Гром из будущего 2 (СИ) - Мархуз

Отец поблагодарил за мешочек серебра, привезённый даном. Его хватит на многое, что очень необходимо в хозяйстве, да и сделало отца самым богатым в поселении. Естественно, что на следующий день не было отбоя от желающих отправиться с Урвальдом в земли Гардарики, но он рассказал о дисциплине, исполнении приказов и полном отсутствии гульбищ. Ясен пень, что многие расстроились, потеряв весь кайф от потенциальной будущей службы конунгу.

Ещё через день наш боец рассказал о Сульдэ и заповедях сульдизма.

— Ты отказался от наших древних богов? — снова попрёк.

— Нет, я и их поддержку сохранил, но просто Сульдэ гораздо сильнее помогает и в жизни и в бою. Одни «пчёлы Сульда» многого стоят, убивая врагов за пятьсот шагов.

Начался рассказ о «воинах Сульда», об их неимоверной силе и боевых умениях, об их оружии и о многом другом. Никакой сказочник не сможет столько интересного рассказать, как тот, кто своими глазами видел этих людей и воевал на их стороне. Естественно, что многие мужи и юноши попробовали пережать руку Урвальда, дабы удостовериться не врёт ли он, но им это не удавалось. Урвальд с лёгостью побеждал в «индейской борьбе», как он её называл.

Разговоры с отцом и матерью свелись к тому, что молодой дан предлагал родителям всем семейством переехать в Приволховье.

— Слишком сложно отправлять вам номисмы и дирхемы, как и различные полезные в хозяйстве товары. А там я встречаюсь с девушкой чудинкой и хочу взять её в жёны. Один человек нарисовал её портрет, посмотрите какая она красивая.

Рисунок поразил всех, кто его увидел и не только красотой девушки, а ещё и тем, что был сделан на хорошей бумаге. Правда Урвальд привёз своим целую пачку такой же, что также являлось богатством в датских землях. Кроме того, он изумил тем, что выучил латынь, новый русский и мог изъяснятся даже на булгарском, но не очень хорошо. А поразились окружающие из-за того, что воин вообще согласился научиться грамоте и… арифметике. Это ни в какие рамки не укладывалось.

— Сын, но зачем тебе грамота, ты же воин?

— Отец, я на службе воин и получаю за это монетами. Кроме того, я участвую в двух делах, чтобы деньги зря не простаивали. Но как это правильно делать я узнал на курсах обучения бойра Егориуса Мартова. А как бы я овладел этими знаниями, если бы не знал грамоту и счёт?

Довод сильный и по-мужски серьёзный, ничего не возразишь, как ни старайся. Матушка лишь держалась за руку сына, утирала слезинку-другую, появляющиеся от радости и горости за своё чадо. Столько лет не виделись, лишь отдельные редкие новости иногда доходили. И вот он целый, здоровый, даже ни разу не раненый, к тому богатый. И на службе у самого конунга командует сотней тяжёлой кавалерии. Да и отец, хотя особо вида не подавал, но втайне тоже гордился успехами и достижениями своего первенца. Двух сыновей, помладше, он решил отправить в далёкую страну. Всё-таки будут под присмотром брата, которым уже восхищаются и готовы любые сложности преодолевать ради возможности изучить боевое исскуство у воинов бога (каким бы он ни был, пусть даже чужим). В конце концов, если свои боги слабосильны, то их следует почитать, но довериться лучше этому неведомому Сульду.

Постепенно кое-кто всё-таки готов терпеть неведомую «дисциплину» (говорят, что римские легионеры тоже её слушались, поэтому и побеждали). Мало того, из окрестных селений начинают приходить с расспросами.

Урвальд сообщал, что вернётся следующим летом, проведя первичный отбор. Может быть целый сорок наберётся, так как многие молодые люди хотят заработать достаточно, чтобы вернуться не бедными, а состоятельными. Есть такие, кто больше думает о личной корове, доме, жене, а не о славных гулянках и весёлом времяпровождении.

— Да, Андрей, я удивлён, — поделился Серик, — никогда не думал, что викинги такими бывают. Заметь, что Урвальд не поскупился, а набрал подарков и сувениров достаточно. Небось и всякие инструменты привёз, как рачителный хозяин, а не просто магнитики на холодильник.

— Я сам удивлён, честно говоря. Вроде молодой, а, вон, в два предприятия уже влез. И не в торговлю деньги вложил, а в выпуск товаров.

Побольше бы таких разумников в нашей армии…

Глава 6

Глава шестая

Предновогодние дебаты свелись лишь к тому, что план «В» окончательно утвердили к действию. Будут два лагеря: один в землях води, другой у чудинов. С чем и отправили посланников, чтобы ввести в курс Юрия и Константина, а то ещё удивятся весной, когда начнётся реализация. Парни свои в доску, но зачем ставить их перед фактом в самый последний момент? А вот два других плана взяли в глубокую разработку. Да, мы такие, ничего не хотим поверхностно ляпать, потом косяки разгребать долго приходится.

Попутно выполнятся программа поддержки селян «второй серой зоны». Постоянно со складов отправляются сани с продовольствием, благо волов и обычных лошадок вполне хватает в качестве тягловой силы. Мы, кстати, очень удивились, узнав что лошадей пока не подковывают и сразу же устранили этот недостаток. Позже узнали, что в Византии есть «сандалии для лошадей», гы-гы. Так что пришлось «изобрести» не только подковы, но освоить и нарастить выпуск гвоздей-ухналей (а заодно и всяких других для строительных работ). Конечно, не роскошествуем, чтобы зазря металл не тратить. Строительство в основном ведётся дедовским способом с помощью шипов, пазов и разных других хитростей. А вот лошадок жалко, ибо покоцаное копыто ничем не заменишь и не подправишь, на них гвоздей не жалеем.

Народ в новой зоне наслышан о наших благодеяниях, но не ожидал столь солидной помощи. А мы её оперативно оказываем, чтобы в трудные времена люди с голоду не мёрли. У нас этой жрачки столько, что можем быть сверхщедрыми. Тем более, что и Европа с Византией регулярно хлебушка просят. Кроме того, в уже налаженном сельском хозяйстве «поднятой целины» заметны изменения. Нормальная капуста повсюду вытеснила брюкву, а картошка — репу. Лишь чёрную репку выращиваем в медицинских целях, да и то в разумных количествах. Гречка, завезённая из Византии, сменила просо в питании человеков и лишь для кормления домашней птицы выращиваем его. Ну и в рацион добавились массовые яйца, что тоже немаловажно в смысле потребления белков.

И пусть дерьмократы и либерасты требуют приоритет правам человека и свободам, а наши зато кушают ныне хорошо и плотно, находясь под тиранией и деспотизмом попаданцев. И лично меня не переубедить в другом, а пока я у власти, то так и будет продолжаться. Это христиане настаивают на трактовках класса «бог терпел и нам велел», мы же не хотим, чтобы наши подопечные терпели голод и нужду ради плюсов в будущем рае. Тем паче, это естественно, что раем покажется всё что чуть лучше прижизненных страданий. Нечто вроде того, как евреям, после сорока лет проведённых в пустыне, любая территория показалась бы «землёй обетованной».

— Если пошлём экспедицию к Белому морю, то старшим пойдёт Алексей, — вынесли вердикт старики, — Мартовы пока нужны здесь, как Кирилл и Мефодий от финансов и экономики.

— Однако, хорошо бы сделать промежуточные пункты на Онеге и Выгозере. Это значит, что там хоть какие-нибудь гарнизоны придётся поставить.

Серьёзный подход, но он обеспечит реальную связь с Беломорьем, а не простую информацию после экспедиции. А уж для переброски специалистов для построения какого-нибудь Архангельска это очень насущная необходимость. Подсчёт показал, что для создания тоненькой цепочки опорных пунктов, включая форпост на берегу Белого моря, придётся потратить тысяч семь-восемь золотых динаров.

— Сразу нужно заложить раза в два большую сумму в проект на случай непредвиденных расходов, — отметил Егор, — иначе потом не впишемся.

Это викингам хорошо: приплыли на своих драккарах, объермачили тамошних биармийцев, обложили данью и уплыли обратно. Кстати, на основании собранных слухов прояснились и разногласия с Кагнером в трактовках названий. Оказалось, что Биарма вообще-то охватывает земли от Белого моря до Печоры, где живёт пермь. Отсюда и общее название: Пермь = Биарма (уж очень сходный набор звуков). Вполне возможно, что это финно-угорское племя распространилось на запад и вытеснило каких-нибудь корелов или лапландцев. Хотя, скорее всего, на берегах Белого моря вообще до этого какие-нибудь дикие ненцы жили, поди разберись сейчас.