Кристофер Раули - Боевая форма

На борту космического судна «Меркурий» бурлили самые разнообразные, порой совершенно несовместимые эмоции. Несмотря на сокрушительное ускорение, Салли в течение всего подъема через атмосферу ахала и визжала от восторга. Ей вторил Карни Уокс, у которого от радости слезы ручьями катились из глаз. Остальные пребывали в не столь радужном настроении, особенно Панди Бешван, которую по-прежнему сотрясали рыдания. Она сама плохо понимала, что с ней, собственно, происходит, но размышлять у нее не было сил. Брюд Дара тоже была вся в слезах, оплакивая Себастьяна и всех, кто остался внизу на планете, всех брошенных на произвол судьбы. Рядом с ней лежал Йохан Грикс, ему на ногу по самое бедро спешно наложили повязку, он был без сознания: потерял слишком много крови. Брюд не была уверена, что он дотянет до того момента, когда ему будет оказана профессиональная помощь.

На сиденьях впереди них, рядом с Салли и Карни Уоксом, молча восседал Райбен Арнтадж. В отличие от остальных, Райбен не плакал. Его сердце тоже переполняла скорбь по погибшему Себастьяну и другим жертвам, но, пожалуй, в еще большей степени Райбена одолевал страх. Райбен прекрасно понимал, что мощные силы ускорения могут раздавить его дряхлое тело. Искусственное сердце справлялось с перегрузками, однако артерии и вены внушали опасение: из-за их хрупкости могло возникнуть внутреннее кровотечение. Райбен не мог позволить себе умереть, по крайней мере, пока они не достигли «Грейслин». Он должен был убедиться, что корабль избежит страшной участи, поджидавшей его в пространстве Саскэтча.

Однако впереди были новые испытания, и Райбен собрал остаток сил и энергии, чтобы встретить их. Он мысленно сосредоточился, пытаясь успокоить бешеный пульс и приглушить стресс. И хотя внешне он казался бодрым, внутри, под этой притворной маской, его одолевала смертельная усталость. Райбен не сомневался, что в конце концов ему потребуется госпитализация. Но прежде чем отдать себя в руки лекарей, ему предстояло спасти «Грейслин».

А в задней части отсека находился булмунк, и он тоже, по-своему, плакал – из органа под его чувствительными усами сочился жир, «слезы» булмунков. Он оплакивал планету, которая так долго служила домом его собратьям. Булмунк и оплодотворенные клетки внутри его тела стали последними представителями древнего рода.

«Меркурий» был мощным судном и без труда мог, оторвавшись от поверхности планеты, выйти на высокую орбиту. Райбен объяснил Салли все, что той необходимо было знать, а с остальным она могла справиться сама.

Внезапно взревела сирена, и радость беглецов моментально испарилась. Компьютер объявил, что прямо на них движется корабль, вылетевший на большой скорости с орбитальной станции.

Салли едва успела крикнуть товарищам, чтобы те покрепче держались. Взревели направляющие сопла. Одновременно Салли частично отключила главные сопла, на пару секунд перекрыв их почти полностью, и корабль в мгновение ока затормозил. Пассажиров, пристегнутых ремнями, резко отбросило вперед, а затем они звонко шлепнулись спинами о сиденья.

Кажется, этого было достаточно. Считанные доли секунды обернулись их спасением. Вражеский корабль промахнулся на какие-то пятьдесят метров, на громадной скорости пролетев мимо «Меркурия», ему также не удалось быстро изменить курс, чтобы пойти на таран.

Панди зажала пальцами уши и зажмурилась в ожидании страшной смерти. Но ничего не произошло. Панди снова открыла глаза и попыталась перевести дыхание.

– Ага, не попали, сукины дети! – завопил как сумасшедший Карни, глядя на экран и размахивая рукой в древнем оскорбительном жесте.

– Но они запустили не один шаттл. И нам следует хорошенько поднажать. – Салли указала на видеоэкран над приборной доской.

– Мы значительно оторвались от них, – сказал Райбен. – Теперь нам надо выдерживать дистанцию.

«Меркурий» все дальше уходил от Саскэтча. Он летел на пересечение с орбитой Леопольда, небольшой саскэтчской луны, торопясь к точке Баада, где с минуты на минуту, совершив гигантский прыжок через бездны пространства и времени, должен был появиться межпланетный корабль.

Ускорение нарастало, Салли ни к чему было экономить горючее. Они по-прежнему держались от противника на приличном расстоянии.

– У нас остается не так уж много времени, чтобы убедить капитана корабля, – заметил Йен Чо.

– Да, это проблема, – согласился Райбен. – Если шаттлам разрешат стыковку с кораблем, их ничего не остановит. Вопрос лишь во времени.

– И тогда?

– И тогда этот кошмар будет экспортирован в другие звездные системы. Кто знает, во что это выльется? Может быть, в настоящую войну до победного конца – между человечеством и этими тварями.

Слова Райбена наполнили душу Йена ужасом. Он без труда мог представить себе, как эти жуткие твари обрушиваются из космоса на беззащитные человеческие миры.

– А вот и корабль! – Салли даже присвистнула. – Он только что появился. Они сейчас как раз гасят гравитационные волны.

Райбен проверил опознавательные коды, которые передавало в радиодиапазоне появившееся из глубин космоса судно.

– Да, это «Грейслин» собственной персоной. Сколько нам еще лететь до нее?

– Не считая торможения?

– Нет, вместе.

– С торможением – около шести часов.

– А сколько на это уйдет у других шаттлов?

– Чуть больше шести часов. Разница, возможно, в тридцать минут.

– Я попытаюсь связаться с «Грейслин» по радио. – Райбен отыскал необходимую частоту. – Говорит Райбен Арнтадж, президент Корпорации Арнтаджа, я обращаюсь к капитану судна «Грейслин». У меня для него имеется жизненно важное сообщение.

С полминуты стояла тишина – пока послание преодолевало расстояние между судами и, очевидно, обдумывался ответ.

– Говорит капитан Блейзик, мистер Арнтадж. Чем я могу быть вам полезен?

– На нашей планете произошла ужаснейшая трагедия. Я вынужден просить вас о введении на вашем корабле, в соответствии с правилами ИТАА, режима чрезвычайного положения.

– Помилуйте, мистер Арнтадж. Что могло такого случиться, чтобы вести речь о чрезвычайном положении? К нам от ИТАА не поступало никакой информации.

– Важно, чтобы вы выслушали меня и постарались осознать то, что я вам сообщу. Прежде всего, мы должны состыковаться с вашим судном. Нас преследуют другие шаттлы, вы их видите?

– Вижу!

– Не позволяйте им состыковаться с вами, капитан. Что бы ни произошло в течение следующего получаса, вы должны обещать мне, что не позволите ни единому из тех, других шаттлов состыковаться с вашим судном!