Людмила Фатеева - Знай свое место

...И сердце мое открыто,

И душа моя плотно настежь.

Хотя мне уже где-то за тридцать...

Хотя мне уже скоро под сорок...

...Скоро полночь, опять не пришел

Мой Мастер Иллюзий...

(из не спетых песен)

- Ты уверен? - устало спросила я.

Наивный. Неужели он так ничего и не понял?

Несколько мгновений он также пусто глядел сквозь меня. Вдруг его взгляд начал проясняться. Из самых глубин зрачков поднималось понимание. Я замерла, наблюдая Шурино преображение. Или возрождение. И увидела, как ему становится легко и светло. И поймала себя на мысли, что ничего еще не кончено, Мир еще услышит его новые песни. И, может быть, у этого костра согреюсь и я. Хоть ненадолго...

ПРЕСТУПЛЕНИЕ БЕЗ НАКАЗАНИЯ

"Вчера из парижского Музея Родена неизвестными злоумышленниками похищена самая известная скульптура Огюста Родена - "Мыслитель". Мировая культурная общественность и интеллигенция получила издевательскую пощечину..."

Опубликовано с незначительными вариациями

практически во всех крупных газетах Мира

"ОТ МЕРТВОГО ОСЛА УШИ"

1.

В кабинет Алхимика с дикими воплями рвался Ферапонт Лужайкин.

- Мне назначено! У меня встреча! - собственноручно теснил он закрывавшего дверь в кабинет начальника своим телом секретаря. - Я бывал в этом кабинете, когда тебя тут и в помине не было, шестерка вонючая!

Секретарь держался, как скала. Тут дверь кабинета распахнулась сама по себе и раздался негромкий голос хозяина:

- Пропустите, пусть войдет.

Секретарь тут же отступил в сторону, давая дорогу Ферапонту. Тот презрительно смерил секретаря взглядом, поправил сбившийся пиджак и шагнул в кабинет. Едва он сделал пару шагов, дверь захлопнулась, смачно въехав господину Лужайкину по обширному заду. Ферапонт подпрыгнул, гневно оглянулся, но увидел только обшивку двери, краем глаза отметив, что она новая. С достоинством кашлянув, Мыльный обратил взор на хозяина кабинета. В другом месте он возмутился бы непочтительности партнера: встречать гостей положено лицом, а не... Но здесь Ферапонт даже подумать подобное не решился.

- День добрый, - вежливо проворковал он спине шефа. - Как и договаривались, я прибыл.

Кресло медленно повернулось вместе с хозяином. Ферапонт попятился.

- Вы... А это... Где тот?...

- Вы не стесняйтесь, присаживайтесь, - душевно сказал незнакомец в кресле. - У вас были дела с моим предшественником, как я понимаю?

Лужайкин потихоньку приходил в себя, обретая привычную наглость.

- Да вы кто такой? Вынюхивать? Ищейки проклятые! Все копаете, не угомонитесь никак! Ничего нет у вас против меня. И не будет никогда.

- Ну, что же вы так сразу, - развел в недоумении руками незнакомец. - Вы представьтесь, чайку попьем, поговорим о делах наших скорбных. Неужели я похож на ищейку, как вы изволили выразиться?

Ферапонт, насупившись, глядел на него. Вроде не похож. Староват, пожалуй. Да и морда не казенная. А костюмчик на нем не хилый. Предшественника? Он сказал - предшественника? Что за черт? Никаких перемен не предвиделось. Не по правилам. Ферапонт договорился, ударили по рукам. Люди (и - какие!) уже заплатили деньги (и - какие!). Оставалось только получить товар. А тут новости, прямо программа "Время".

- А где... тот... прежний?

- А я вам ничем не смогу помочь? - ласково спросил незнакомец.

Ферапонт начал заводиться:

- Вы мне тут лисой не крутите! Где он?! - сорвался на крик Лужайкин.

Старик в кресле прикрыл глаза.

- Зачем столько шума? Вы, наверное, по поводу последней разработки психотропного оружия? Смею вас огорчить, - не ожидая ответа, продолжил он, не получится, уважаемый. Я отменяю все договоры и обязательства моего предшественника. Аннулирую, так сказать. И попрошу забыть сюда дорогу вообще. Больше институт такими вещами не занимается. До свидания.

Дверь снова самопроизвольно распахнулась, приглашая Мыльного выйти вон.

- Да ты с кем задумал шутки шутить? - зашипел он, приближаясь к незнакомцу. - Понятий не знаешь? Так я тебе сейчас разъясню.

Старик словно и не замечал телодвижений Ферапонта.

- Кстати, кого-то вы мне напоминаете? Кого же, кого же? - он забарабанил пальцами по столу. - А! Вспомнил. Я тут в столе нашел презабавную волшебную книжку с живыми документальными кадрами. Крайне любопытно. Не желаете взглянуть?

Ферапонт поймал на лету плоскую коробочку. И тут же выронил на пол, словно ядовитую змею. Обложка была знакома, да и содержание тоже. Именно этот компакт-диск пришел весной ему по почте. Именно этот диск держал Мыльного, как козла на веревочке. Именно обнародования информации с этого диска боялся Лужайкин, как черт ладана.

- Вижу, вы знакомы с содержанием, - говорил незнакомец. - А мне так понравилось, что в голову сразу пришла замечательная коммерческая идея. Сейчас вы уже можете купить этот зрелищный шедевр мульти... (не могу запомнить слово - какого творчества) в любом магазине города и области. С самого утра торгуют. Товар - нарасхват.

Ферапонт, не отрываясь, глядел на компакт. Значит, вот кто его держал на крючке. Партнер хренов. Мыльный задрал ногу и всей мощью обрушил тяжелый итальянский ботинок на хрупкую коробочку. Полетели осколки.

- А вот это не дело - мусорить в чужом кабинете. Я лично глубоко уважаю труд уборщиц, чего и вам советую, - назидательно заметил старик. Настоятельно прошу вас покинуть сие заведение и больше никогда, подчеркиваю, никогда здесь не появляться.

Лужайкин поднял глаза на незнакомца, подыскивая подходящие к случаю выражения. Лучше бы он этого не делал. Ферапонт увидел лишь пустое кресло, вяло вращающееся по инерции, будто хозяин только что покинул его. Но Ферапонт был один в кабинете. Он обалдело выпучил глаза, с трудом нагнулся, заглянул под стол, под кресло, на цыпочках добрался до штор. Никого.

- Когда же вы уберетесь? - снова раздался скрипучий старческий голос.

Мыльный коротко взвыл и бросился вон из проклятого кабинета. Телохранители едва поспевали за несущимся по длинному коридору боссом.

- Быстро домой, - крикнул Ферапонт шоферу, едва выскочив из дверей института.

Господи, да что ж это делается? Люди добрые, за что такое наказание? Ферапонтовы мысли шныряли, точно очумевшие мыши. "Мочиловка, верная мочиловка", - вытирал он ладонью липкий пот со лба. Крупная капля упала с носа аккурат на ширинку. Тьфу ты, черт. Ферапонт в исступлении сучил короткими ножками. Что же делать? В ярости хлопнув по ляжкам, Лужайкин стукнулся ладонью о какой-то предмет. Сунув руку в карман, он вытащил маленький пузырек.

- Как же я забыл про тебя, малыш, - обрадовался Ферапонт. - Ты-то мне сейчас и нужен.

Всосав ноздрями пылинки первоклассного кокаина, Лужайкин в ожидании эффекта закрыл глаза и откинулся на спинку. Скоро он немного отдышался. Кошмар уменьшился в размерах и уже не казался таким уж необратимым. "Нервишки полечить надо, - решил он, - зрение проверить. А то всякая фигня мерещится. Но это все мелочи. А вот деньги-то отдавать заказчику надо. А не хочется, ох, как не хочется. А, говорят, вредно делать то, что не хочется". Ферапонт повеселел. Придумаем что-нибудь, не в первый раз оборачивать неприятность в выгодное дельце. Вот только отдохнуть месячишко в тишине и покое, где-нибудь на затерянных островах, в плотном окружении девочек, с тайками-малайками и прочими экзотическими негрисосками, потом враз мысля придет. А диски - диски мы изымем. Ничего, обойдется. Только надо поторопиться, пока никто ничего не пронюхал.