задиры и наглецы, Это их все опасаются и стараются с ними не ссориться, а тут нарушение заведённого порядка происходит.

Очередной «вжик», «блямс» и вдруг мой «хрясь» по правой руке соперника, выпустившей саблю в очередной раз. Причём всё как-то слишком быстро, так не должно быть. Увы, кисть освободилась от основной конечности и упала наземь.

Кровь хлынула и оба доктора бросились её перетягивать, иначе уездный герой помрёт от кровопотери.

— Бог на моей стороне, господа секунданты! Желаете проверить?

Не-а, «господа» проверять сей факт не желают, но очень возмущены потерей своего местечкового авторитета. «Ужо они мне покажут кузькину мать!» — читалось на их лицах.

— Ну не хотите, как хотите, — оправдался я, пытаясь хоть немного сгладить случившееся.

Понимаю что неправ, но не могу догнать в чём именно. По-своему даже рад тому, что произошло. Подтвердился тезис, что именно личность управляет телом. А регулярные тренировки вернули мне форму, в которой я находился в армейские времена.

Степан принял клинок, отёр его и вернул в ножны.

— Семён Афанасьевич, теперь ждите бретёра, — решил накаркать Храповицкий.

Вот она, европейская мода, выставлять за себя какого-нибудь профи.

— Ну, что же, волков бояться — в лес не ходить, а на бретёре даже интереснее будет проверить себя. Заодно, выясним сколько у меня врагов имеется.

Это знание не лишнее, когда проживаешь в террариуме. Вон, при дворе, имеются три явно выраженные партии: императрицы, Павла Петровича и Зубовых. Первая и третья как бы дружны, но имеют всё-таки несколько различий. Я никуда не лезу, нейтрален, а Храповицкий в хороших отношениях со всеми. Когда-нибудь поддержу Павла против Платона, но пока не моё собачье дело при дворе ошиваться.

— Семён Афанасьевич, встречался я с английским послом Витвортом. Он каким-то образом прознал про анализ и прогнозы по поводу Франции. Хотел бы ознакомиться с ними подробнее, а ему указали на меня.

Вопросительный тон опекуна немного смутил.

— Видимо он хочет выяснить, чего ожидать Англии. Нужно подумать как деньги на этом заработаем. По моим расчётам их ждёт и война, и континентальная блокада в будущем. На ней, кстати, и Россия сможет подзаработать, оставаясь нейтральной.

— Необычно будет, если ваши прогнозы подтвердятся. Какой-то непривычный ход событий получается. Неужели французы решатся отменить монархию?

— Сравните с восстанием Емельяна Пугачёва. Оно случилось на краю империи и было поддержано лишь тамошними казаками и прочими разбойниками. А во Франции всё происходит в самом сердце страны и поддержано народом. Даже армия вот-вот начнёт переходить на сторону бунтовщиков.

В последнем тезисе я не уверен, но почему бы не подлить масла в огонь страстей? Вдруг действительно буду отмечен, как сильный аналитик и Романовы начнут мне в рот захлядывать? Или за ноги меня подвесят и начнут палкой выколачивать ценную инфу, как в