Ефрем Акулов - Поиск-84: Приключения. Фантастика

И, конечно, перестал что-либо видеть. Рубка едва поднималась на полтора метра над водой, борт же парусника был куда выше. Пришлось реагировать.

Настроив автопилот на параллельный паруснику ход, я вылез на палубу.

Оттуда было видно куда больше. Едва моя голова показалась из люка, как в лицо пахнул свежий морской воздух, а в уши ударил после подводной тишины даже чересчур громкий звук — смесь волн, ветра и голосов. Я понял, в какой духоте сидел до сих пор. Со мной уже говорили — перегнувшись через фальшборт, три человека вопросительно смотрели на меня, широко улыбаясь. Трое эти выглядели весьма импозантно — один явный викинг, рыжебородый гигант с голубыми глазами, другой — словно пародийный японец в наших фильмах, сухой подтянутый азиат в круглых очках, третий — европеец в своеобразной, но несомненно стандартной форме — голубые брюки без стрелок и распахнутая голубая курточка с большими внутренними карманами, под которой такая же голубая футболка.

Говорили они на странном языке, и я понял, почему меня так натаскивали именно по языкам — этот язык был смесью английского, французского, немецкого, японского и русского, а построение фраз было совершенно свободным — да, пожалуй, как в русском. Понять этот язык было нелегко — но все-таки я понял, что мне говорят.

В дальнейшем я выучил язык лучше любого современного мне землянина — я знал в десятки раз больше слов на включенных сублингах, как здесь назывались старые национальные языки. Но поначалу понимание давалось с большим трудом из-за невероятной многозначности единого языка, многозначности, которой и сами земляне отдавали дань, постоянно смеясь над получающимися двусмысленностями.

— Добрый день, — говорил викинг. — Куда идете? Что нового под ветром?

— Как дела? — осведомлялся европеец. — У вас к нам что-то есть?

— Здравствуйте! — улыбался азиат. — Просим к нам в гости!

Я оглядел их — и честное слово, на душе стало так хорошо, что слезы выступили на глазах, и я смутился, кажется, даже отвернулся. Я был в будущем, и таком прекрасном, о котором мог лишь мечтать!

Дальше все шло без малейших осложнений.

— Я бы хотел подняться на борт, — произнес я по-английски, — и переговорить с самым ответственным человеком из присутствующих на корабле, — это уже на немецком.

По лицам моих собеседников я понял — они осознали серьезность ситуации. Мне подали трап, и я поднялся на борт. Лодка моя шла борт о борт с парусником, который мерно покачивался на волнах. Таким мне запомнился первый миг на территории нового мира.

Европеец в голубой форме взял меня за локоть.

— В таком случае, вы — мой! Я секретарь атлантического яхт-общества Пауль Шрединг. Вы хотите говорить конфиденциально?

8. Самый неожиданный вариант

При подготовке некоторое внимание уделялось и вариантам будущего. Конечно, меня все время настраивали на то, что решения я буду принимать исключительно исходя из обстоятельств, но отказать себе в удовольствии поупражняться в предсказаниях мои инструкторы не смогли. Так что я прослушал полный курс «Будущее: возможные варианты» и могу теперь с уверенностью сказать, что он был полезен.

Ничто в нем не соответствовало реальному положению дел, но сам настрой курса, фантастическая реальность, которая меня тогда окружала, подготовили меня к любым мыслимым событиям, явлениям, разговорам. Я мог, к примеру, со знанием дела обсуждать рецепты приготовления мяса мамонта или рассказывать старинные анекдоты из области ядерного ракетостроения.

С этой точки зрения, встреча была даже скучна — но этого я не заметил, пораженный самим фактом прибытия в будущее. И разговор с Паулем пошел поначалу сухо и скучно.

— То, что я вам собираюсь сообщить, — негромко сказал я, едва мы отошли от остальной группы, продолжавшей с любопытством меня рассматривать, — может вас удивить, поразить и даже заставить сделать преждевременные выводы…

— Я понял вас, — прервал меня Пауль. — Язык, обращение на «вы» по-английски, явно несовременная лодка — все наводит на мысль, что вы прибыли из не столь уж близкого прошлого. Двадцать первый век?

— У вас это в порядке вещей?! — Разочарованию моему не было границ.

— Я бы так не сказал, — Пауль вежливо улыбнулся, — но все же прецеденты были, и люди, которым это интересно, их знают.

— В том числе и вы?

— Я сотрудничал в проблемной комиссии по изучению ассимиляции перемещенцев. Позвольте задать вам несколько вопросов, если, конечно, вы действительно из прошлого — мне бы не хотелось сейчас терять время на хитроумную мистификацию.

— Меня зовут Питер Бордже, и я действительно из прошлого.

— Во-первых, каким языком вашего времени вы владеете лучше всего?

— Английским.

— Благодарю, — Пауль перешел на чистый английский, немало облегчив мне его дальнейшее понимание. — Можете называть меня просто Паулем, в свою очередь, позвольте называть вас также просто Питером. Так короче и удобнее во всех отношениях.

— Пожалуйста.

— Скажите, Питер, вы добровольно решились на анабиоз?

Вот и первый вопрос из тех, ответить на которые всегда непросто. Я был в невыгодных условиях — я не знал, какие здесь порядки, как прореагируют они на мое задание — вернуться назад с технологией бессмертия. Ответ был вынужден.

— Да.

— Когда вы предприняли вашу попытку?

— Я погрузился в анабиоз шестнадцатого июля две тысячи четвертого года.

— Каким принципом вы пользовались в конструкции анабиотрона?

— Первым и последним из тех, что застал — криостатикой.

— На какие средства вы построили анабиотрон и приобрели подводную лодку?

Пауль бил в цель. Контрразведчик, попади я к нему, не мог бы задать лучших вопросов. Спина на миг покрылась потом — а вдруг они знают из архивов, как и зачем я был послан? Или уже были прецеденты со шпионажем? Или даже — они так осторожны с пришельцами, потому что у самих не все в порядке? Может быть, не отвечать? Но это будет истолковано не в мою пользу.

Я принял компромиссное решение.

— Это обошлось в семь миллионов долларов — все мое состояние. Это было замотивировано в прошлом — все покупки совершались от моего имени, средства снимались с моего счета, и поступления на него — от земельных спекуляций, кажется, — также строго фиксировались.

— Почему вы решили переместиться в будущее?

— Я устал жить в тогдашнем мире. Он не давал мне никаких перспектив. А я так мечтал о звездах…