Михаил Огарев - Нервные профессионалы (По следам Святогора - 2 или Авантюрное танго - 2)

"Неужели и мысли читать умеет?!" - про себя поразился я, а вслух сказал:

- Признаю, что ошибся с поспешным прогнозом. А яд достаточно сильный?

- Нет, вызывает лишь легкую тошноту, - улыбнувшись еще неприятнее, сообщила "Дама" и добавила: - А теперь давайте минутку поглядим на этот кошмар и мысленно поблагодарим Всевышнего за то, что позволил нам уцелеть.

Невольно мы опять подчинились ее мягкому настойчивому требованию и стали мрачно смотреть на разложенное смертоносное оружие. Меня внезапно прошиб настоящий озноб, так как я тоже абсолютно отчетливо понял, что парализаторы, ножи, отрава и все остальное нынешней или ближайшей ночью должны были пойти в ход. Напоследок "Госпожа Метелица" реализовала свой коронный план "Скорпионы на Базе", и только чудо предотвратило беспощадную резню. Да, порой провидение выбирает весьма странный для себя облик например, форму длинного языка Командора...

"...Можете восстанавливать третью малую станцию - отныне там будет все в ажуре!" - небрежно было брошено нам на прощание. И мы, как последние дурачки, послушно отправились в путь и уныло проехали почти половину расстояния, пока "Дама Треф" вдруг не произнесла отчетливым голосом: "А, собственно, откуда господину фон Хетцену известна такая ошеломляющая подробность? И почему он так задушевно беседует с этой проституткой, убийцей и лгуньей в одном лице, вместо того, чтобы запереть ее под замок?"

(Нравственная характеристика "Госпожи Метелицы" заставила всех немного поморщиться, но в остальном справедливость и своевременность замечания были стопроцентными).

Стоило попытаться сохранить выдержку... впрочем, никто не сделал замечания "Барону", который чересчур быстро снял вездеход с автопилота при одновременном включении тормоза в режиме экстренной остановки. Конечно, ему тоже не удалось удержаться на сиденье, и он, предварительно долбанувшись плечом о приборный щиток, шумно опрокинулся на пол, где его поджидали все остальные в разнообразных живописных позах. Пристойнее прочих выглядела, разумеется, "Дама Треф", которая элегантно, поспортивному, откатилась в уголок салона, сохранив свою знаменитую укладку волос в неприкосновенности. Там она неторопливо повернулась на бочок, аккуратно установила левую руку на локоток и возложила свою щечку на ладошку этой руки. Подобная алогичная реакция на резкое изменение житейских ситуаций многих смущала, но, в конце концов, им пришлось согласиться, что позерство здесь ни при чем. Нелепо же подозревать бойцовую сиамскую кошку или пантеру в театральности!

Надо сказать, что мы тоже невольно подчинились такому стилю поведения и в течение минут, эдак, двадцати пытались усиленно размышлять, оставаясь в горизонтальном или полусогнутом положении все на том же полу. Правда, слишком уж часто плодотворный процесс поиска идей прерывался длительной отчетливой руганью по некоторым адресам...

А затем "Дама" неожиданно заговорила - ее слушали с большим вниманием и в полной тишине. Помню, я еще удивился, отчего никто и словечка не возразил против той сумасшедшей авантюры, которую она изволила предложить, но потом понял: злоба обманутых бесцеремонно - одна из самых страшных на свете.

К делу приступили сразу, и необходимый текст был сочинен за считанные секунды, после чего приободрившаяся "Милашка Энн" с воинственным выражением на физиономии поспешила к передатчику. Однако "Дама Треф" тотчас остановила ее тихим замечанием, что эту работу лучше бы выполнить "Барону". Данную тонкость, признаюсь, и я оценил не сразу, но именно с этого момента нового лидера признали безоговорочно.

Сеанс связи состоялся очень быстро, со второй попытки, и прошел, судя по тому, что мы слышали, удачно. Образ туповатого честного служаки, который неизвестно почему прочно приклеился к "Барону", подействовал и на сей раз ему поверили. Наверное, это было первым шагом на пути к нашему объединению, а вот сейчас, после почти добровольной сдачи индивидуальных средств истребления, кажется, наметился и второй.

Заметив произведенное впечатление, "Дама" постаралась его усилить с помощью небольшой оригинальной проповеди о взаимном доверии - ее также прослушали вполне благосклонно. Лишь "Черная Вдова" не упустила случая язвительно объявить:

- О, уважаемая, я склоняю голову перед мужеством, с которым вы взвалили на свои нежные плечи тяжкие апостольские функции, однако Новый Всевышний, коему отныне предлагается усиленно молиться, что-то слишком уж смахивает на беспринципного проходимца! Какое широкое толкование однозначных заповедей "не убий", "не лги" и "не воруй"! Какие смелые параллели! Нельзя ли подобным образом разобраться и с явной догмой "не возжелай мужа ближней своей", а?

Тут мы, мужчины, невольно заулыбались, потому как блистательный супруг "Дамы Треф" мешал спокойно спать всем прочим "дамам" на Станции. Проповедница с досадою поморщилась, а я украдкой подмигнул очень довольной собою "вдовушке". Ее, конечно, недолюбливают из-за склочного характера и некоторой агрессивности, а вот мне она всегда была симпатична. Нравился ее вечно встрепанный вид болотной кикиморы, ее постоянное ворчание и прямолинейные наскоки на любую очевидную несправедливость. А еще она была просто хорошей подругой, и заповедь "не предай" воспринимала исключительно буквально.

Подметив в общем настроении ненужную веселость, вовремя слово взял "Барон":

- Ну что же, будем считать, что мы немного расслабились. Однако пора вернуться и к делам, милые мои! Полночь уже миновала, до рассвета рукой подать, а кроме того скоро сюда прибудет и "Легионер", против вызова которого я, между прочим, возражал!

- Послушай, но если ты так и не сумел установить с ним правильные отношения, то как же можно пренебрегать этим армейским офицером? удивилась "Дама Треф". - К тому же неизвестно, какой именно приправой к "Святогорову пирогу" он обладает... Остается попытаться совместно склонить его к сотрудничеству и к согласию на кардинальную контроперацию. Неужели он по-прежнему слепо верен присяге?

- А черт его знает! Осторожничает парень... "Готов выполнить порученную работу!" - вот и вся позиция, думай, что хочешь.

- Разумная манера поведения в наших подлых условиях, - заметил я, обращаясь взглядом к "Милашке Энн" за поддержкой. Однако она сердито двинула бровями и выпалила:

- Не верю! Знаю я их, кабинетных деятелей! Типичное лицемерие бывшего тылового работничка, получившего, наконец, вместе с назначением возможность не подбирать, что с возу упадет, а запустить лапу аж в сам волшебный склад. Тем более никакой ответственности - вот раздольице-то!

- Мне кажется, он так и не просек, что именно здесь творится, спокойно предположила "Дама Треф".