Сергей Радин - Тени Персея-2

Через несколько секунд лицо Севера закаменело в напряжении. Я - не услышал ни слова. Значит, поток слов у этого существа направленный?

Вспомнив, что Батис говорил об оллфагах, я мысленно позвал своего, а когда тот сел на моё плечо, прикоснулся к его крылу.

"Медленней… - чётко и по слогам выговорил Север. - Я понимаю тебя, но плохо. Это архаичный… очень старый язык Веды. Я не знаток".

- Ну, что? - не выдержал Барри.

Все пассажиры катера, кроме Жанны, облепили проём двери в отсек с Кортесом и, затаив дыхание, следили за происходящим. Хотя понимали действо лишь двое из двоих.

Кортес покосился на нас и снова сосредоточил внимание на ведуне. Я тоже покосился и лично Барри показал кулак. Тот воодушевлённо закивал и, отвернувшись в коридорчик, громким шёпотом сообщил:

- Это наши энергогностики! Си-ильные! Видели - кулак мне показал? Значит, дело как по маслу пошло. Сейчас всё узнают. Пошли на кухню - подождём.

Некоторое время я прикидывал, закрыть ли дверь в отсек, не стоит ли. Но дверь на камбуз располагалась не напротив, так что звуки доносились только приглушённые.

- Ник…

- Да? Ты смог с ним поговорить?

- Как сказать… Местами. Он говорит на такой старинной версии Веды, что я не всегда понимаю его.

- В истории Веды есть такие страницы, что она была чьей-то колонией?

- Есть. Кажется, с представителем колонизаторов я сейчас и говорил.

- Кто он - учёный или солдат?

- Лексикон очень бедный. Похоже, солдат.

Я взглянул на существо, бывшее когда-то человеком по имени Кортес. Он не мигая смотрел на меня, и я совсем не понимал, отражаются ли на его лице хоть какие-то эмоции.

- Он нас слышит?

- Да. Но высказанное вслух им не воспринимается. Он понимает только телепатическую речь.

- Ты сможешь рассказать ему, что произошло на Персее?

- Это слишком сложно.

Мы молча смотрели на безучастное лицо аборигена Персея. Не знаю, о чём думал Север, а мне оставалось только радоваться: "Как хорошо, что есть Зоя и Матвей!"

43.

Через час стало ясно, что у Кортеса начинается жар.

Произошло это за минут пятнадцать до подхода к торговому центру. К исследовательскому институту нет смысла плыть: наши уже наверняка в Андромеде, если уже не в Колесе. Да и спальные места в кабинетах вряд ли найдёшь. В торговом же центре можно и выспаться, а перед сном поискать средство передвижения до Андромеды.

Насчёт выспаться - абсолютно серьёзно. Ближе к вечеру (по времени) на Ириду опустилась настоящая ночь - сначала из чёрных, пронизанных кровеносной системой молний туч, оседлавших вершины зданий; затем небеса разродились потоком, в котором трудно было разглядеть даже струи, не то что капли дождя. А ведь случись в это же время возвращаться в ясную, безоблачную погоду, я бы не сомневался немедленно ехать в Андромеду.

Только благодаря навигатору, скрупулёзно проведшему катер назад, мы благополучно ткнулись в ступени институтской лестницы, откуда начинали свой путь к прибрежным районам Ириды, а потом Север так же благополучно подвёл судно к тому скату торгового центра, откуда мы и спустили наше плавсредство в воду несколько часов назад.

Неплохо соображающие в мореходном деле Север и Бланш загнали катерок, благо вода позволяла, на этот самый скат в половину длины довольно плоского днища. Затем они же начали руководить высадкой пассажиров, в основном с трудом держа над головой пластиковые чехлы вместо зонтов, чем воспользовалась лишь Жанна с нашими оллфагами на плечах. Потом Севера и Бланш сменили Влад и Лесли, а мы с Барри, устроив из гамака носилки, внесли в здание Кортеса. Под тем же прикрытием наши моряки быстро и сноровисто закрепили катер на месте, отогнув от его днища какие-то детали. В общем, в подробности я не вдавался: есть у нас спецы по этому делу - и ладно.

Оставив раненого в той комнате на втором этаже, где Север завалил меня одеялами, отогревая, мы разбежались по центру.

Собравшись снова, мы обсудили комнату со стратегической точки зрения и выяснили, что она хороша всем. Во-первых, стены тонкие. Если бежать через дверь нельзя, проломить дыру в стене не проблема. Во-вторых, у комнаты есть выход в удобный коридор, который с обеих сторон имеет развилку, а напротив нашей двери - не нужный нам лифт, зато по обе стороны которого лестницы на этажи.

Барри куда-то сбегал и вернулся жутко гордый собой: в отделе охотничье-рыбацких товаров он раздобыл походные термосы на батарейках и пару пластиковых бутылок с питьевой водой. Бланш напросилась сбегать с ним в следующий десант по отделам - и на этот раз оба вернулись с комплектами спальных мешков, оборудованных терморегуляторами.

Пока суд да дело, мы с Севером отошли к Кортесу.

Влад и Лесли не вмешивались в наш интерес к их "бедолаге". Кажется, они решили, что Кортес попал в хорошие руки, и на том успокоились. Более того, с некоторым изумлением я выловил посреди всей этой суматохи мимолётную сценку: Влад, как и все, то входивший, то выходивший, однажды буквально на секунды задержался у двери и оглянулся, словно ища кого-то. Машинально перейдя на тонкий уровень зрения, я проследил его взгляд и наткнулся на Жанну. Она тоже секунды смотрела на Влада, затем отвела глаза и почти незаметно кивнула в сторону. Влад вышел. Женщина, накинув маску всеобщей озабоченности, без колебаний пересекла комнату и тоже исчезла за дверью.

Чувствуя, как мой рот расплывается в неудержимой улыбке, я мысленно пожелал парочке приятного времяпрепровождения и помечтал: а вдруг именно Влад сумеет переломить социальный снобизм Жанны и докажет ей, что мелкие радости личной жизни важны не менее, чем заботы о целом мире?..

К реальности меня вернул Север.

- Он почти горит. Может, в раны попала какая-нибудь инфекция из когтей оборотня?

Честно говоря, я тоже горячо надеялся на инфекцию или простуду. С этими болячками можно дотерпеть до Андромеды: Бланш уже сделала раненому несколько инъекций, сделает и ещё, если понадобится. Только бы не… Мы с парнем переглянулись, вероятно одновременно вспомнив "Кита Лансере".

Нам всем на Персее нужен Кортес.

Только он может пролить свет на происходящее - на теней и на их метаморфозу в человеческом теле. Пусть он всего лишь солдат, боевая единица, но даже младшему составу пусть на пальцах, но объяснили механизм передачи тени - концентрата души и личности - от старого, изношенного тела к молодому. И Кортес мог видеть, что именно пошло не так, отчего персейцы мгновенно покинули родную планету и рассеялись, как раса, в пыль на пространствах Вселенной.

Хотя в последнем, в том, что Кортес видел, я сомневался. Если тогдашние учёные-персейцы, уверившись, что нашли идеальный путь бессмертия, принялись сразу отделять субстанции воинов, не дожидаясь привоза военнопленных, то, будучи бесплотной тенью, Кортес вряд ли мог что-то знать о катастрофе… Ладно. С миру по нитке. Хоть какие-то факты из истории Персея, но будут.