Дариар. Дорога к дому (СИ) - Екатерина Аникина

вытащил меч из ножен, которые лежали на земле рядом со мной. По лезвию пробежала искра, и он в ту ж секунду осветил пространство рядом с нами своим огнем. К нам подошли оставшиеся Тени, ожидая дальнейших развитий событий.

— Айзек, Элойд, придержите его, пожалуйста, так на всякий случай. — Я сам не понимал до конца, что делаю, но мои дружинники подчинились мне беспрекословно, присев рядом с Лореном по бокам от него, и положив руки на его плечи.

— Я понимаю, что вы задумали. — Сзади раздался голос Мууна, я резко к нему обернулся, но тот лишь кивнул головой.

Я колебался еще несколько необычайно длинных секунд, но, вздохнув, понял, что тянуть уже дальше некуда. Рука заметно дрожала и лезвие немного ходило из стороны в сторону. Лорен во сне застонал, и я решительно прикоснулся кончиком огненного меча к открытой ране. Запахло паленым мясом, и спустя несколько секунд этот противный запах смешался с тошнотворно-сладким. Лорен несколько раз дернулся, но не проснулся. От внешней части раны пошел черный дымок, которого быть по идее не должно. Я испуганно отдернул огненный клинок от голой кожи и увидел, как та черная жидкость, прогорая и испаряясь, оставляет после себя следы обыкновенной крови, которая не сворачивалась и не спекалась. Я несколько раз вздохнул, осознавая, что главное не останавливаться и все может получиться, но меч внезапно потух одновременно с громким криком Лорена, разрывающим гнетущую тишину. Но в себя он не приходил, и никаких попыток подняться не предпринимал. Айзек и Элойд крепко прижали его к земле, посмотрев на меня ожидая дальнейших действий. Я же смотрел на чистое лезвие, которое зажигаться больше и не думало. Как управлять этой функцией я не знал и думаю, что никогда так и не разберусь.

— Кеннет, смотрите. — Льюис показал на еле видимую оранжевую искру, которая устремилась вглубь тела Лорена от отрытой раны, следуя только ей видимому пути. Каждый сантиметр ее продвижения усиливал сладкий запах и едкий дым, который буквально повалил из раны на животе. Что это вообще такое, Верун тебя подери?! Логическому объяснению происходившее не поддавалось, и поверить в такое можно было с огромным трудом, если бы мы не видели своими глазами. Когда огонек приблизился к области сердца, Лорен пришел в себя, и забился в руках товарищей, оттолкнув их от себя с такой силой, что те упали на спину в метре от того места, где сидели. Он повернулся ко мне и открыл глаза, в которых разливалась чернота, словно зрачок заполнил собой всю радужку, оскалившись, он бросился на меня, но внезапно вспыхнувший в моей руке меч резко остудил его порыв. Муун и Сайрус уже стояли передо мной, закрывая собственными телами от возможного нападения, но никакой защиты для меня не потребовалось. Я заметил, как огонек в груди мужчины потух и Лорен рухнул как подкошенный на землю.

— Я даже не стану спрашивать, что это было, но я даже рад, что Академию расформировали, нахрен, — я впервые слышал, как ругается Льюис, но был полностью с ним согласен. То, что я увидел только что, явно не было человеком, и глубоко сомневаюсь, что подобная сущность не живет в каждом, кто называет себя Тенью.

Лорен застонал и сел, хватаясь руками за голову.

— Что ты со мной сделал? — он обратился ко мне, как только дружинники поняли, что опасность миновала и расступились.

— Надеюсь, что вылечил. — Мы с Льюисом подошли к Лорену и, чуть ли не столкнувшись лбами, начали разглядывать рану, которой не было. Ее просто не было. Не осталось даже шрама или рубца. В том месте, где бурлила сама Тьма не было ничего. Он вскинул руку, но ничего не произошло, тогда он схватился за ножны, но клинка на привычном месте не оказалось.

— Мне кажется, ты теперь не относишься к Теням, — я хмыкнул и устало опустился на землю.

— Но этого просто не может быть, — он резко вскочил и бросился к Эварду. — Мне нужно посмотреть в какой я форме.

Я только успел уловить, как расплывчатое пятно бросилось в сторону Лорена. Потом этот клубок и едва уловимые тени слились буквально воедино, и разглядеть ничего не представлялось возможным. Я сначала попытался, но потом плюнул на это бесперспективное занятие.

Когда этот своеобразный клубок распался, я увидел, как Лорен держит Эварда в захвате, прижав к земле коленом, а потом резко поднимается.

— Кеннет, я не знаю, что ты со мной сделал, но точно узнаю, можешь мне поверить, — я невольно поежился от тона, каким были сказаны обращенные ко мне слова, но кроме растерянности в его взгляде ничего не обнаружил.

— Я очень надеюсь, что я его не сломал, — буркнул я в ответ, на что мне ответил Эвард.

— Нет, Кеннет, мы действительно находимся в недоумении, потому что он стал быстрее, а движения стали более плавными, словно его тренировали совершенно другие люди и он владеет совершенно другой школой боя.

Он осекся, потому что из-под земли начал подниматься печально знакомый дым. Лорен дернулся было от него в сторону, но Эвард ловко схватил его за руку, останавливая. Мой Первый дружинник остановился и ждал, когда туман поглотит всех собравшихся на поляне людей.

Я очнулся так же резко, как и в прошлый раз. Теперь дело осталось за малым: снова победить ведьму и найти книгу. Всего-то. Я открыл глаза и понял, что нахожусь не в том подвале, где очнулся в прошлый раз. Я покрутил головой и чуть не взвыл в голос, увидев комнату с часами, в которой находился жертвенный алтарь. Лорена я не заметил, но, когда решил подняться, понял, что ноги и руки сковывают цепи.

— Нет, так не честно! Мы так не договаривались! — крикнул я в пустоту, и готов был поклясться, что услышал смех Часовщика.

Глава 5

Я рванулся, но цепи, приковывающие меня к алтарю, натянулись, не позволяя подняться.

— Тише, тише, — знакомый женский голос раздался совсем близко, я повернул голову и увидел, как ведьма, что-то толчет в ступке, постукивая о края каменным пестиком. — Такой красивый мальчик, такой сильный, ты просто находка.

— Почему я? — я снова рванулся, а старуха засмеялась.

— А кто? Один из тех мордоворотов? В них, конечно, живет Тьма, такая изумительно вкусная… м-м-м… Кроме двоих, мда. Старик пойдет на этот алтарь