Шаг (СИ) - Pantianack

видеть глаза.

— Ты спросила, почему Аминореэль имеет право воспитывать дочь, а ты нет?

Вамнигрош молчала, стараясь не кричать от боли. Хан Лонлейс повернулся к Аминореэль.

— Напомни, какова судьба всех твоих детей.

Аминореэль спокойно ответила:

— Первый сын жив и ныне. Он уже больше сотни лет надзиратель в школе «Камень». Второй сын был скинут моими руками в яму к зверям в наказание за попытку воровства. Первая дочь завершила обучение в школе «Кристалл» и была продана на службу королю Кенгру. Третий сын пожелал учиться в школе «Железо» и после успешного обучения смог сдать экзамен для поступления в яргоры. Погиб во время нападения троллей. Последний ребенок Алькамирали по вашему распоряжению находится на личном обучении у меня.

Хан Лонлейс кивнул и повернулся к Вамнигрош.

— И это истории слуги, что верна семье сотни лет. Есть истории и простых людей-слуг. Плотники, каменщики или кузнецы — они из поколения в поколение служат мне и самостоятельно воспитывают своих детей. А теперь объясни мне, как лекарь, что переселился из-за «крепости», за полсотни лет мог получить право, которого другие ждут сотни лет?

Вамнигрош скрипела зубами, шипела от боли и злости. Хан Лонлейс повернулся к кангроту Армаху:

— Брось её к рабам в мужскую клетку. Будут ли они её насиловать или съедят, мне безразлично.

Глаза девушки наполнились ужасом, и она закричала:

— НЕТ! ТОЛЬКО НЕ ТАК!

Удар яргора оборвал крики. Хан Лонлейс проговорил, не скрывая ярости:

— Ты решила меня ОБМАНУТЬ во дворце и ждёшь пощады? Наказание за ложь и обман всегда одно. Воплотить ужас и страдание, на которые только хватит моих возможностей, чтоб другие не посмели лгать.

Яргоры утащили Вамнигрош. Хан Лонлейс повернулся к Аминореэль.

— Лично проведёшь проверку всех дворцовых лекарей и выберешь нового на должность приказчика. До этого времени обязанности возложены на самого старшего и опытного.

Аминореэль поклонилась, принимая приказ.

— Будет исполнено. — ответила она.

Хан Лонлейс повернулся к прикованным к полу. Анилорекэль и Каминогрили встали на колени.

— Мы нарушили. Принимаем любое наказание и уповаем на вашу милость, хан Лонлейс.

Девушки поклонились и коснулись лбами пола. Хан Лонлейс подумал и сказал:

— Вы не виноваты в случившемся. Мало кто может противиться, если его правильно опоить. Но всей правды вы не сказали сразу. Обвинения раньше других выдвигать стали. Почему?

Каминогрили оторвала лоб от пола и подняла взгляд на Хана Лонлейса.

— Минаэрол. — проскулила она. — Мы говорили с ним до того, как на суд прийти. Он нам и подсказал, кого винить. Мы были глупы. Боялись. Не стали тщательно обо всём думать.

Хан Лонлейс молчал с минуту и вынес вердикт:

— Вы во многом виновны в этой истории, но и многое изменить вам было не под силу. Оттого наказывать вас истязанием не стану, но работой вы расплатитесь. Месяц вы шесть дней из семи будете чистить «чёрные решетки», день отдыхать.

Анилорекэль и Каминогрили подняли благодарные взгляды на хана Лонлейса. Зная, как он ненавидит ложь своих людей, они с облегчением приняли наказание.

— Благодарим, Хан Лонлейс. Ваша милость безгранична.

Яргоры отстегнули цепи девушек и увели. Хан Лонлейс посмотрел на Минаэрола.

— Остался участник и исполнитель в одном лице. Расскажешь, зачем ты это сделал?

Минаэрол позволил себе встать.

— Да нечего рассказывать. — отозвался он. — Послушал сладкие речи и поверил, что умнее других.

— Есть пожелания к наказанию? — спросил хан Лонлейс.

Минаэрол вздохнул.

— Как получить помилование?

Хан Лонлейс поднял одну бровь.

— За ложь мне в лицо?

Минаэрол грустно вздохнул.

— Можно обезглавить?

Хан Лонлейс повернулся к Аминореэль.

— А твоё мнение? — спросил он.

Аминореэль подумала и заговорила с некой осторожностью:

— За школой «Камень» в сторону ущелья Гукру есть достаточно большой пустырь…

Хан Лонлейс посмотрел в глаза Аминореэль.

— Опять?

Аминореэль отвела взгляд. Знак хана — и практически все поспешили покинуть зал, остались лишь четверо. Хан Лонлейс продолжал смотреть на Аминореэль.

— Амин! Ты успокоишься или нет?

Аминореэль, слегка шаркая ножкой, улыбнулась.

— Он очень красивый…

Хан Лонлейс вздохнул.

— Красивый? И это всё?

Кангрот Армах улыбнулся.

— Марон, это бессмысленно. Она не отстанет. Ну, сдался ей этот ужас пустынь. Пусть возится.

— На моей земле?!

Армах поднял руки в защитном жесте.

— Не злись. В конце концов, это будет уже третий раз…

Аминореэль перебила:

— Седьмой на улице и семнадцатый всего.

Армах посмотрел на девушку, как на безумную, и проговорил:

— Семнадцатый?

Аминореэль кивнула. Армах повернулся к Марону.

— Что я там говорил? В конце концов, это будет уже семнадцатый раз, и она по-прежнему с нами. И никто не пострадал.

Аминореэль снова уставилась в пол.

— Не совсем…

— Не понял тебя, Амин? — Армах развернулся и уставился на девушку.

Аминореэль отвела взгляд.

— Я потратила на опыты двадцать семь рабов, приобретённых у хана Лонлейса за злато.

Марон дождался, когда девушка посмотрит ему в глаза.

— Зачем тебе, Минаэрол? — полюбопытствовал он.

Аминореэль уверенно проговорила:

— Я сделала защиту для разума от аромата цветка.

Марон улыбнулся.

— Ты так уверена?

Аминореэль немного смутилась.

— Есть вероятность, что не сработает. — уклончиво произнесла она. — Потому и нужен кто-то ещё…

Кангрот Армах вздохнул и с улыбкой проговорил:

— Смирись, Марон. Она рано или поздно доконает цветок, и он сам пожелает расти в саду. А мы будем им любоваться.

Хан Лонлейс повернулся к Армаху.

— А если нет?

Армах вздохнул.

— Значит, не мы, то наши дети. Сам знаешь, у Амин есть талант заставлять природу выполнять её волю. Сразу или со временем… Новые сорта винограда всегда хороши.

Хан Лонлейс посмотрел на Аминореэль.

— Допустим, ладно. Отдам тебе твоего бывшего. Но требуется обсудить нечто более важное.

Голос Хана Лонлейса обрёл строгость и жёсткость:

— Как долго во дворце хранится коллекция ядов без охраны? Как много видов ты хранишь?

Аминореэль задумалась и через минуту ответила:

— Если быть крайне точной, то ещё от деда вашего прадеда. Именно тогда я начала собирать травы. Что касается множества, то я способна практически из любого экземпляра своей коллекции изготовить яд. Однако не из всего можно изготовить лекарство. Без охраны всё это хранится с момента подготовки комнаты обучения для Алькамираль. Менее десяти дней. До этого всё было в подвалах «Открытие».

Хан Лонлейс строго спросил:

— И когда последний раз там кто-то был? Кроме тебя.

— И сейчас есть. Четверо. Может, трое. Надо будет уточнить.

— Я имел в виду семью Лонлейс. — уточнил хан.

— Последний раз меня посетил ваш дед. — спокойно пояснила Аминореэль. — Он усилил охрану трёх входов. Наложил ряд запретов.

— И много там тех подвалов?

Аминореэль, помолчав минуту, ответила:

— Думаю, много больше, чем вы представляете. Я смогла пробиться к