Дмитрий Галантэ - Удивительное рядом, или тот самый, иной мир. Том 2

Ознакомительный фрагмент

Оставив ворона подлизывать сметанку с луком, мы отправились прямиком осматривать загадочную лестницу. Что касается меня, то я гораздо с большим удовольствием предпочёл бы поваляться ещё хоть немножко, хотя бы полчасика на кровати, задрав повыше ноги. Но дело есть дело.

Вскоре мы были на месте. Подробнейший и самый придирчивый осмотр лестницы ровным счётом ничего не дал. Мы самым тщательнейшим образом осмотрели и обшарили каждый миллиметр ступеней, стен и потолка: нигде ни щелки, ни дырочки, даже лезвие ножа некуда просунуть, не говоря о каких-то явных указаниях на то, как открыть потайной лаз. В общем, самый дотошный осмотр ровным счётом ни к чему не привёл, как впрочем, и следовало ожидать.

Мы упёрлись лбами в стенку в прямом и переносном смысле, как совершенно правильно сказал Дормидорф. Повисла гнетущая тишина. Все напряжённо раздумывали в поисках выхода из создавшегося положения. Думали мучительно, но тщетно.

Некоторое время спустя Дорокорн первым нашёл возможный путь решения задачи и радостно сообщил об этом:

– Слушайте, чего тут думать, всё ведь проще пареной репы! К чему нам головы-то ломать? Почему мы не можем попросить нашего разудалого домового проникнуть туда?

Мы встрепенулись, а он своим пальцем-колбаской ткнул в сторону лестницы и продолжил:

– Да-да, и ничего тут особенного нет, нужно только проникнуть и всё честно рассказать геронитам. И тогда они, как пить дать, сами откроют проход изнутри или, по крайней мере, расскажут домовому, как это сделать нам.

Юриник тут же подхватил идею друга и радостно поддержал её двумя руками, к нашему искреннему удивлению:

– Отличная идея! Да-да, на этот раз я совершенно согласен с Дорокорном! Да к тому же, раз смельчак-домовой с таким успехом начал это дело, ему, вне всякого сомнения, надлежит и закончить его! А уж мы-то как потом будем им гордиться! Станем всем рассказывать, какой он у нас доблестный и смелый, прямо героическая личность, ни дать ни взять!

Все охотно согласились с ним, справедливо рассудив, что мысль сама по себе неплохая и вполне может сработать. По крайней мере, это гораздо лучше, нежели нам всем лазить здесь на карачках без пользы для дела.

Мы решили поскорей отправиться в свою комнату, чтобы не светиться здесь лишний раз и уже там, в спокойной обстановке, уговорить наше секретное оружие, Максимку. Всем нам почему-то казалось, что для шустрого и находчивого домового не составит особого труда пробраться по ту сторону лестницы и выполнить задание. Мы были в этом совершенно уверены, но оказалось не всё так просто.

Когда мы, радостные, пришли в нашу комнату и уселись за стол, я по знаку Дормидорфа достал свою курительную трубку и зачем-то потёр её ладонью сбоку, видимо, перепутал по аналогии с волшебной лампой. Затем подчёркнуто вежливо попросил домового явиться к нам по очень важному делу. А в ответ тишина. Ни ответа, ни привета! Ну, ладно, с первого раза он не появился, может, чем-нибудь был занят. Но он и со второго раза тоже совершенно игнорировал нас!

Тогда Дорокорн сказал, выражая мнение всех присутствующих:

– Да-а, что-то в этот раз Максимка не очень торопится к нам на помощь! А вот раньше, бывало, его и звать не надо, он сам всегда спешил к нам на выручку, как и подобает настоящему и верному другу!

Мы все закивали и негромко утвердительно замычали в знак согласия.

Немного помолчав, в надежде, что домовой всё же одумается, устыдится и выйдет, в конце концов, навстречу будущей славе и успеху, Дормидорф выдвинул робкое предположение:

– Что-то это не очень похоже на нашего домового. Быть может, с ним что-нибудь случилось?

Ему на это незамедлительно ответил Юриник:

– Вот именно, что случилось! Пряников он объелся и теперь неудержимо страдает медвежьей болезнью! Или у него воспаление хитрости, ведь к геронитам под лестницу лезть, это не мелочь по карманам тырить! Да испугался наш отважный Максимилиашка и теперь сидит и трясётся в своей пепельнице мелкой дрожью. А ещё друг называется, в кровать ко мне лезет!

Мы все, конечно, понимали, что Юриник предположил наиболее вероятный вариант. Также нам было понятно, что мы опять оказались в тупике. Как открыть проход мы не знали, а тот, кто мог нам помочь, пропал без вести и молчит как рыба об лёд! Неужели придётся сидеть в этом подземелье вечно, а в придачу ещё и учиться? Но унывать нельзя, что-нибудь обязательно придумается, надо только лишь пытаться…

Нависло напряжённое молчание.

– Что ж, – нарушил его Дормидорф, – нам пока ничего другого не остаётся, как учиться в этой школе и самим пытаться продолжать искать возможность проникнуть в Подземный город. Не будем терять надежды, а там обязательно что-нибудь придумается.

Опять Дормидорф говорит моими мыслями, подумал я, никак не могу привыкнуть к этим его штучкам. Наверное, он уже успел прослушать все наши мысли. А, может, просто совпадение.

Вдруг Юриник, в это время ближе всех находившийся к выходу, настороженно поднял указательный палец, призывая к тишине и вниманию. Мы прислушались. Сначала ничего не было слышно, кроме стука моего сердца. Надеюсь, что другие его не слышали. Хотя кто его знает? Оно, казалось, сейчас вот-вот выскачет из груди. Потом послышалось шарканье ног. Будто старое приведение, бродящее по подземным коридорам, решило навестить нас, чтобы слегка попугать, так, от нечего делать. Тем временем звук приближался, а мы смотрели во все глаза на вход в комнату.

И оно появилось! Неторопливым шагом, издавая эти самые шаркающие звуки, в проход вошли удивительно мягкие, ручной работы тапочки!

– Ну и где же вас носило? – недовольно спросил Юриник, обращаясь непосредственно к ним. – И куда подевался ваш непутёвый хозяин?

Что-то слегка зашипело, и в тапочках появился довольный домовой.

Юриник вздрогнул, ловко изображая испуг, домовой аж засветился от радости. Тогда Юриник и говорит ему:

– Ох, напугал, так напугал! Тебя не поймёшь, улыбчивый наш, то тебя не дозовёшься, а то вдруг сам являешься, без приглашения, да ещё и пугаешь всех до полусмерти! Я, например, до сих пор весь дрожу, как осиновый лист или дорокорнов голосок по весне!

– Хи-хи, а вы меня звали, что ли? Значит, я вам очень нужен, да? Кто бы мог подумать!

– А то ты не слышал, да? – передразнивая его, спросил Юриник. – И где же ты был? Ох, не у меня ты в трубке живёшь, а то бы я тебя выкурил, жертва никотиновой зависимости!

И домовой, немножко поломавшись, но только так, для приличия, начал свой рассказ:

– Когда вы, то есть мы были ещё там, на лестнице, и не могли найти, каким образом её перевернуть, я услышал краем уха, что вы хотите попросить меня проникнуть туда и поговорить с геронитами. Хоть я их и немного побаиваюсь, но всё же решил помочь вам! Вы ведь меня знаете, я ради вас в расшлепок, а не то, что с какими-то там юриниковыми родственниками пообщаться. Это-то мне запросто!

Юриник вздрогнул, как будто его кто-то неожиданно пихнул коленом под рёбра, и сконфуженно засопел. Но надо отдать должное, пока ещё он находил в себе силы героически терпеть, черпая их, видимо, из каких-то скрытых резервных источников. Мне так думается, что если мы всё же проникнем к геронитам, то терпением ему придётся запастись про запас и надолго. Мы-то с Дормидорфом ладно, а вот Дорокорн с домовым крови у него попьют всласть. И ещё неизвестно, кто больше. Главное, чтобы им не пришло в голову устроить соревнование. Будем надеяться, что сами они до этого не додумаются, а подсказать пока некому, а мне некогда.

Домовой, довольный собой до невозможности, продолжал:

– Когда вы ушли, я решил остаться и смело проник под лестницу. Сами понимаете, какой мне был смысл, зная, о чём вы хотите меня попросить, топать сюда, а потом опять шкандыбать туда… Ноги-то у меня не казённые!

Мы внимательно слушали, не перебивая, и домовик продолжал:

– К тому же мне и самому было очень интересно узнать, что там таится под лестницей. А ещё хотелось посмотреть, как вы поступите, когда я не приду на ваш зов. Небось расстроились? А Юриник вообще, наверное, плакал! И даже, судя по выражению его лица, вполне может быть, что и рыдал навзрыд! Зато теперь, когда я пришёл, вы возрадовались! Должен же я вам и радость иногда доставлять! А особенно моему лучшему другу и почитателю всех моих неисчерпаемых талантов, Юринику, ведь мы с ним даже постель иногда делим! Ему ведь ничего для меня не жалко! Ну-у, вы и сами всё это прекрасно знаете, были, так сказать, очевидцами.

Отвлечения от темы лишали нас всякого терпения. Но мы молча ждали, не перебивая.

– Ладно, я продолжаю. Из-под лестницы идёт широкий коридор, переходящий в огромную пещеру. Из этой пещеры и исходит яркий свет, который я видел в прошлый раз. Но я даже и представить себе не мог, что эта самая пещера таких гигантских размеров. Вы не поверите – конца-края не видно! А перед самым входом в неё притаились в надёжных укрытиях несколько вооружённых геронитов. Ха-ха! Наивные! Думали, что я их не замечу! Заметил, и ещё как! Я же всё и всегда замечаю и даже запоминаю, да вы же меня и сами прекрасно знаете, и, смею надеяться, сугубо с самой лучшей стороны! Ну до чего же они, горемычные, доложу я вам, похожи на кое-кого! На одного моего очень хорошего знакомого! Ох, и поиздевалась же над ними судьба, как природа над черепахой! Гм, кхе-кхе, хотя ладно, сейчас не об этом.