Стив Альтен - Послание майя

Он услышал, как его мать спрашивает: «Что это за место?» И хотел было ответить, но тут прозвучал голос другой женщины. Этот разговор состоялся здесь давным-давно и остался навсегда.

«Доминика, это полностью изолированная комната, источник ее питания и системы жизнеобеспечения абсолютно независимы от остального корабля. Стены продуцируют белый шум, который защищает от любого телепатического воздействия извне».

Мэнни оглянулся.

В центре комнаты стояли две криогенные камеры, оплетенные сетью проводов и трубок, уходящих в пол и связывающих эти камеры с непонятными устройствами, расположенными вдоль стен.

Детектор питания светился. Мэнни протер окошко на поверхности правой камеры, заглянул внутрь.

— Господи…

Майкл Гэбриэл лежал на спине, вмороженный в янтарный воск. Звездчатые электроды располагались на его висках, макушке, лбу, солнечном сплетении, возле сердца, на крестце и на ногах.

Доминика была запечатана в такой же камере слева.

Призрачные мысли снова зазвучали в комнате.

«Почему Мик здесь? Что вы с ним делаете?»

«В результате длительной схватки с Мерзостью его рассудок окончательно повредился. Единственный способ лечения — это восстановить память. Технология постлюдей позволяет манипулировать сознанием Майкла, внушить ему чувство покоя, безопасности, помочь при помощи виртуальных средств сохранить рассудок. Но необходима еще терапия, а для ее успеха требуется специалист, хорошо знающий Хун-Ахпу… тот, кому Хун-Ахпу доверяет… Мы введем вам обоим легкий наркоз, потом свяжем ваше сознание с разумом Хун Ахпу при помощи устройств виртуальной реальности. Оказавшись внутри, вы уже не сможете отличать виртуальный мир от реальности».

Мэнни смотрел на контейнеры с телами его родителей.

— Лживые ублюдки. Заморозили их и оставили на чертову уйму времени.

На сто двадцать семь миллионов лет.

— Папа? Как…

Мы с твоей матерью оказались в бесконечной виртуальной реальности, наше сознание запрограммировано на полное самообеспечение и бессмертие. Как и «Балам», этот корабль управляется искусственным интеллектом, который служит носителям наших генов. За минувшие тысячи лет мы смогли организовать ремонт корабля и не позволили ему снизить орбиту. Наши души остались прикованы к телам, которые уже не оживить. Позволь нам двигаться дальше, Иммануэль. Выпусти нас из этого чистилища.

— Как?

Отключи наши камеры от источника питания.

— Отключу. Но сначала мне нужна ваша помощь. Юлиус сказал мне, что только Первый Хун-Ахпу сможет помешать страпельке поглотить Землю.

Черная дыра, которая угрожает Земле, — это порождение одиннадцатого измерения, Шибальба Бе, черной дороги в Ад. Эту дорогу можно блокировать только с противоположной стороны. Юлиус считал меня первым Хун-Ахпу и верил, что я смогу запечатать страпельку из Шибальбы, потому что именно так он понял тексты «Пополь Вух». Войдя в червоточину, я стал Хун Хун-Ахпу, но в Шибальбе меня победил сын Лилит. В нашем причинно-следственном ряду меня освободил Джейкоб. Но, попав в нынешнее свое состояние, я больше не могу войти в одиннадцатое измерение. Я больше не Хун-Ахпу.

— Тогда Земля обречена. Как ты и сказал, я не достоин стать ее спасителем.

Иммануэль, испытание жизнью — это не проверка на идеальность, это проверка на трансформацию, на способность к развитию.

— Ты был в плену в Шибальбе. Джейк был побежден. Если вам двоим не удалось победить в Аду, то что я могу там сделать? Эй? Черт, отвечай мне!

Мэнни в ярости схватился за переплетение проводов, опутавших камеры с телами, и вырвал их из гнезд.

Индикатор погас.

Его волосы встали дыбом, комната внезапно заполнилась электростатическими разрядами, освобожденные души родителей приблизились к Мэнни, отчего его кожа под защитной пленкой заискрилась.

В ушах зазвучал голос матери.

Ты был избран для этой миссии, Мэнни. Тебе только нужно понять — почему.

То же странное изменение гравитации протащило его атомарную структуру сквозь корпус Фобоса и космос обратно в инопланетный корабль. Он не почувствовал ускорения, с которым тарелка двинулась обратно к Земле и вошла в атмосферу. Наэлектризованный вулканический пепел попал в двигатели и вызвал короткое замыкание.

Тарелка завертелась, вышла из-под контроля и рухнула на плато, прежде чем антиграв смог затормозить падение. Днище инопланетного корабля заскрежетало по песку и камням, затем остановилось у площадки… Зоны 51.

Бог не играет в кости.

Глава 37

В коридоре корабля, который намного опередил время своей постройки, обнаженные мужчина и женщина, пойманные в петлю времени, сплетались в единое целое, внося свой вклад в рождение той сверхрасы, которая и построит в будущем их корабль.

Акт творения завершился, Майкл приподнялся на локтях и заглянул в глаза любимой.

— Так хорошо…

Ее глаза были прищурены от удовольствия. Доминика улыбнулась, обнимая его ногами за талию.

— Признайся, вся эта штука с концом света… это был просто повод затащить меня в постель.

Она вдруг заметила, что радужки его глаз светятся яркосиним.

— Мик, твои глаза!

— Твои тоже.

Он скатился с нее.

— Что с нами происходит?

— Активировались гены Хун-Ахпу.

Мик уже натягивал штаны.

— Куда ты?

— В главную рубку. Если я правильно понял, теперь мы сможем управлять кораблем.

Она быстро оделась и пошла за ним в рубку — помещение в форме луковицы, потолок которой сужался и уходил тоннелем на высоту трех этажей. Мик остановился в центре комнаты, закрыл глаза…

Неоново-синий луч вырвался вверх из его затылка. Секунду спустя темные стеклянные панели стен засияли, как рождественская елка, пол задрожал под ногами, когда двигатели «Балама» ожили впервые со времен динозавров.

— Мик, что ты делаешь?

— Я должен увидеть черную дыру. И собираюсь поднять ее в космос.

— Ее?

— Ну, его. Корабль. У искусственного интеллекта разве есть пол?

— А как же Бек и Куртц? Если корабль взломает скалу, они окажутся под обломками.

— Да, ты права. Оставайся, я приведу их. Только ничего не трогай без меня. И даже не думай ни о чем. Думай, например, о бейсболе.

— Ненавижу бейсбол.

— Тогда думай об оплодотворенной яйцеклетке, которая уже зреет в тебе.