Повелитель гоблинов. Том 2 - Андрей Мельник

— ВО-О-О-О-О-О-О-ЖДЬ!

— МА-А-А-А-А-А!

О, а вот и кавалерия скачет… Стоп! Какого чёрта они выперлись⁈

Я вскочил, ощущая, как меня накрывает волной силы и свежести. Открылось не знаю уже какое по счёту дыхание, и я рванул в сторону своих безбашенных подчинённых.

— Назад! Обратно! К укрытию! — прокричал я, на ходу закинул Миори на плечо, засунул Спартака под мышку и дал дёру.

— Ма? А я?

— А ты сам! — рявкнул я и на ходу распределил очки в Скорость, Выносливость и Живучесть.

Собственно, что меня спасло сейчас, то я и прокачал. Мне нравится оставаться живым, так незачем изменять этой славной традиции!

Среди умертвий началась суматоха. Кто-то пытался за нами гнаться, но масштаб ДТП был слишком большим, количество покалеченных не сосчитать. Мы ушли с улицы, ведущей к подземелью, и свернули к своему убежищу.

— Вы чего выперлись⁈ — не сдержал я эмоций и накричал на своих несчастных.

— Так там орки пришли! — ответила Миори.

— Орки? Сейчас разберёмся!

— Поставь меня! Может, я сама могу бежать.

— Да, вождь… Ты меня тащишь. Я уже всю жопу отбил… — согласился с Миори Спартак.

— О, блин. И впрямь…

Я отпустил их, завернул в сторону дома и увидел четыре накачанные зелёные орочьи задницы, что лежали на камнях и смотрели из укрытия за ситуацией на площади.

На моё появление они отреагировали синхронным поворотом головы и широко раскрытыми от удивления глазами. Их командир поднялся, поправил накидку на поясе и спрыгнул вниз, подошёл поближе ко мне. Он молча и сурово сверлил меня взглядом. Я же с вызовом смотрел на него, медленно начиная паниковать от осознания того, что топор-то я оставил у статуи где-то посреди руин…

Орк медленно поднял кулаки к своему лицу.

«Неужели хочет драться?»

Его большие пальцы выстрелили вверх, а клыкастую морду украсила не менее зубастая улыбка.

— Ы-ы-ы! — показывал он мне «класс» сразу двумя руками.

Я, мягко говоря, удивился. А потом он и вовсе добил меня:

— Ни фига ты их уделал! Красава, хоть и дрыщ!

Могучая орочья лапа хлопнула меня по плечу так, что кости захрустели.

— Меня Орочи зовут! А тебя?

— Охренеть!..

— Рад знакомству, Охренеть!

Глава 4

Орочья лапа всё ещё давила на моё плечо, показывая, насколько сурова и тяжела возможность подружиться с орком. Весит килограмм десять, не меньше.

— Меня не Охренеть зовут, — выдавил я, аккуратно освобождаясь от его хватки. — Дмитрий. Рад знакомству.

— Дмит-рий, — повторил орк, к моему удивлению, с первого раза. — Хорошее имя. А я Орочи. И тоже рад знакомству, Дмитрий. Ты какой расы? Смешной такой…

— Человек. А ты орк, верно?

— Приятно знать, что о великих орках в курсе даже вдали от нашего мира!

Он улыбался во время разговора, а я удивлялся, насколько легко и непринуждённо он поддерживает беседу. Ещё и язык его — чистый и понятный, без всяких этих «гра», «ва», «хумансы украли мой топор, моя убить хумансов»! Или что они там у наших творцов любят говорить?..

Речь Орочи сильно отличалась от речи его орков, которые чесали репу, не понимая ни слова. А значит, он не просто командир отряда — он, как и я, избранный. И Система между нами не делает барьера ради возможности контакта. Осталось только понять: он мой официальный противник или так, непризнанный герой?

Я представил моих гоблинов и Астокарай. Орочи заметил, что они на меня не похожи, а я кивнул и сказал, мол, у нас формируется разношёрстное, межвидовое племя. Он удивился, что так, оказывается, можно. Начал размышлять о чём-то, умничать, сыпать фразами, которые даже я, человек с высшим образованием, с трудом понимал. Что-то про оркустологию, где не допускались подобные видовые смешения на раннем этапе развития общества. Я многозначительно покивал, подакал, якобы согласен и будто бы понимаю его.

Наконец-то у него закончилось дыхание, и он на секунду прервался, чем я и воспользовался.

— Твои ребята в порядке? — спросил я.

Он внезапно опомнился и представил трёх выживших орков.

— Живы, здоровы, даже не укушены. А потому имеют высокие перспективы своевременного взятия уровня и повышения столь прискорбно низкого значения Интеллекта, что ограничивает мои возможности управления ими… — вздохнул Орочи.

— Вас сперва девять было? Многие погибли… Большие потери для вашего племени? — Я задавал вопросы, словно ведущий расследование журналист.

— Верно, — коротко кивнул Орочи. — Я взял всех воинов. Лишь великолепные в своей первобытности и отказе от традиционных норм морали и этики орчихи, не признающие одежду, остались дома. Эх… Сейчас бы к ним, упасть в их сильные и страстные объятья… Но мой разум твердит, что я обязан использовать каждый шанс для усиления собственного племени.

Я кивнул. Тяжёлые потери. И стандартные для древнего мира проблемы. У меня тоже от гоблинской фертильности опали листья со всех кустов вокруг поселения.

— Я так понимаю, раз мы с тобой столь свободно общаемся, ты тоже избранный? — напрямую спросил я.

Орочи усмехнулся:

— Увы и ах, мой белокожий друг. Нет. Я, как бы это выразиться… Свободный герой. Призванный на поле боя, но оказавшийся бесполезным. Во время отбора я был назначен на должность советника по коммуникациям и социальному развитию орочьих племён нашего Кхана, но, увы, в этот раз всё отличается, и Система не позволила объединяться. Один орк — одно племя. И всего сто избранных.

Я хотел было задать вопрос, но он, видимо, понял, что я начинаю говорить, когда он замолкает, поэтому перестал делать паузы и быстро вдыхал воздух прямо посреди предложений:

— А нас было почти пять сотен. По совершенно непонятной идиотской причине меня не наделили полномочиями правителя, а отправили ковать собственную судьбу этими изящными руками! А ведь у меня два образования! Я философ и инженер осадных орудий! Под моим командованием падут крепости древнего мира, и воины сплотятся вокруг величайшей доктрины орочьего бытия! Тем более я честно прослужил в армии десять лет, был дирижёром роты барабанщиков! Знаю практически всё о военном искусстве! Только представь картину: величественные требушеты уничтожают вражеские стены в едином ударном ритме! Но, спасибо Системе, хотя бы она дала мне шанс проявить себя. Я докажу, что способен управлять этим необразованным стадом!

Он присел на обломок стены:

— Вот так вот защищаешь диссертации, получаешь престижные награды, становишься лауреатом премии «Золотой топор», а как