Александр Белоткач - Дм Мой или Шанс №2

— Итак, я еще раз спрашиваю. Мог ли этот юноша просто так, по прихоти, напасть на подчиненных досточтимого Леона?

Зал молчал, и молчанием этим было сказано больше чем всеми теми громкими воплями, что звучали тут раньше.

Безусловно, это была не честная игра. Публику просто купили эмоциями. Я понимал, что все это выглядит как-то неубедительно, однако Приторий не подвел. Поднявшись с места, он медленно, согласно моменту, подошел к кафедре и заговорил тихим проникновенным голосом. С его басом, правда, это больше походило на усталый рев пароходного гудка, но все же, зал внимал каждому его слову:

— Дорогие граждане дома! мы видели и слышали на этом заседании очень много всего. Возможно многие из вас уже устали. Поэтому я постараюсь как можно короче изложить суть этого дела. Вы все живущие уже не один год в нашем замечательном доме, не раз слышали, а возможно и сами наблюдали различные аномалии. Только в моей базе накопилось больше тысячи свидетельств. Мы до сих пор так и не понимаем, кто мы на самом деле, а также где и в когда мы все находимся. Так что, вас я думаю, не удивил тот факт, что хоть и сборщица Лиза Озерцова, по показаниям мед лаборатории не пострадала, но как и мой подчиненный, Алекс Некий, кстати, ни разу не замеченный во лжи, так и Андре Мартини, подчиненный верховного Леона Лукина, утверждают, что факт изнасилования имел место быть. И если первому, то есть подсудимому Алексу Некоему, можно утверждать что факт насилия над бедной девушкой был, дабы оправдать свой поступок, то пострадавшему Андре Мартини, нет ни какого смысла оговаривать себя. А он под присягой сознался, что со своим напарником производил действия сексуального характера в отношении не пришедшей пока в себя Лизы Озерцовой.

Поэтому, посоветовавшись с нашими экспертами, мы пришли к выводу, что в этом деле замешана одна из тех самых, необъяснимых аномалий, которые встречаются здесь в доме довольно регулярно. Итак. По рассмотрении этого непростого дела, я предлагаю совету вынести первое ваше решение. Виновен подсудимый Алекс Некий, или нет? Прошу голосовать!

22

В итоге верховные решили, что казнить меня пока еще рано. Суд учел обстоятельства дела, в котором было замешано якобы неизвестное аномальное явление, побочное проявление работы силового поля, как предполагали некоторые из ученых. И поэтому, Алекс Некий был приговорен к лишению звания патрульного, понижению в статусе с семисот до ста единиц и ссылке на верхний уровень. По иронии судьбы местом моего нового проживания, стал тот самый, злополучный пятый уровень. Сразу же после суда, меня сопроводили сначала в мой, теперь уже бывший модуль, где разрешили взять личные вещи, а затем, мне был выдан стандартный серо-голубой балахон, точно такой как надел на меня Роман в день моего появления здесь. И меня под охраной из четырех патрульных, (Леон был вне себя от ярости когда огласили приговор, так что можно было ожидать чего угодно), препроводили на пятый уровень в приемную верховного Ария Светоносного. Здесь, в его администрации, мне выделили один из свободных модулей, и вручив обычный такой плоский ключ, с биркой на которой значилось: У. 5. Э. 12. М. 245, проводили меня в номер.

Со мною рядом чему-то улыбаясь, шла моя Шерри, и когда мы вошли в крохотный, словно купе вагона жилой модуль, я отметил, что ее это совсем не огорчило. Здесь была только одна комната метров десяти, в которой находилась убогонькая мебель средней потасканности. Небольшая кровать, не то санаторного, не то больничного типа, два пластиковых стула, такой же пластиковый стол, и встроенный в стену шкаф. Кухня здесь отсутствовала вообще, а стандартный доставщик, располагался прямо над тем самым пластиковым столом. Еще здесь был санузел, открыв дверь в который, я сразу понял, почему это место носит такое странное название. Для того что бы здесь умыться или принять душ, приходилось действительно, сворачиваться в узел, иначе тут можно было ненароком застрять между унитазом и умывальником. Один из моих сопровождающих, бывший мой инструктор Лукьян, войдя в комнату аж присвистнул:

— Хоромы царские! Ничего не скажешь. Ал, нужно срочно худеть! Иначе тебе здесь будет тесно!

А Шерри моя стояла посреди всего этого, сжимая в руках того самого синего зайца, и по-прежнему улыбалась.

Я понимал прекрасно ее такое состояние, ведь меня могли приговорить к распылению, или отправили бы на седьмой уровень, где я бы до конца дней своих жрал тюремную баланду, однако, все разрешилось как нельзя лучше. И я это прекрасно осознавал, только вот от чего же на сердце так неспокойно.

Мой, теперь тоже уже бывший наставник — Роман, ободряюще похлопал меня по плечу:

— Все могло быть гораздо хуже! А тут не так уж и плохо! Да и мы с Шерри тебя не оставим. Я вот попробую с мебелью что-то придумать. А Лукьян с начальником сектора переговорит. Может тут есть комнаты побольше. Так что не хандри Ал! Главное жив остался. И на седьмой не угодил. А остальное наладится. Ведь живут же здесь как-то.

— И еще.

Ал! — напомнил мне Лукьян, — Первое время будь начеку! Есть у меня подозрение что кое-кто, захочет с тобой поквитаться. Так что дверь на ключ, и открывай только своим.

— Ты чего Лукьян? Предлагаешь мне тут до конца жизни забиться как заяц под куст и дрожать? Пусть попробуют. Я теперь калач тертый. Мигом им… пооткручиваю! — улыбнулся я ему, — А если серьезно, то спасибо! Учту. Сдается мне тоже, что готовят эти гады какую-то пакость.

А когда сопровождавшие нас ребята ушли, мы с Шерри оставшись вдвоем, принялись за уборку. Прежний хозяин комнаты, явно не был любителем чистоты, так что, набрав с полмешка различного мусора, и вставив на место отломанную дверцу шкафа, загнав из коридорного кибер блока уборщика который пропылесосил убогий пластиковый пол, вымыл такие же пластиковые стены и потолок, после чего каморка папы Карлы стала как-то даже уютнее.

«Ну и что? Как временное пристанище сойдет!» — решил я.

После всего, я поискал в комнате надежное место, и обнаружив глубокую неприметную нишу в шкафу, спрятал туда свой серый чемоданчик. Когда Приторий предложил мне сдать его, дабы не рисковать лишний раз, я отказался. Если еще и это отдать, что вообще у меня останется кроме синего зайца, которого Шерри устроила на пустой книжной полке в углу, и который взирал на весь этот конфуз печальными пластмассовыми глазами. Словно говоря: «А я ведь знал, что все этим и кончится!»

Шерри проверив работу доставщика, заказала стандартный обед. И когда прозвенел звонок, извещающий что заказ выполнен, достала из приемника поднос, с вполне приятной на вид и запах снедью. На первое сегодня был суп гороховый, на второе нечто вроде картошки пюре с большой такой котлетой и конечно чай, привычный слабенький, чем-то напоминающий порошковые напитки моего детства, были у нас такие, ЮПИ назывались. Попросив разрешения, моя помощница попробовала оба блюда, и осталась вполне довольной: