Кэтрин Куртц - Скорбь Гвиннеда

Его сопровождали также несколько священников и прислужников. Хотя толпа на берегу сразу узнала Хьюберта и неприязненно заворчала при виде вооруженных рыцарей, но Джавана никто не признал - да и кто бы мог ожидать присутствия здесь принца крови, одетого, подобно монаху?

Разве что только Реван... Во всяком случае, Джаван очень надеялся, что Джорем предупредил того, как обещал. Принц рассказал михайлинцу о своем замысле - если только удастся воплотить его в жизнь. Все утро он пытался оценить, насколько это рискованно, но чем ближе становился решающим миг, тем очевиднее становилось, что всех неожиданностей ему все равно не предусмотреть. И все же игра стоила свеч.., особенно, если Реван готов. А главное, если готовы Тавис с Сильвеном, потому что если нет - то опасность возрастет многократно.

Джаван посмотрел вниз с холма с делано равнодушным видом, но на самом деле он пытался отыскать своих друзей-Дерини. Реван как раз проповедовал, когда они подъехали, и услышав недовольный ропот толпы, поднял руку, дабы успокоить слушателей, прежде чем продолжать:

- Я не скажу, будто понимаю, почему Господь избрал именно меня, нижайшего из слуг Своих, дабы возвестить Вам волю Свою столь таинственным образом. И все же я стал Его избранником - как многие здесь могут подтвердить. И я пришел возвестить Его милость ко всем, кто готов предаться очистительному крещению. Будь вы Дерини, или просто затронуты их скверной. Господь повелел мне одарить Его милостью всех, кто искренне раскаивается в своих грехах и готов ступить в эти воды. А теперь молитесь со мной, братья и сестры, и пусть сердца наши укажут нам путь ко спасению.

- Опасные речи, - пробормотал отец Лиор, когда Реван опустился на колени для молитвы. - Если он предстанет перед церковным трибуналом, его осудят, не задумываясь, и сожгут за ересь.

- Верно, - кивнул Хьюберт, - Все эти разговоры о повторном крещении для изгнания деринийской скверны граничат со святотатством. И все-таки, в его проповедях есть польза, ибо он вещает о том, что все Дерини суть зло. Еще лучше он послужит нашим Целям, если и впрямь способен сделать то, что обещает.

- Так вы думаете, он чудотворец? - Отец Лиор не скрывал неодобрения.

Хьюберт с улыбочкой поджал розовые губы.

- Чудеса это или нет, я не знаю и знать не хочу, дражайший Лиор. Но если он способен делать из Дерини обычных людей - кто я такой, чтобы встать у него на пути?

- Если, ваша милость, - пробормотал священник. - Это очень важное слово.

- Именно так. Урсин?

Джаван затаил дыхание при приближении хмурого Дерини.

- Да, ваша милость?

- Урсин, а что ты думаешь об этом проповеднике? Ты-то веришь, что мастеру Ревану дарована свыше власть очищать Дерини от скверны их происхождения?

Скрывая неловкость, которую никто, кроме Джавана не заметил, Урсин пожал плечами.

- Я не считаю себя вправе выступать судьей в духовных вопросах, ваша милость.

- О, конечно, нет. Ладно, тогда скажи, Дерини он или нет? Или, возможно, он отыскал некий способ, некий порок в вашей натуре, чтобы лишать вас колдовского дара?

Прежде чем Урсин успел ответить, отец Лиор презрительно хмыкнул:

- Это все иллюзия. Не спорю, он наделен внутренней силой, и людям хочется верить, будто он способен очистить их от скверны - ибо сия скверна и впрямь в природе Дерини, и никто с этим не спорит... Но, с другой стороны, мы же лично не знаем никого из тех, что были якобы им "очищены". Откуда нам знать, что они Дерини?

- Хм-м, а вот мой брат Манфред утверждает, будто этот Гиллеберт из Дрогеры был Дерини, а затем стал обычным человеком.

- Лишь по слухам, ваша милость, - возразил священник. - Мы не можем принять это как данность.

- Верно, верно... - Хьюберт в задумчивости поглаживал свой двойной подбородок. - С другой стороны, мне сейчас пришло на ум, что мы вполне можем проверить этого Ревана на том, о ком знаем наверняка, что он Дерини.

Урсин дернулся и в изумлении уставился на архиепископа.

- Неужели вы хотите, чтобы я пошел на это.., крещение - с трудом выдавил он.

Джаван был уверен, что Хьюберт хочет именно этого. Он удивлялся лишь, почему окружающие не слышат, как у него колотится сердце.

- Почему бы и нет? - заявил архиепископ. - Если он мошенник, то кто лучше тебя сумеет его разоблачить? А если нет - что вполне возможно - тогда ты тоже "очистишься". Что тут плохого?

- Но разве это меня спасет? - с горечью воскликнул Урсин. - Если я стану бесполезен для вас, ваша милость, не кончу ли я, как семья Деклана Кармоди, задушенный тетивой?

Хьюберт не сводил взора со своих рук в перчатках, державших поводья.

- Не забудь, ты можешь кончить и как сам Деклан, - отозвался он ледяным тоном. - Но что за мрачные мысли? Если этот Реван говорит правду и ты станешь обычным человеком, неужто ты думаешь, я не возрадуюсь с тобой вместе? Я ведь твой духовный отец, Урсин. Меня более всего заботит твое спасение.

Поморщившись, Урсин взглянул вниз, на реку, в воды которой Реван ступил с несколькими учениками, тогда как остальные выстроились на берегу в ожидании.

- Возможно, недостаток веры проистекает от моей внутренней порочности, - пробормотал он себе под нос. - Впрочем, чего еще ожидать от Дерини...

Отец Лиор весь перекосился от нескрываемой издевки в голосе Урсина, и Джаван испугался, что тому может дорого обойтись его дерзость, однако Хьюберт лишь хмыкнул в ответ.

- Мне, право, все равно, веришь ты мне или нет, дорогой Урсин, только делай, как я сказал. А теперь сделай вид, что ты один из верующих, и ступай вниз к "учителю", если дорожишь хотя бы своей порочностью - или своей семьей. Капитан Рэмси, вы пойдете с ним.., и я уверен, также пожелаете "очиститься", ведь вы сами так долго имели дело с Дерини.

Судя по выражению лица Рэмси, подобного желания он не испытывал, но как истинный солдат был послушен приказам. Отдав честь, он спешился и передал поводья товарищу, затем снял шлем, перевязь с мечом, плащ и сапоги.

- Ступайте, Урсин, не заставляйте мастера Ревана ждать, - поторопил его Хьюберт, видя, что Дерини все еще медлит. - И смотрите, не разочаруйте меня.

Вы знаете, я не терплю разочарований.

Все это было Урсину очень не по душе, но воспротивиться он не мог. Обреченно вздохнув, он спрыгнул с лошади, снял накидку, пояс и сапоги, передал все это хмурому солдату, который подошел к нему вместе с Рэмси. Вдвоем они направились вниз по склону холма, причем стражник едва ли не волок Дерини силой. Джаван тем временем гадал, насколько оправданы опасения Урсина. Неужели Хьюберт разделается с ним, если тот станет ему бесполезен?

Нет, даже архиепископ не может быть настолько жесток! Ну, а что случится с семьей Урсина?..