Наследник - Андрей Двок

в боях при отражении текущего нашествия тилинкитов. Не зря я создавал своих кирасир по примеру тяжелой вестерийской конницы, их натиск был неудержим.

А посмотрев, как дерутся эсфальдские алебардисты, я серьезно задумался над тем, чтобы в строю пеших рот поставить одну шеренгу воинов с алебардами. К примеру, третьей шеренгой. Рубящий удар тяжелым оружием сверху может хорошо вписаться в тактику действий моих пехотинцев.

Пьянка уже перешла в ту стадию, когда общая беседа разбивается на разговоры по интересам в мелких «кучках». И, по опыту, уже скоро отдельные личности начнут искать приключений на свою пятую точку.

— Ваша сиятельство, отчего вы сегодня без настроения? — я решил отвлечь от тяжелых дум графа Эрхарда тер Швиц, предводителя войска Эсфальда.

— Брось, Сержио, все эти «сиятельства», — буркнул Эрхард, подняв на меня взгляд своих серых глаз.

Мы за эти дни неплохо сошлись с нашими соседями по общему строю и общались вполне по-дружески, не обращая внимания на титулования. Эсфальдцы, лично у меня, вызывали уважение не только как сильные и умелые воины, но и по своим человеческим качествам.

Даже Эрхард, их первое лицо, граф и командующий, не пытался «пучить» из себя великого аристократа и небожителя. Да и похож этот, прошедший сорок два круга жизни, человек скорее на капитана отряда наемников: невысокий, крепкий, с квадратным лицом, загорелым и обветренным.

— Ты посмотри, какие места нам выделили на этом ужине, — Эрхард мозолистой ладонью зло отбросил с лица русые локоны. — И это учитывая, что мы лучшие среди этих пулярок.* А ты вообще, этим вечером — основное лицо. И где нас посадили?!

* — Пулярка — жирная, откормленная кастрированная курица. Термин употреблялся в Западной Европе и в русской дореволюционной кулинарии.

— Эрхард, посмотри на это с другой стороны, — я тоже перешел на простое общение, несмотря на недовольный взгляд нашего графа. — За нашим столом сидят лучшие воины Этерры, так что нам еще надо?! Зачем нам здесь всякие чванливые фифы?

Я, конечно, не пожалел пафоса, но именно сейчас это оказалось к месту. Присутствующие бароны Варнии и Эсфальда одобрительно загудели.

— Так давай, друг, выпьем за лучших бойцов Этерры, за воинов Эсфальда и Варнии, — предложил граф Эрхард тер Швиц.

— Стоп, стоп…, — остановил я Эрхарда, под недоумевающие взгляды соседей по столу. — За такой великолепный тост предлагаю выпить кое-что получше, чем тот ягодный сок, что стоит на столах.

На это мероприятие я прихватил с собой ящик «аристийского». Не без задней мысли, конечно. Надеюсь, если мой продукт понравится присутствующим аристократам, то такая презентация откроет для меня рынки западных королевств.

— Погоди, Сержио, — граф Эмери тер Хетск отодвинул свой кубок в сторону. — Надо угостить всех присутствующих и в первую очередь — Его Величество.

Хех, граф просто меня опередил. Как говорится: снял с языка. Я сам его собирался попросить это сделать.

— Ваше Величество, господа, — поднялся с места наш граф. — Позвольте предложить вам на дегустацию веселящий напиток, который делают в нашем королевстве. Уверен, что вы ничего подобного не пробовали, но сможете по достоинству его оценить. Только предупреждаю, этот напиток для настоящих мужчин, очень крепкий и наливать его надо понемногу.

Виночерпий Рилиана II посмотрел на своего сюзерена, дождался его разрешающего кивка и подошел к нашему столу. Так как у нас был целый ящик красиво оформленных бутылок, он подозвал слуг и «аристийское» быстро разнесли по столам, где стали разливать в подставленные кубки.

Король Сильваны, похоже, ценит удобства, поэтому прибыл на границу Пустынных земель не только со своим войском, но и с целой толпой слуг. Я себе такого даже не думал позволять. Больше переживал, сколько брать воинов и припасов для войска.

Потом, прежде чем передавать кубок Рилиану II, королевский виночерпий попробовал мой дистиллят… выражение его лица изменилось так, что королевские телохранители на нас чуть с мечами не бросились. Успели уже из ножен клинки вытащить, но, слава Предкам, я тоже успел среагировать.

— Ваше Величество! — привлек я всеобщее внимание. — Это я произвожу этот напиток и ручаюсь за его качество. Разрешите испить из этой же бутылки?!

Не дожидаясь ответа, я подошел к виночерпию, достаточно громко бормоча: «Я же говорил, что это напиток для настоящих мужчин». Меня окружили королевские гвардейцы, но я спокойно взял из рук виночерпия королевский бокал и выпил его до дна.

Вернув кубок, я повернулся к королю и, разведя руками, улыбнулся:

— Ваше Величество, этот напиток непривычен, но не оставит равнодушным ни одного мужчину.

Король Сильваны с вопросом посмотрел на своего виночерпия. А у того уже порозовели щеки и заметно заблестели глаза, но кривиться он перестал.

— Ваше Величество, — поклонился придворный. — Я ранее не пробовал ничего похожего. На мой взгляд, напиток на вкус грубоват и избыточно крепок.

— Для женщин у меня есть более слабые напитки, — я сознательно пошел на провокацию. — Но этот я брал для мужчин и воинов.

— Что же, давайте попробуем, — заинтересовался король, уже не обращая внимания на своего покрасневшего от негодования виночерпия.

Граф Эмери тер Хетск выдал политически выверенный, длинный и цветастый тост, где умудрился и королю «лизнуть», и всем остальным присутствующим потрафить. Вот чем хорошо на таком мероприятии вместе с начальником присутствовать. Все эти лизоблюдские "алаверды" на его долю выпадают. Ну, на то он и начальник, хе-хе.

Короче, уже поддатое блаародное общество быстро распробовало «аристийское». Ящик с выпивкой закончился так быстро, что я моргнуть не успел. Народ за столами веселился, радуясь, по их мнению, небольшим потерям и неплохим трофеям. Отовсюду несся смех и хвастливые речи. И все бы было хорошо, но неотвратимо наступила стадия выяснения отношений: кто кого больше уважает.

На противоположном от нас столе кто-то из валенсийцев намеренно громко рассуждал:

— И за что расхваливают этого Сержио Аристи?! За все эти дни я ни разу не слышал, чтобы он лично принял участие в бою! Он все время за спинами своих людей прячется! Какие-такие у него заслуги? Все за него его люди делают! Он мог бы в своем диком углу остаться, ничего бы не изменилось.

Так получилось, что в это время за столами разговоры стихли после очередного тоста и речь хамоватого барона из Королевства Валенс была слышна всем. И все тут же на меня и уставились.

Самое неприятное, что и наши, и эсфальдские дворяне смотрели на меня с таким же вопросом, что и остальные. Неясно им, почему я во время сражения не «впереди, на лихом коне».

И, боюсь, никакие объяснения с расстановкой картошки на столе не помогут. Менталитет у них в это время