Одиночка - Александр Александрович Долинин
Дома Рыжик чувствовала себя чуть лучше, лицо по цвету постепенно приближалось к обычному. «Дыхнуть» не потребовала, но внимательно посмотрела на меня и недовольно сморщила носик. Я сделал виноватое выражение лица и шмыгнул в ванную комнату, где быстро умылся и почистил зубы. Ну вот, все нормально… кажется…
— Как съездил? — нарушила тишину жена, сидевшая за столом на кухне с кружкой чая в руках.
— Нормально, познакомился с летчиком, будущим инструктором.
— Вижу, что знакомство прошло успешно, — усмехнулась она.
— Ну, это так, чисто символически… Губы намочили. Обменялись телефонами, дня через два позвонит, скажет, когда и куда подходить. Я ему сказал, что меня Джинджер к нему направила. Как думаешь, он ей позвонит, захочет справки навести, так сказать?
— Очень даже может быть… О чем вообще говорили?
— Я ему рассказал, что моделями занимался. Джим заинтересовался, спросил, есть ли видео полетов, у него на Старой Земле были знакомые авиамоделисты. Надеюсь, хоть что-то из умений в учебе пригодится.
— О стоимости обучения не говорили?
— Знаешь, как-то этот вопрос затух… В ангаре чуть поговорили, потом зашли там «кофе выпить», телефонами обменялись, и разъехались…
— Когда позвонит и назначит встречу, уточни все-таки.
— Почему-то мне кажется, что он цену за обучение меняет, в зависимости от того, кто курсант.
— Посмотрим, посмотрим…
После ужина мы опять лежали на кровати в спальне и смотрели старую комедию, на этот раз показывали «Аэроплан», фильм первый. Посмеялись от души, а потом уснули обнявшись…
03 число 11 месяца 23 года, Порто-Франко
Работа, работа… Уже второй день жду звонка от Джима Хокинса, пилота-инструктора. Неужели он передумал?
После обеда авиатор наконец позвонил.
— Привет, Алекс!
— Привет, Джим! Согласен принять курсанта в обучение?
— Согласен, приезжай на аэродром, я буду в своем ангаре. Там уже подробно обо всем поговорим. Дам тебе кое-что для изучения, заодно и проверим, что ты уже знаешь.
— Отлично! Стоимость обучения когда сообщишь?
— Сегодня и сообщу… После проверки. — И положил трубку.
Все, жребий брошен, Рубикон перейден… Отступать я не собираюсь. Если есть возможность до окончания сезона дождей пройти курс подготовки к управлению самолетом — упускать такое нельзя.
Сквозь дождь, не спеша, я ехал на аэродром под звуки мелодии «Cloudbreak» из композиций Алана Парсонса. Хорошая медленная музыка, я любил не спеша «крутить» моделью под нее фигуры пилотажа, особенно в безветренную погоду. Когда на полетах бывали зрители, им это очень нравилось. Только вот записей этих полетов, к сожалению, не делал.
Поздоровавшись с охранником, проехал к ангару, где стояла «Сессна». Джим был на месте, как и обещал, перебирал какие-то папки с документами, лежавшие на столе у стены. Музыка на этот раз была выключена.
— Привет еще раз!
— Привет. Ну что, готов к началу занятий? — Джим повернулся ко мне, и на его куртке блеснула желтая «птичка».
— «Золотые крылья Пенсаколы», Чиф? — кивнул я на нее.
— Они самые, — кивнул он и для большей выразительности нахлобучил на голову кепку с вышитой золотом надписью «Top Gun». Да, не простой ты пенсионер, дядя Джим Хокинс…
— На Старой Земле была специальная программа для обучения пилотов-любителей. Там начинали с изучения воздушных кодексов и так далее. Здесь у нас правила упрощенные: кто может — тот летает. Соблюдай меры безопасности, не лезь, куда не надо, и будет тебе счастье…
Я хмыкнул, он посмотрел на меня и продолжил:
— Основы аэродинамики мы повторим быстро, если ты с этим уже сталкивался. Радиооборудование для тебя проблемой не будет — я знаю, где ты работаешь. Медицина — как бывший военный, ты ее изучал. На самолетах раньше летал?
— Только на рейсовых пассажирских, ну и на вертолете пару раз.
— Неприятностей не было?
— Ни разу…
— Это хорошо… Смотри, начнешь блевать в полете — сразу закончим обучение, и денег за теоретический курс я не верну. Думаю, начнем с изучения руководства по летной эксплуатации самолета «Сессна-182»… Если все будет нормально, до местного Нового Года уже почти всю теорию изучим, потом я тебя по конструкции самолета и двигателя начну гонять…
— Джим, извини, что прерываю… Сколько мне это будет стОить?
— Как закончим обучение, я тебе бумагу оформлю. Конечно, она особой юридической силы иметь не будет, но меня тут многие знают, так что может когда и пригодится потом. За обучение с тебя возьму пять тысяч экю. Ну и горючее будешь сам оплачивать, когда полеты начнутся.
— Я согласен…
Когда ехал домой, то периодически поглядывал на пассажирское сиденье, где лежала копия мануала по «Сессне». Рукой Джима там были сделаны пометки — что нужно учить в первую очередь, что потом. Он сказал, пока не сдам ему зачет по допустимым скоростям и оборотам на различных режимах — дальше продвигаться не будем. Что делать-то, у меня на числа всегда память не очень хорошая была… Разве что посмотреть, какая там цветная разметка на шкалах приборов, и на нее ориентироваться? Ладно, будущее покажет…
Дома я увидел, что Рыжик уже почти пришла в себя после нескольких дней плохого самочувствия.
— Ну что, можно поздравить тебя с началом учебы? — спросила она.
— Да, вот инструкция, зубрить буду, чтобы и во сне мог ответить, — показал я пластиковую папку.
— Насчет денег уточнил?
— Он запросил за обучение пять тысяч экю, ну и бензин я буду оплачивать, когда полеты начнутся.
— Немало…
— Я думал, что больше запросит.
— Ладно, столько денег у нас есть, может, еще что-нибудь получится заработать, есть несколько идей, — задумалась Бригитта.
— А как ты трофейные деньги «крутила»?
— Через Джинджер, у нее есть выходы на тех, кто товары за ленточкой заказывает. Оплачиваем, там закупают товар, сюда переправляют, выручку делим…
— Ясно. Слушай, как думаешь, что она для тебя вообще может сделать? Чем-нибудь ради тебя пожертвовать, что ли?
— Почему ты спрашиваешь? — нахмурилась она.
— Если честно, я опасаюсь богатых женщин.
— Тогда скажу тебе вот что: ОНА. МОЯ. ЛУЧШАЯ. ПОДРУГА! Я для нее могу сделать все, или почти все, что будет нужно. И она для меня — тоже.
— Это меня и пугает…
— Почему? — удивилась Бригитта.
— Вы обе весьма непредсказуемые, — засмеялся я, пытаясь обратить все в шутку.
— Зато с нами очень интересно! — улыбнулась жена, сменив гнев на милость.
