Джон Ринго - Дорога на Дамаск

«Айша Гамаль и Джон Джеймс Хэнкок имеют честь, пригласить вас на бракосочетание Дэнни Гамаля и Эмилии Бенджамен-Хэнкок, которое состоится в 10.00 10 апреля в доме Хэнкоков в Симмерийском каньоне».

Новость была радостной. Кафари не знала Хэнкоков, но если Дэнни полюбил девушку из этой семьи, речь наверняка идет о достойных людях. Она тут же послала ответное сообщение, написав, что с удовольствием придет, но не обещает привести с собой Елену. Ее упрямой дочери, чья голова была забита джабовской ложью, было нечего делать на свадьбе в Каламетском каньоне. Кафари и так слишком часто ссорилась с дочерью… Но себе она не собиралась отказывать в удовольствии побывать в родных местах и повидать старых друзей.

День свадьбы выдался чудесным. Безоблачное небо голубело, как океанские волны. Кафари оставила Елену сидящей за компьютером и строчащей письма сонмищу подруг, которых в этом возрасте интересовали главным образом мальчики и наряды.

Кафари села в аэромобиль и полетела в Симмерийский каньон. Давненько она не видела Айшу Гамаль и ее сына! В последнее время у всех столько дел, что некогда разъезжать по гостям! Кафари не нравилась ее новая мэдисонская квартира, но наставлять дочь на путь истинный было проще всего, живя именно в городе. Убедить Елену переехать в Каламетский каньон было невозможно, да и не нужно…

Приземлившись возле фермы Хэнкоков, Кафари позабыла грустные мысли. Перед домом стояло множество автомобилей и аэромобилей, а все пространство окруженного огородами заднего двора было занято украшенными цветами беседками, ломившимися от угощений столами и танцевальной площадкой. Кафари захватила с собой свадебный подарок и направилась по дорожке, отмеченной гирляндами роз.

Айша Гамаль почти сразу заметила подругу.

— Как я рада тебя видеть! — воскликнула она, заключив Кафари в объятия.

— Да я приехала бы, даже если бы к Джефферсону подлетали яваки!

Одетая в потрясающее шелковое платье с африканским узором, Айша рассмеялась, хотя в ее глазах и притаилась грусть.

— Да и Дэнни не отменил бы свадьбы, даже если бы они уже высадились!

— У него, наверное, замечательная невеста… Айша лишь улыбнулась в ответ и стала знакомить

Кафари с гостями, которых та в основном не знала, хотя все и приветствовали ее, как старую знакомую.

К счастью, никто не стал расспрашивать ее о муже и отсутствующей дочери. Измученная жизнью в большом городе, Кафари почувствовала себя среди этих людей легко и спокойно.

Церемония бракосочетания была скромной, но торжественной. Дэнни вырос и превратился в высокого статного юношу. А сегодня его просто распирало от счастья. Казалось, новехонький кремовый костюм, которым он щеголял, вот-вот лопнет по швам. Светлая ткань подчеркивала благородный оттенок его смуглой кожи, пышущей теплом, как почва, вспаханная перед посевом. Невеста была в белом, но ее сияющее лицо превосходило своей белизной свадебное платье. Взяв жениха за руку, она нежно ему улыбалась. Родители Эмилии стояли рядом с Айшой, мать невесты вытирала глаза. На свадьбу приехал из Каламетского каньона и дедушка невесты Иеремия Бенджамен со своей женой Руфью.

В конце церемонии радостные, как дети, молодожены повернулись к толпе гостей и по традиции перепрыгнули через швабру. Потом начались танцы, и у Кафари не было отбоя от кавалеров. Ей казалось, что она не улыбалась с тех самых пор, когда в последний раз видела Саймона. А когда Кафари пригласил на танец сам Дэнни, она просто расплылась в улыбке:

— С превеликим удовольствием!

— Спасибо вам за то, что приехали, — сказал Дэнни, закружив Кафари в танце. — Мне очень хотелось повидать вас именно сегодня.

— Это тебе спасибо за приглашение, ведь в городе мне так одиноко!

— Не знаю, как вы можете это выдержать, — сказал посерьезневший Дэнни, — если бы нас с Эмилией разлучили так надолго, я просто сошел бы с ума…

Покачав головой, он добавил:

— И откуда только у вас такая сила? Иногда я даже вас побаиваюсь, но пошел бы за вами в огонь и воду. Только прикажите!

Кафари даже растерялась.

— Эмилия хочет с вами познакомиться, — сообщил ей Дэнни, — но очень боится, что не понравится вам.

— С чего бы это?! Ведь хватило же у нее ума выйти за тебя замуж!

— Это точно, — улыбнувшись, заметил Дэнни.

— Вот только я сам очень боялся, что она не согласится, — признался он, слегка нахмурившись. — Видите ли, по сравнению с ее родителями мы просто бедняки. Нам с мамой не досталось кредитов на восстановление фермы, не говоря уже о покупке сельскохозяйственных машин и новом молочном стаде. Мы продали нашу землю, но и этих денег не хватило, чтобы снова разводить скот.

— Но знаменитые асалийские пчелы остались с нами, — усмехнувшись, продолжал он. — С их помощью мы кое-как сводили концы с концами. Мама сдавала на прокат ульи, чтобы пчелы опыляли чужие посадки, и торговала медом, а мне пришлось наняться работником на чужую ферму.

С этими словами Дэнни взглянул на жену, танцевавшую в этот момент с каким-то родственником.

— Вот так и случилось, что с конца войны я работаю в кооперативе Хэнкоков. Они прекрасные люди. За последние несколько лет наш кооператив здорово разросся. Теперь в нем участвуют четырнадцать семейств, которые работают и живут вместе с нами, а еще семь семейств вкладывают в кооператив деньги и дают, нам на прокат свои машины.

— Вот это да! Вас так много! — воскликнула Кафари.

— Немало, — согласился с ней Дэнни. — Вместе с нами живет восемьдесят четыре человека, а еще сорок три приезжают к нам работать. Сначала в кооператив вступали те, кто, как мы с мамой, потеряли все на войне, а у Хэнкоков полно земли…

С этими словами Дэнни кивнул в сторону бескрайних полей, цветущих садов и зеленых лугов, заполнявших собой большую часть Симмерийского каньона.

— К счастью, яваки сюда не добрались. Первые пять семей, вступившие в кооператив, переехали сюда из Каламетского каньона. Это были друзья Хэнкоков и их дальние родственники. Они привезли с собой уцелевшие машины и скот, но самое главное то, что с ними были их золотые руки и светлые головы. Все вместе мы очень неплохо зарабатываем… Особенно по нынешним временам. За последний год мы приняли к себе целых шесть семей. За это время к нам прибились и все те, кто лишь частично работает в кооперативе. Да мы приняли бы и сто семей, будь у нас достаточно земли! Мы могли бы сдавать государству продукты, которые оно от нас требует, и прокормить себя сами. О том, чтобы продавать продукты на рынке, сейчас и речи нет, а джабовцы по-прежнему национализируют земли и возвращают их в «естественное» состояние. А потом они требуют от нас, чтобы мы бесплатно кормили всех горожан, живущих на пособие. Прямо и не знаю, когда все это кончится! — С этими словами Дэнни посмотрел на свою молодую жену в ослепительном свадебном платье.