Хозяйка отеля для новобрачных (СИ) - Гринерс Эва

Вернувшись, я посидела некоторое время, а потом издала негромкий стон.

Джейми не обернулся на меня, его голова почти свесилась, поэтому Джина дала ему в бок, чтобы он очнулся.

- Что такое, что? - он осоловело огляделся вокруг.

- Джейми-бой, по-моему, Веллори плохо, - озабоченно проговорила Джина, вставая и направляясь ко мне. Она играла так убедительно, что я и сама на секунду поверила, что я при смерти.

- Что, детка, что такое? - пробормотал он, не шевелясь и не вставая с места.

- Голова кружится, живот болит, тошнит, - слабым голосом стала перечислять я нехитрые симулятивные симптомы.

- Посмотри, Джейми, она жутко выглядит! - воскликнула Джина со страхом, неотличимым от поддельного. - Ей-богу, нужно к врачу!

Джейми, казалось, немного протрезвел и сосредоточил на мне взгляд.

-Ты уверена? - спросил он нехотя. Покидать гостеприимный уютный домик и ехать куда-то в темноту ему определенно не хотелось.

Джина уже всё взяла в свои руки.

- Милый, ты слишком много выпил и устал сегодня, - заботливо произнесла она, - давай я отвезу Веллори сама, а ты оставайся здесь, отдыхай. Там в шкафу еще полбутылочки припрятано, так ты не стесняйся.

Джейми поразмыслил секунды две.

- Точно? - с облегчением расплылся он от мысли, что не нужно никуда вставать.

- Конечно-конечно, - подхватила меня под руку Джина, поднимая с диванчика, - я помогу ей. Пойдем, подружка.

Я еще раз простонала для верности, и мы вышли из трейлера в ночь, а затем пробежали несколько шагов до машины моей соседки.

- Ну всё, поехали, - скомандовала Джина, закурив и сунув мне в руки сумку с моими документами. Там же находилось и письмо от моего родственника, мистера Томаса.

Где-то через час мы подъехали к крошечной заправке.

- Утром здесь будет автобус. Или поймай попутку, но тоже ближе к утру, когда рассветет, - напутствовала меня Джина, - я не могу остаться с тобой, нас не должны видеть вместе.

Мы сидели в машине. Ночь мне предстояло провести на лавочке под крошечным навесом, но меня пугало не это.

- Джина, с тобой точно всё будет в порядке? - я взяла её за руку. - Поехали со мной. Я правда за тебя боюсь.

Девушка рассмеялась немного гортанным смехом и разлохматила себе прическу, вытащив отдельные пряди. Затем, достав из косметички карандаш, она, поплевав на него, искусно нарисовала себе под глазом вполне натуралистичный фингал и подмигнула мне.

- Не волнуйся, детка, твой бой еще и жалеть меня будет за то, что ты наваляла мне по первое число и сбежала с моей сумкой.

Я засмеялась сквозь слёзы, а потом обняла её - такую храбрую и смешную с этим синяком.

- Ты точно не поедешь со мной? - спросила я еще раз.

Джина помедлила.

- Не сейчас. Нужно кое-какие дела уладить… ты не помнишь, детка, но у меня здесь бабка в городе в богадельне при церкви, совсем старая. Тоже, как и ты, никого не помнит, но не бросишь же… Может, потом и приеду к тебе, если не забудешь чиркнуть мне.

И она нацарапала адрес.

- Вот, пиши на церковь, так безопаснее.

Джина отъехала, оставив меня одну в почти кромешной темноте. Завывающий ветер и поскрипывание тусклого фонаря заглушили едва слышный шум её машины вдалеке.

Глава 9

Под утро я совершенно окоченела на крошечной заправке. Хорошо, хоть дырявый навесик там имелся, потому что время от времени накрапывал дождь. А вот от ветра укрыться было совсем негде. Я приседала на корточки возле бензиновой колонки, чтобы хоть как-то спрятаться от холодных порывов, но тщетно - меня пронизывало насквозь.

В какой-то момент даже мелькнула мысль, что, возможно, побег в ночь не был такой уж хорошей идеей. Однако, это во мне просто говорило малодушие, вызванное холодом и одиночеством.

Я заставила себя представить руки и мокрые губы Джейми, елозящие по моему лицу и телу - а этого было бы никак не избежать - как тут же мысли о том, что можно было бы и остаться на какое-то время, молниеносно покинули меня.

Пытаясь согреться, я подпрыгивала, размахивала руками и даже устраивала короткие забеги по пустому шоссе. Со стороны, наверное, выглядела, как мошка, беспорядочно бьющаяся вокруг лампы.

Тусклый фонарь над моей головой раскачивался и бился о столб так, что лампочка в нем чудом или моими безмолвными мольбами оставалась целой. В темноте мне здесь было бы совсем жутко.

Чтобы взбодриться, я стала думать о том, что со мной произошло, об этом невероятном перемещении в другое тело и в другое время.

Кстати, я так толком и не поняла, в каких именно годах я оказалась и в какой стране. Сначала, в доме Лили мне показалось, что это была Америка годов двадцатых. Теперь же я склонялась к тому, что было на несколько десятков лет позднее. Во всем этом еще только предстояло разобраться.

Возблагодарив неведомые силы, что не забросили меня в какое-нибудь мрачное средневековье или вообще в тело первобытной женщины, которой сейчас пришлось бы убегать по вечной мерзлоте от голодного динозавра, я и в самом деле приободрилась.

“Всё могло быть и хуже!” - подумала я, внезапно развеселившись, и снова запрыгала вокруг фонарного столба, представляя, что играю в классики.

Заметив, что воздух вокруг стал неуловимо светлеть, я стала пристально вглядываться вдаль, то в одну, то в другую сторону.

Наконец, мои мучения были вознаграждены - сначала я услышала рокот автомобильного мотора и шорох шин, а затем и свет фар, от которого, казалось, мне сразу стало теплее.

Это был автобус, громыхавший так, как будто ему суждено было вот-вот испустить последний дух. Испугавшись, что он может протарахтеть мимо меня, я выскочила ему наперерез, расставив руки. Однако, мои опасения были напрасными.

Автобус съехал с дороги и затормозил у заправки. Водитель - юркий парнишка в кепке - выскочил и стал протягивать шланг к колонке, чтобы заправиться. Затем он ловко, как обезьяна, стал карабкаться по столбу вверх, где чуть выкрутил лампочку. Та погасла.

Он спрыгнул вниз, отряхнул брюки и только потом, словно до этого и не замечал, обратился ко мне, сворачивая шланг.

- Ехать, мисс? Вы идите внутрь, садитесь. А то и прилечь можете, поспать. До самого Юдита народу не будет, мож кто случайный, как вы. Далеко направляетесь?

Вид его был деловитый, тон равнодушный, но с капелькой почтения.

- Вы сами докудова едете, мисс? Поди давно ждёте, замерзли, ни кровиночки на лице, - он покачал головой.

Ответов паренек, похоже не ждал, только вручную открыл мне дверь, которая была похожа на дверцу холодильника, только со стеклом.

- Спасибо, - вымолвила я онемевшими губами и села на холодное сиденье, прислонившись к окну. Автобус был старый и ободранный, сиденья обшарпанные и в дырках, однако мне он показался чем-то вроде комфортабельного мягкого экскурсионного Икаруса. На заднем сидении громко храпело какое-то тело, с головой укрытое грязным драповым пальто.

Водитель оглянулся на меня, убедился, что я устроилась, и кивнул сам себе. Почувствовалось движение, и мои глаза немедленно закрылись. Усталость взяла своё, хотя я очень хотела рассмотреть местность.

Через какое время я проснулась, не знаю. Первое, что я увидела, это то самое потертое драповое пальто в рубчик, которым было укрыто храпящее тело в конце салона. Теперь и пальто, и тело в нём нависали надо мной, покачиваясь в такт движению. Я испуганно сжалась на своём месте, судорожно прижимая к себе сумочку Джины, где были все мои документы.

Пассажир хмуро скользнул по мне колючим взглядом и вышел, когда автобус остановился через минуту.

Выругав себя за непростительную беспечность, я сунула сумку между собой и стенкой так, чтобы её вообще не было видно.

- Я хочу сбегать в драгстор купить содовой, - крикнул парнишка-водитель, - вам взять чего, мисс?