Бертрам Чандлер - Легенды Приграничья (сборник)

Итак, по мере того как проходили субъективные дни, мы приближались к Стрее. Как Леоне, так и мне было жаль, когда мои наблюдения показали, что пора возвращаться в нормальный континуум, пора выходить на орбиту вокруг планеты и на спираль приземления.

Но Стрее был уже под нами — охристый шар, в основном, голые скалы и пустыни. До нас донеслись сигналы, четкие и ясные, с маячка в порту Граймс. Послышался шипящий голос Стрессора, агента флота Приграничья:

— «Звездная Девушка», ваш запрос получен. Можете приземляться.

Мы опускались сквозь ясную, горячую атмосферу, направляясь к песчаному пространству, представлявшему собой космопорт. Мы опускались, корабль был послушен управлению. Леона сидела рядом, воздерживаясь на этот раз от замечаний из-за спины, и Халворсен сиял нам улыбкой, как добрая, мудрая, старая обезьянка. Мы опускались медленно, балансируя на колонне огня, мягко приближаясь к кругу сплавленного песка, указывающего, где выхлопы от кораблей «Далекий поиск», «Госпожа Одиночество», «Птица Приграничья», «Пес Приграничья», «Пламя Приграничья» и «Веселый Бродяга» касались поверхности.

Мы приземлились осторожно, мягко. Я отключил привод, нажал кнопку «Отключение машин», которая передала сигнал в машинное отделение.

— Мы на месте, — безо всякой необходимости заметил я.

Я взглянул в иллюминатор. Увидел Стрессора, который спешил из офиса начальника порта и выглядевшего с этого расстояния, как один из динозавров, которые были когда-то преобладающей формой жизни, по меньшей мере, в тысяче миров и которые и сейчас могли быть преобладающей формой жизни, если бы научились адаптироваться, как это сделали предки Стрессора.

— Что — я имею в виду, кто — это? — спросил Халворсен.

— Это Стрессор, — сказал я. — Вы слышали его голос по радио, когда мы запрашивали разрешение на посадку. Он местный агент флота Приграничья.

— Вы знаете этот народ, капитан Меррил, — сказал Халворсен. — Я оставляю вам официальную часть.

— Как пожелаете, мистер Халворсен, — ответил я. Затем обратился к Леоне: — Ты бы лучше поставила чайник. Стреенцы обожают дружескую беседу за чашкой чая.

Я отправился ко входному шлюзу. Стрессор удивился, увидев меня. Он схватил мою руку обоими своими лапами, так что грубая чешуя оцарапала мне кожу.

— Мистер Меррил — или я должен сказать, капитан Меррил? Какая радость! Мне сообщали, что вы оставили службу.

— Оставил, — сказал я. — Но вернулся. Добро пожаловать на борт, Стрессор. Вы присоединитесь к нам за чаем?

— Вы очень любезны.

С некоторым трудом он протиснулся в наш маленький шлюз и прошел за мной в салон. Я представил его Халворсену, затем Леоне, которая принесла чайные принадлежности. Я сообщил ему, что «Звездная Девушка» — не торговое судно, но ему было трудно воспринять концепцию частной яхты.

— Но, — сказал он, — вы сюда прилетели, чтобы получить что-то.

— Именно так, — подтвердил Халворсен. — Знания.

— Знания? — это абориген Стрее мог понять. — Тогда вы прибыли в тот мир, в который нужно, мистер Халворсен. Знания — это единственное, чем мы богаты.

— Значит, вы можете мне помочь? — спросил Халворсен.

— Каких знаний вы хотите? — спросил абориген.

— Должен быть какой-нибудь… какой-нибудь ключ к тайне Вселенной, — сказал Халворсен. — Есть он у вас? Стрессор деликатно тянул чай; чашка казалась крошечной и хрупкой в его когтях, на фоне разинутого рта с игольчатыми зубами. Он сказал:

— Ключ есть; он был нам известен в течение многих поколений. Мы обсуждали его сотни тысяч лет. Некоторые из наших философов утверждают, что они знают, что это такое. Они говорят: то, что они узнали о человеческих обычаях со времени нашего первого контакта с вашей расой, и дало им ответ. Есть и такие, которые не могут принять этот ответ, и я в их числе. Как капитан Меррил вам подтвердит, мы не такой уж гордый народ, но и унижение имеет свои пределы…

У Халворсена сияли глаза.

— Каков же ключ? — требовательно спросил он.

— Сэр, — неловко ответил Стрессор, — Я вам не скажу. Я, как и вы, разумное существо, и чувствую, что Вселенная была создана таким образом, чтобы разумные существа могли оценить ее, прийти к полному ее пониманию. Могу только предложить вам встретиться с Оссаном. Он слишком стар, чтобы у него еще оставалась какая-то гордость…

— Вы могли бы его сюда привести? — спросил Халворсен.

— Он слишком стар, чтобы путешествовать, — ответил Стрессор.

Как и говорил нам Стрессор, стреенцы не выставляют свою гордость напоказ. Они не считают зазорным поработать вьючными животными. Поэтому рано утром следующего дня Халворсен, Леона и я, усевшись в седла, надетые на спины троих стреенцев, отправились в изрезанную, холмистую местность, в которой жил Оссан. Стрессор двигался с нами, нагруженный подарками для древнего философа, а также припасами еды для нас, возглавляя то, что с трудом можно было назвать кавалькадой. Наши средства передвижения не были такими уж неудобными — но весьма неловко поддерживать на ходу беседу с животным, на котором вы едете…

День был уже на исходе, когда мы добрались до пещеры, в которой жил Оссан, темной дыры в простой скале из красного песчаника. Он сам выбрался на солнечный свет, моргая затянутыми пленкой глазами. Чешуя на его теле уже облезала, чуть ли не осыпалась, а сухой, затхлый запах был непереносимым. Он сказал что-то; его речь состояла из сплошных щелчков и шипения. Стрессор таким же образом ответил.

Мой скакун повернул свою огромную голову рептилии на длинной шее и сказал:

— Вы можете сойти, капитан Меррил. Оссан сказал, что будет с вами говорить.

Мы сошли, радуясь возможности размять ноги. Воспользовавшись легким ветерком, мы встали с наветренной от Оссана стороны и смотрели, как Стрессор демонстрирует привезенные подарки — чай, сахар, книги. Халворсен, казалось, был разочарован, когда старая ящерица не выказала особого интереса к последнему пункту. Шипящая и щелкающая беседа продолжалась.

Наконец, Стрессор начал переводить.

— Оссан говорит, — сказал он нам, — что сначала вы должны рассказать о себе — кто вы и что вы, и что повидали. Он говорит, что вы, земляне, привнесли в этот мир идею торговли, и он будет продавать знание за знание, идеи за идеи.

Так что мы разложили свои спальные мешки, они были в багаже у Стрессора, на жесткой скале и уселись на них.