Обидеть каждый норовит - Vladarg Delsat

— Привет… — вломившиеся в купе рыжие близнецы пренебрегли основным правилом техники безопасности при обращении с богатырями, поэтому ничего сказать не успели. Вообразив, что незваные гости покушаются на его мясо, Добрыня обиделся. Рыжие близнецы, как оказалось, нарушили и второе правило техники безопасности обращения с богатырями, потому что закрыли за собой дверь. Следующий получасовой отрезок времени юные маги бились головами в стены и дверь, отчаянно вопя о том, что их неправильно поняли, но сбежать смогли, только полностью заполнив купе бесконтрольно испускаемыми газами.

Больше в купе Добрыни никто, к сожалению, не ломился, отчего было просто невыразимо скучно. Появившаяся в проеме двери миловидная девочка, сразу же Добрыне понравившаяся, дисциплинировано дождалась, пока тот догрызет ногу, что выдавало немалый опыт общения с богатырями, и вздохнула.

— Богатырь, — задумчиво произнесло это дивное создание. — Сколько голов у Горыныча? — спросила она по-русски.

— Учитывая, что Горыныч мальчик, то это сложный вопрос, — ответил Добрыня, почесав лохматость. — А ты, видимо, и есть та девочка, которую всяк обидеть норовит? Да ты присаживайся, в ногах правды нет, лично проверял.

— Добрыня, — констатировала Яга, присаживаясь. — Тоже неплохо… Учитывая, как мы познакомились… Я Яга, ибо девочку в нечистотах утопили…

— Ну… Значит, теперь тебя защищать буду, — сделал вывод богатырь. — Ты, хоть и нечисть, зато наша, а наши — это не басурмане!

— Логично, — вздохнула девочка, несколько расслабившись. — Тем более, что сейчас я не нечисть, а де-е-евочка… — протянула она, пародируя Несмеяну.

Добрыня сразу же начал заботиться о девочке — поделившись с ней едой, чем впечатлил Ягу просто до невозможности. А поезд шел к даже не подозревавшей о грядущих испытаниях школе.

Добрыня помог Яге спуститься из вагона. Надо сказать, что девочке очень понравилось поведение богатыря, принявшегося заботиться о ней всеми силами. Она и припомнить не могла, когда в последний раз о ней так заботились, поэтому благосклонно принимала потуги Добрыни. Богатырь же, увидев полувеликана, что был могуч и волосат, что-то начал припоминать.

— Здравствуй, Гарри! — неуверенно прогудел Хагрид, и тут Добрыня вспомнил.

— Привет, Хагрид, — махнул он рукой. — Добрался нормально? — на этой фразе Яга начала что-то подозревать.

— Не помню, — честно признался полувеликан и совершил тактическую ошибку, спросив: — А что было-то?

— Ну, всего и я не помню… — задумчиво ответил богатырь, принявшись рассказывать. Рассказывать Добрыня умел, что о рыбалке, что о попойке, и вскоре все первачки затаив дыхание слушали песнь о… попойке. Богатырь назвал это действо, конечно, иначе, но суть осталась неизменной. — …А потом ты, значит, и сказал: а давай зелененьких кверху подбрасывать, кто выше… Ну один и зацепился, слезать не хотел, поэтому мы…

Что случилось с Косой Аллеей, Яга поняла, потому что два перепивших богатыря в поисках приключений… В прошлый раз, помнится, пьяные богатыри басурман на дальность проверяли, а теперь, видимо, на высотность… Через некоторое время девочка покашляла, обращая на себя внимание. Добрыня прервался, несколько секунд смотрел на Ягу, потом что-то вспомнил.

— Хагрид, познакомься, — произнес богатырь. — Это девочка, ее всяк обидеть норовит, поэтому развлечения еще будут.

— Здорово! — обрадовался полувеликан, смерив взглядом девочку, которую всяк обидеть норовит. — Тогда я еще самогона нагоню… Немного, бочек пять.

— Очень хорошая мысль, — сообщил ему Добрыня. — Ну что, пойдем?

— Куда? — не понял Хагрид. — А! — вспомнил он. — Точно, пошли!

Оценив слой грязи, Добрыня решительно взял Ягу на руки и пошел рядом с Хагридом, рассказывая тому все нерассказанное. Речь изобиловала басурманскими уточнениями, отличалась образностью, что для богатырей было, вообще-то нормально, и к правде не относилась никак, что было нормально уже для магов, по мнению Яги. Пора было привыкать к имени Гермиона, но, учитывая, что даже выговаривать его — проверка на трезвость, девочка привыкать не спешила, потому что Добрыню было просто жалко. Даже несмотря на то, что жалко у пчелки.

Лодочки нечисть не впечатлили, зато впечатлили Добрыню. Точнее, не лодочки, а то, что всплыло рядом с ними, вызвав ликующий возглас богатыря:

— Хагрид! Смотри, закуска! — этот возглас озадачил многих, а Кальмар счел правильным утонуть от греха подальше.

— За-кус-ка… — по слогам произнес полувеликан и облизнулся, вызвав массовые обмороки у впечатлительных особей женского пола.

За озером обнаружился замок, ни Ягу, ни Добрыню не впечатливший. Яга и получше видала, Добрыня и покрепче рушил. Призраки к нечисти подлетать опасались, подсознательно чувствуя, что им тут не рады, а сопровождала первачков молчаливая по причине отсутствия рта дама. Правда недолго, потому что увидела Ягу и хлопнулась в обморок.

— Профессор боится Поттера? — удивленно спросил кто-то, на что девочка только вздохнула.

— А что вы хотите? Герой же… — преувеличено-грустно сообщила яркая представительница славянской мифологии. Эта фраза заставила задуматься даже тех, кто этот процесс сильно не любил.

Часть 7

Ягу, впечатленную таким отношением, Добрыня поставил на пол, только когда вошли в замок. Девочка не помнила уже, когда ее в последний раз носили на руках, потому, как и каждая особь соответствующего пола, процессом, пожалуй, наслаждалась. «Все-таки иметь личного богатыря — это плюс», — решила самая сильная ведьма в этой басурманской стране. Их выстроили в пиршественном зале, судя по голодным взглядам, при этом построение было типа «кучка», то есть напоминало оборонные порядки басурман при виде богатырей, что Ягу, скорей, порадовало. А вот песня артефакта с какой-то душой внутри, как раз, нет. Слуха у Шляпы не было от слова «совсем», поэтому девочка, проклятая музыкальным слухом, загрустила. Ну а затем начали вызывать по одному и водружать древность на голову.

— Это не я! Я не при чем! Это все они! Смилуйся! — возопил голос в голове Яги, заставив девочку поморщиться.

— Да я не по твою душу, — попыталась девочка успокоить Шляпу, активно дрожавшую у нее на голове. — Распределять будешь и меня, и Добрыню, вон, зеленоглазый стоит, на один факультет, а на какой, ты мне сейчас расскажешь.

— Да я тебя бы сразу в директоры, — успокоился древний артефакт. — Наш-то совсем умом тронулся… Но тогда, боюсь, нам нужен будет другой Хогвартс и другая Британия.

— Это точно, — согласилась Яга. — Кто, кстати, школу свинарником назвал?

— Это Хельга, —