Повелитель теней #8. Финал - А. Никл

ощутимо? — повторил я его не так давно сказанные слова. — А мне кажется, что такими темпами ты откинешь коньки уже на следующем занятии.

— Выглядит хуже, чем есть, — вздохнул Святовит и обвёл руками пространство вокруг себя. — Тюрьма держится на моей энергии. Она огромна. Из неё я могу наблюдать за всеми событиями во вселенной. Прошлое, настоящее, будущее… То, о чём я не могу тебе рассказать. Центр тюрьмы — моё магическое ядро. И поэтому внутри этого тела, — он хлопнул себя по животу, — лишь малая часть магии. Я просто не успеваю компенсировать то, что отдаю тебе. Но через пару минут всё нормализуется. Магия из тюрьмы снова заполнит моё ядро. Я восстановлюсь.

— Ого, — я нахмурился. — Жестоко. Тюрьма разрушится только в момент твоей смерти?

— Перун никогда не жаловался на фантазию, — невесело рассмеялся Святовит. Он действительно снова стал материальным и абсолютно непрозрачным. — Так, ты спать будешь?

— Буду, — согласился я и прилёг рядом с Кристиной. Она была совершенно неподвижной. Словно мёртвая. Выглядело жутко, так что я потянулся и попытался нащупать её пульс. Тук-тук. Закрыв глаза, я слушал, как бьётся её сердце и медленно провалился в дрёму. Проснулся я резко. Просто открыл глаза, чувствуя себя отдохнувшим. Давно так не высыпался. Святовит сидел в углу комнаты и медитировал. Я кивнул ему и поблагодарил: — Спасибо.

— Не за что, — ответил он. — Ты не представляешь, как сильно я мечтал об избавлении.

Я позволил времени течь своим чередом. Кристина что-то пробормотала сквозь сон и повернулась на другой бок. На часах было одиннадцать вечера. Любопытно, Император уже спит? В последнюю нашу встречу он дал мне номер телефона для быстрой связи — сказал позвонить, когда я буду готов отправиться на охоту. Ну, кто ж знал, что это будет ночью? Я набрал номер, выслушал одиннадцать долгих гудков и приятный женский голос: «Абонент временно не отвечает…» Как только я сбросил звонок, телефон завибрировал. Я поднял трубку:

— Алло?

— Машина подъедет к Академии через пять минут, — уведомил меня суровый мужской голос, и сразу же раздались гудки.

Я набросил на себя заклинание для отвода глаз и незаметно выбрался из Академии. Чёрная «Волга» уже стояла напротив ворот, за рулём сидел знакомый водитель — он отвозил меня на предыдущую аудиенцию с Императором. Я запрыгнул на заднее сидение, и машина рванула с места. Пять минут до духовочного центра, телепорт в Москву и ещё пятнадцать минут по полупустым московским дорогам — и вот, меня ведут по Императорскому дворцу, к незаметной двери в конце узкого тёмного коридора. За дверью оказалась скромная комната — стол, два стула, шкаф для документов. За столом курил Император. Стряхнув пепел прямо на пол, он подтолкнул ко мне папку с бумагами:

— Список самых опасных Данжей, как ты и просил. Пока ты не докажешь свою полезность, я не допущу тебя к Данжам, которыми Российская Империя владеет совместно с другими государствами. Но в нашей стране широкий выбор опасных Трещин. К сожалению.

— Или к счастью, — я усмехнулся и открыл папку. — Иначе у нас не было бы сильных охотников, а кристаллы приходилось бы покупать за границей.

— Или к счастью, — спокойно согласился Император. — Напротив названий Данжей написаны координаты и перечислены монстры, которые там обитают. Мне нужно, чтобы ты выбрал три Данжа, куда отправишься первым делом. Сегодня утром допуск будет готов. Тебя будут сопровождать мои воины.

— Мы так не договаривались, — я напрягся.

— В этом у тебя нет права голоса, — холодно бросил Император. — Если не нравится — можешь отказаться. Каким бы ты сильным ни был, я не верю, что ты самостоятельно зачистишь хоть один из этих Данжей, — он кивнул на папку. — Мои воины будут приглядывать за тобой и помогут, если понадобится. А я уверен — понадобится. Однако… — Император иронично улыбнулся. — Сильно не надейся на их помощь. Я не буду тратить сильных воинов для охраны зарвавшегося мальчишки.

— Шпионы, а не воины. И расходный материал, — констатировал я.

— В каждом из этих Данжей полегло больше сотни мощных магов. Когда-то мы разбрасывались охотниками направо и налево. Пока не осознали их ценность.

Я кивнул, пробежав глазами по строчкам. Данжи шестого уровня. Ерунда. Монстры тоже не то чтобы впечатляют и внушают ужас. Среднячковый Данж, и это учитывая, что я всё ещё нахожусь на четвёртом ранге. Я поднял взгляд на Императора и саркастично спросил:

— Самые опасные?

— Достаточно, чтобы протестировать твою силу и не убить. Если ты очистишь три Данжа из этого списка, то я повышу твой допуск до Данжей восьмого уровня.

Ну, в принципе, я справлюсь с этими заданиями за два дня. А если постараюсь — то и за сутки. Улыбнувшись, я сказал:

— Договорились.

Глава 5

Первый из трёх предложенных Императором Данжей располагался неподалёку от Санкт-Петербурга, со стороны Финского княжества. В досье, которое я получил, говорилось, что Финляндия требует срочно закрыть этот Данж. Ну, оно и понятно — он представляет собой нешуточную опасность, а выгоды княжество не получает — ни кристаллов, ни тренировки для охотников. В Данже не нашли полезных ресурсов, да и монстры там не развивались выше шестого уровня. Поэтому Император не стал устраивать дипломатических переговоров и просто решил пойти на компромисс и закрыть Данж. Не стоила овчинка выделка. Точнее, Данж — политического конфликта. Согласно документам, в нём обитал монстр Бай. Ну или Баю-Бай. Кому как удобнее. Название у него было говорящее. Он постоянно издавал стонущие протяжные звуки, которые напоминали колыбельную. Эффект они имели похожий — усыпляли и делали жертву безвольной.

Бай питался ментальной энергией. Он насылал на жертву кошмары, из-за чего она вредила себе. Очень скоро она теряла силы и Бай забирался внутрь неё. Чаще всего — через ухо или ноздри. Форма тела ему позволяла — он был тонким и длинным и смахивал на дождевого червя. Правда, на одном его конце были острые зубы, расположенные кругом. Ими Бай впивался в мозг жертвы — таким образом он получал прямой доступ к её психической энергии. Вот тогда-то он и гулял на все деньги. Он пожирал мозг человека и фактически — его мысли, страхи и желания. А когда в голове у жертвы оставалась жижа, Бай вёл её наружу,