Вампиры тут беспризорные - Тони Марс

Ещё и герцог все мозги вытреплет, если попаданец не оставит ни одного мага в живых, да и по вампиру это сильно ударит — ему нужно доказательство своей непричастности ко всему этому бардаку.

Степан всего-то семь месяцев был графом, и уж поверьте, вникать в военные науки у него времени совсем не было, поэтому и в голову ничего дельного не шло. Один только бред. Ну в самом деле, разве адекватная вообще мысль: прыгнуть с крыши прямо на магов, и раздавить их щитом из светлой магии. Или облить всех зельями, закрыв в воздухонепроницаемом куполе?

Попаданец потер ноющую голень, рана уже затянулась, но осталась черной полоской зарубцевавшегося шрама — наверно кто-то его задел, пока он скакал порталами. Неприятно, что чужая магия попала в тело. Вот закончит с чернокнижниками, и вытравит все инородное из своего тела. Сейчас заботиться о каждой царапинке нет ни времени, ни возможности.

Так, ладно. Нормальных идей все равно нет, просто выберет одно из тех безумств, что лезут в голову. Степан привстал и начал плести заклинание. Магов мелено окружила непроницаемая стена светлой магии — теперь они не могли ни сбежать, ни телепортироваться. Но стоило вампиру приступить ко второй части плана, как магическая стена, дрогнув, рассыпалась на тысячи золотых искр.

Он и забыл, что любая защита и купола бессильны перед темной магией. И рассерженно швырнул в них с десяток ядовитых зелий, второе заклинание, над которым он работал, мгновенно распылило жидкость в воздухе, стоило стеклянным пузырькам разбиться.

Маги ругались ещё злостнее, чем Веце, когда его обсчитали на серебряную монету. А Степан, тяжело вздохнув, спустился порталом вниз, в самый центр непроглядного ядовитого тумана. Найти чернокнижников было просто — они кричали, как безумные, галлюциногенное зелье на вампирьей крови работало прекрасно. Жаль только, что действовало всего час, а на таких, как черные маги, всего десять минут — у гадов было среднее сопротивление ядам и ментальному воздействию.

А попаданец вдруг задался вполне резонным вопросом: с чего это он решил оставить всего одного мага? А вдруг тот умрет, язык себе откусит или активирует какое-нибудь скрытое заклинание?

Где тогда брать доказательства?

Случись набег темных магов месяцев пять назад — Степан бы и не сильно против оказался, что на него повесили столь сомнительный подвиг — разрушение драконового имения. Вампир тогда вообще бы с радостью Ибенира лично прибил.

Но сейчас своим мирным существованием попаданец был более чем доволен, графский титул и все причитающееся не давило на мозг, и вот при такой ситуации рвать и метать всяких там герцогов расхотелось. Да, он по-прежнему не откажется дать Керналиону пару раз в морду, но на этом, пожалуй, его гнев и иссякнет.

Вампир вздохнул, тяжко так, почти обреченно, и спрятал лезвие у посоха, оставив лишь тупой металлический наконечник. Самое то, чтоб по голове кого-нибудь приложить.

Размахнулся и стукнул черного мага. Тот мгновенно обмяк и затих. Вырубился.

На втором маге Степана постигло маленькое разочарование — бить лежачих вопящих чернокнижников оказалось крайне неудобно, и если не рассчитать силу, то можно и голову им случайно снести или проломить.

В такие вот моменты «несчастных случаев» на попаданца накатывало раскаяние и чувство вины, пока он снова не вспоминал, что тут одни лишь черные маги, и из человечного в них — только внешний облик. И он все равно до этого собирался их всех убить.

Дым начал развеиваться, Степан стукнул последнего мага и убрал посох, доставая из пространственного кармана зелье. «Слезы Горючие» было варевом простым, почти детским, заставляло выпившего безутешно рыдать и явно не по-детски расшатывало психику. И что самое прекрасное, действовало до тех пор, пока не выпить антидот.

Самое оно, чтоб лишить черных магов способности ясно думать, да и вообще думать, пока герцог не вернется.

Попаданец связал всех чернокнижников и поволок в подземную тюрьму — с особняком герцога, увы, вампир был знаком куда лучше, чем хотелось бы. Маги плакали, словно младенцы, и совсем не понимали, что происходит. Степан закрыл дверь камеры и выдохнул. Наложил десять заклинаний на замок — пришлось считывать с учебника, написанного герцогом Касаром, все же с общей магией пока попаданец ещё не до конца освоился.

Ради безопасности вампир оставил в тюрьме свой коронный антипортальный артефакт и заблокировал выход несколькими видами магии. И посмотрел на свой улов: вещи и оружие, снятые с темных магов.

Клинки были и правда хороши, хотя в них Степан и не сильно разбирался. У чернокнижников нашлось много скрытого оружия и вот знаете, экипировка каких-то там черных магов оказалась именно такой, какой он представлял себе вампирью. Ножи для метания, дротики, кинжалы, спрятанные в рукавах, украшения со спрятанными ядовитыми иглами и все в этом духе.

Конечно, больше всего порадовали их пространственные артефакты — Степан разжился золотом на дом в центре Арисма, неоспоримыми доказательствами своей непричастности, и лучшими алхимическими ингредиентами. Такие он бы ни в замке Касара не смог найти, ни на черном рынке достать.

Было там и пару книг по алхимии, настолько пугающих, что Степану начало мерещиться, будто теперь за профессию алхимик можно будет смело сажать.

Как и написал сын Касара в своей книге, алхимики раньше все от и до были черными магами, которых не трогали мораль, здравомыслие или хоть капля жалости. И теперь в списках живых ингредиентов значились далеко не одни вампиры.

Степан закрыл книгу и болезненно потер глаза, кажется он влез в очередную передрягу.

Глава 35

Для тех, кто вернулся живым

Герцог Ибенир почти вывалился из портала, обессиленно рухнул на каменный плац и вытер кровь с лица, чтоб окончательно убедиться, что он действительно вернулся домой. Уставшие, заплывшие кровью глаза неприятно резал холодный ветер.

Дракон отстраненно слушал, как остальные покидают портал — к этому времени на ногах стоять мог разве что Сабиан, да и то не выпуская пузырь с зельем изо рта. Остальные, подобно Керналиону, падали без сил на месте.

Ибенир хрипло втянул воздух и развалился на голом каменном полу, отбросив остатки всякого драконьего достоинства — сидеть или держать свое тело в мало-мальски величественной позе он даже не думал. И где запропастился Эдгар? Обычно же спешит сюда, стоит открыться обратному порталу, и появляется чуть ли не раньше самого герцога.

Но сегодня на задний двор поместья никто не торопился, да и вообще, кажется, идти не собирался. Ни лекари, ни слуги, ни дворецкий.

И это было как минимум